Боевики

Савелий вопросительно взглянул на него. Судьба Марселя российские власти занимать не будет. Но в лице Анри Гиза вы приобрели вечного и могучего врага, Серафим Кузьмич. Тех, кто становится у него на пути, он никогда не забывает и не прощает. Кроме того, Гиз высоко ценил Марселя, тот был человеком незаурядным……

И вот тогда в своих глубоких норах в заболотье взвыли волки. Небесные твари, что рыщут ночью в поисках корма — тощего зайца или хлопотуньи мышки, — попрятались раньше, чем первый ком мокрого снега пригнул чахлые деревца и, разбившись о землю, закружил липкой слепой пургой. Злая молния прожгла воздух.…

— Обыщи его, — бросаю входящему в комнату Луи и, чувствуя невесть откуда нахлынувшую слабость, тяжело отхожу к окну. Радостное возбуждение, переполнявшее меня всего полчаса назад, исчезло без следа. Вода в канале всё так же тиха, спокойна, неподвижна. Прогуливаясь, мимо идут люди, не знающие, да и не…

Спиной к экрану и лицом к слушателям стоит, кажется, подполковник, да, точно, и водит лазерной указкой по появляющимся картинкам. А Татаринов продолжает находиться в отпуске. Там тихо, птички щебечут в небе, какие-то огромные ярко-красные цветы, маленький водопад, разбивающийся и брызжущий у ног. Неожиданно…

Немцы, располагавшие здесь 2600 танками и штурмовыми орудиями, которых прикрывало более 1800 боевых самолетов, полагались на свой опыт и боевое мастерство. Еще никогда они так тщательно не готовились к проведению ограниченной операции. Однако их главный недостаток заключался даже не в отсутствии фактора…

— Из той — не из той! Зэк — не зэк. Что делать — придется тащить. Берите-ка его. Тут подал голос другой зэк, здоровенный детина: — Гвоздь, слышь, вали его ко мне на плечи. Так сподручнее будет. — Ого! Легкий-то какой… — С этими словами двое зэков закинули «находку» на плечи…

– Да, Ирина Владимировна ушла пятнадцать минут назад. Она просила кое-что передать вам. – Парень зашел в ее кабинет и вынес маленькую картонную коробочку. – Спасибо. – Мельник взял коробку из рук Сергея и повернулся, чтобы уйти. – Одну минуту, – остановил его уборщик. – Ирина Владимировна попросила,…

— Зае… обязанности (первое слово мы старательно закрыли гудком), — заявил он в микрофон. — Только должен, должен, должен… Жене, детям — должен. Только давай, давай. А мне кто-нибудь что-нибудь должен? Мне кто-нибудь что-нибудь дает? Чтобы вот так: Стасик, возьми? Да ни х… (гудок). Крутился, как белка…

Да уж, наверно мне пора начинать беречь себя, а особенно, свои глаза. Нужно меньше работать перед монитором по ночам в темноте, читать при хорошем освещении… да, нужно. Опустив голову, я попытался рассмотреть в деталях простирающийся передо мной темный лес. Необычайно высокие деревья уходили верхушками…

Старший прапорщик, не спеша, подполз к «омоновцу», притулился с правого бока, выставив свой широкий зад. Замер, обдумывая, как бы лучше приступить к делу. Потом медленно протянул руку и осторожно опустил ладонь на оттопыренный карман убитого капитана. – Кныш! Держу! Режь! Кныш, вытащив из ножен…

— Да, припоминаю, ты его приятель? — Да, мы познакомились, в общежитии. — Ты из другого города? — Из Саянска, я приехал сюда поступать вместе с другом, Костиком Вахрутовым. Его ты не знаешь, он полностью ушел в компьютерный мир и на девчонок вообще не обращает внимания. Они…

Однажды утром Сэмен пришел чересчур веселый, с надраенными до ослепительного блеска пуговицами и пряжкой, в отглаженной «парадке». Что-то долго добрым голосом говорил Караю, как-то по-особому ласково гладил, трепал его загривок, торчащие уши. А потом ушел, часто оглядываясь назад и махая рукой, что никогда…

Я неплохой стрелок. Время между выхватом пистолета и прицельным выстрелом у меня равняется «стандартным» полутора секундам. Затвор фотокамеры я спускаю еще быстрее. Так что, как сказал бы уличный поэт, не успели их уста разъединиться, а я уже запечатлел это самое распространенное выражение любви на камеру.…

Затем наступило молчание. Наконец Феликс очнулся: — Но этого не может быть. Я же сам, своими глазами видел, как ты подорвал себя вместе со всем сбродом, там, на краю ущелья… — Успокойся. Подорваться и умереть — еще не одно и то же. Надеюсь, ты не сомневаешься, что я — Виктор Грошев? …

Чувство радости и гордости, переполнявшее душу после слов Устинова о назначении на должность Главнокомандующего ВМФ, по мере дальнейшей беседы постепенно сменялось чувством озабоченности. Три облеченных властью собеседника поставили перед ним такую задачу, от которой замирало сердце. И чем ближе он подъезжал…

— Наверно, время такое, мертвое. Французы называют его порой между волком и собакой. — Этот участок всегда оживленный. Внезапно водитель замедлил ход — Матейченков едва не ударился лбом о ветровое стекло. За очередным поворотом поперек дороги лежало сваленное дерево. На ходу оперативно посовещались.…

Ой! Что это? Кто-то вскопал под ЕГО коленом песок. Центр тяжести тела давно перешел на колени, поэтому они стали вдавливаться. ОН медленно опустил глаза. ОНА смотрела устало и вяло. Но это только внешне! ОНА хитрая! Давала понять, что сейчас уползет, а сама и не думала. Кто-то опять стал копошиться.…

– С паршивой овцы хоть шерсти клок, – усмехаясь, беспощадно сказал парень. – Завтра документы должны быть готовы. Вопросы? Вопросов у Олега была масса, но выслушивать его никто не собирался. Бандиты убрались, и Олег позвонил юристу – пусть составляет договор. Раз уж хотят братки взять на себя его…

Хабаровск был выбран неслучайно. Да, во Владивостоке цены на автомобили несколько ниже, но там у Олега не было друзей. А здесь, на вокзале, его встречали Андрей и Евгений. Поезд прибыл на первый путь, сразу к старинному, еще дореволюционной постройки, но, тем не менее, красивому и поддерживаемому в неплохом…

– Сам не дури, капитан. Ты сука, но мужик не глупый. – В смысле? – Наморщи ум, как говорит один мой взводный, гвардии старший лейтенант Борщевский. И сложи два и два, как советует всем другой мой взводный, гвардии лейтенант Соболь. – У тебя в роте, как я погляжу, что не гвардеец, то умник. – Не…