Детективы

— Наш коронер расшибся. — Это не моя кровь, — произнес коронер. — А, — сказал Уолдман. Он заметил, как из-за полицейского поста, выставленного чуть дальше по улице, показалась машина с репортерами, и поспешил расправиться с кренделем, запихав последний кусок в и без того уже набитый рот. Придется…

«Хорошая косметика. Водостойкая, наверное, — подумал Иващенко. — Не то, что у моей Аньки, та как заревет — так вся в синих разводах, смотреть жутко, как вампирёныш». На пришедшую даму смотреть было куда приятнее. — Наша фамилия — Дублинские, — она сделала паузу, чтобы посмотреть на реакцию лейтенанта.…

Где-то после полуночи Женька позвонила: — Пусть он будет русым. Конечно, это не совсем блондин, то есть, если честно, это вовсе не блондин, потому что русым называют всех, кто не брюнет. — Идиотка! — крикнула я, так как к этому моменту только-только успокоилась и смогла уснуть. — Ах вот как! —…

Официант, давно привыкший иметь дело с людьми, которым порой срочно необходимо убегать, не заставляет себя ждать долго. Не дожидаясь сдачи, посетители восточной наружности сразу поднимаются и выходят, не чувствуя, что к ним привлечено общее внимание. – Так-так-так… Опять… Полагаю, надо ждать новостей……

Вот как… А оружие-то у тебя не табельное… То-то мне звук выстрела странным показался… Менты в нашей стране, насколько я помню, хотя с ментами дела имею мало, пока только «макаровыми» вооружены. А «манурины» [1] во Франции носят. Я бы принял тебя за француза, но у них форма другая… К тому же французы,…

Но так или иначе – он остался старшим лейтенантом в компании двух капитанов и майора. И потому – злился. Не на нас, скорее – на жизнь… А в общем-то, я видела, что все нервничают, и знала причину этого. В Булгаков мы летели не на прогулку и не на экскурсию… Хм, «на экскурсию»… Как мне в голову-то такое…

— Василь, открывай! — послышался из усилителя веселый голос. — Я тут спеца привел! — Какого еще спеца? — Инженера человеческих душ, е-мое! — хохотнули за дверью. — Ну как какого… освещение чинить. Ведь, кажется, босс сказал тебе, что уволит… сам понимаешь, в каком направлении. Вася щелкнул замком…

— Угу, — хмыкнула я. — Буду. Спокойной ночи. То есть с добрым утром. И повесила трубку. Но весь сон, однако, как ветром сдуло. Проклятый Симбирцев, чтоб ты провалился! Или, лучше, чтобы собратья депутаты провалили какой-нибудь твой законопроект! * * * Симбирцев с каким-то смурным типом уже глушили…

– Я тоже. Вот прослышал, что ты в городе, и решил повидаться. – Ты для меня, дружище, всегда словно бальзам на душу. А знаешь почему? Ни разу от тебя не слышал: "Как твоя работа?" – А что тут спрашивать? Уж мне ли не знать твоих способностей. В самом деле, он был лучшим фокусником…

— Ладно, извиняю! Присаживайся! Вьюжин устроился за столом совещаний. Клинков присел напротив: — Ну что, сразу к делу? — А чего медлить? Выход? — Да! — Чечня? Афган? Ирак? Куда на этот раз решили бросить группу? Клинков ответил: — В Таджикистан, Игорь Дмитриевич! Точнее, на границу Таджикистана…

Проверяете у меня реакцию или еще что-нибудь? — Пожалуйста! — Мужчина вновь поднял руку, но тут же опустил. — Я просто думал, что вы поймете, если я попрошу повременить… Но, конечно, вам пока не понять. Впрочем, позже вы поймете. Поймете, мисс Рэфрей, на какой вред, почти смертельный вред… поймете,…

– Разбудил? Извини, очень нужно поговорить! – в голосе слышалось плохо скрытое волнение. – Ты интересовался той историей, – продолжил он, когда мы расположились на кухне, ожидая закипающий чай. – Хорошо, расскажу, хотя сам не знаю зачем. Наверное, просто хочется выговориться! Я завтра уезжаю, – добавил…

Критянин начал переходить улицу, когда вдруг раздался скрип тормозов и крик: – Эй, там! Полицейская машина – он понял это с первого взгляда. Юркнув в ближайший переулок, Критянин припустил бегом. Как всегда, ему повезло: пробегая вдоль стоящих машин, он заметил, как в одну из них садится мужчина. Хлопнула…

Посетители рассаживались в соответствии с регламентом, по подразделениям, здоровались друг с другом и оживленно беседовали. Девушки блистали в вечерних платьях, обнажающих белые или загорелые плечи, с вырезами на талии, в юбках, облегающих бедра или в пышных оборках. Дамы среднего возраста обращали…

Завязывая фиолетовый галстук, Кэндлис крикнул негра, чтобы тот смешал еще пару коктейлей. Дайл выпить отказался, кивнул на прощанье и вышел, мягко ступая по циновкам между высокими зелеными шкафчиками. Кончив одеваться, Кэндлис выпил второй коктейль, запер бутылку в свой шкафчик и сунул в зубы…

Ночь бесилась, завывала протяжным горестным воплем. Я снова почувствовал приступ тошноты. Такое ощущение, что желудок от страха сжимается до размеров грецкого ореха... Ведь это гудела сирена — обычный сигнал судам во время тумана. Звук, казалось, наплывал со всех сторон. Сердце отчаянно колотилось. Сигнальная…

Когда парень в шёлковой рубашке оказался сидящим на заднем сиденье седана, обе машины перекочевали в соседний двор и остановились. Одноглазый опять взял рацию. — Так, нормально. Теперь заберите у него ключи от квартиры… Нашли? Хорошо! Значит, так — бери Гарика, и вдвоём хорошо обшмонайте хату этого…

Исключая "Сандро", очерки написаны в уборочную-73. Кажется недавно, но в судьбах героев произошли некоторые изменения. Алексей Иванович Булах уже не директор совхоза имени Гастелло, а первый секретарь Хабарского райкома партии, Иван Андреевич Мишенин кавалер уже не только ордена Ленина, но…

— Ха, Тони! — заговорила она. — Где же ты пропадал? Не видела тебя целую вечность. — Да бродил по свету. Я не живу на старом месте. Уже года два, как выбрался из трущоб. И знаешь, давненько не встречал никого из нашей шайки. А ты что поделываешь, подруга? Мария глубоко затянулась сигаретой и швырнула…

Поправила на хорошем таком своем выразительном носу очки, дорогие, между прочим, очки, сверкавшие так, будто сделаны они были не из простого стекла, а чуть ли не из хрусталя. Так вот, поправив очки, чтобы сидели они устойчивее, Касатонова широко раскрыла глаза, вскинула голову, чтобы видеть директора…