Зона риска
Шрифт:
– Ага, конечно, - Тереза поерзала на коленях парня, - В прошлый раз, помниться, когда я обещала подобное, меня подстрелили. Так что давай просто поедем, развеемся, а я сильно постараюсь никуда не влезать.
– Беги, собирайся, - Черт помог девчонке подняться с его колен.
Тереза помчалась к себе в комнату. Раньше, без сомнения, она бы натянула обычные свои джинсы спортивного покроя, или хулиганы, ветровку, кепку, а вот сегодня хотелось выглядеть шикарно. Пусть Черт смотрит, облизывается и видит, какая девушка ему досталась. Поэтому остановила выбор на черном платье до колен с короткими рукавами, весь топ платья был кружевным. И Тереза под низ надела комплект
– Я готова, - объявила девушка. Захар от телефона оторвался. Окинул ее всю и сразу цепким взглядом. Нахмурился.
– Нет, - лаконично изрек мужчина, вновь возвращаясь к изучению чего-то на экране телефона, - Не готова. Иди, переоденься.
– Черт! Я сорок минут торчала перед зеркалом! – разозлилась девушка
– Значит, мало торчала, раз половину шмоток забыла натянуть, - спокойно говорил Черт.
– Ненавижу! – в сердцах прошипела Зараза. Ее огорчило, что парень не особо обратил внимание на ее внешний вид. А она ведь так старалась именно для него, Черта лысого!
Захар челюсть плотно сжал, на девчонку исподлобья посмотрел, хмуро посмотрел, обиженно. И молча развернулся и ушел. Тереза помчалась следом. Вот какого, спрашивается, лешего вспылила? Все было так хорошо!
– Захар, подожди! – Тереза догнала парня, когда он уже к машине подходил. Парни из охраны, увидев шефа, сели в свою машину и ждали дальнейших указаний.
Черт рывком дверь своего внедорожника открыл и сесть в салон собрался, потом передумал, дверцей хлопнул и к девчонке повернулся.
– Если ненавидишь, на хрена спала? – зло процедил он сквозь зубы, - Ребенку секса не хватало? Потрахаться? Поиграть хотела? Игрушек мало? Или из-под крыла папочки захотелось? Самостоятельной жизни, да? Так вот она тебе, твоя самостоятельность!
Парень заднюю дверцу машины открыл и в девушку папку с бумагами кинул. А сам сигарету из пачки из кармана вынул и зажигалкой клацнул.
– Кушайте, не обляпайтесь, Тереза Яковлевна! – Черт затянулся, и, прищурившись, смотрел на девчонку. Взбесила она его, до чертиков. Это ее капризное «ненавижу», а ему как кулаком под дых. И не цепляло ведь раньше, что бы она ни говорила, не воспринимал он так остро. А теперь вот, среагировал.
– Все сказал? – совершенно спокойно спросила Тереза, отчего Черт только больше начал кипеть, но промолчал. Курил. Окурок выбросил и новую сигарету подкурил, - Я сейчас за пять минут переоденусь. Приду. А ты жди меня. Ровно пять минут.
Девушка не стала ждать ответа. Только быстрым шагом в дом вернулась. Стараясь не реветь, платье сняла. Привычные брюки натянула прям на чулки, рубашку черную на полке схватила, так же быстро надела. Следом кеды. И помчалась на выход, по дороге складывая в карманы телефон, документы, деньги и прочие мелочи. Если честно, она не рассчитывала на то, что Черт останется. Думала, уедет. Она уже собиралась вызванивать охранников и ехать в клуб. Но ее любимый Чертик все также стоял около машины со злосчастной непонятной папкой под мышкой.
Тереза незаметно облегченно
выдохнула. Села на переднее пассажирское и, дождавшись, когда парень займет водительское место и закроет дверь, сказала:– Во-первых, я специально для тебя одевалась, прихорашивалась, чтобы понравиться, - Тереза говорила тихо, глядя прямо перед собой, но Черт слышал каждое ее слово,- Думала: увидишь – обрадуешься, что я …. Ладно, проехали. Во-вторых, самостоятельности я, конечно, хочу. Но и жить с предками мне нравится. Папка буйный, но мама его уравновешивает. А в третьих…
Девушка повернула голову в сторону парня. Улыбнулась грустно.
– Если бы мне приспичило поиграть, я бы не выбрала мужчину порядком старше, которого половина города боится, а вторая половина мечтает пристрелить. Я бы связалась со сверстником, если бы мне нужен был тупой секс, и трахалась бы направо и налево. Я выбрала тебя, хоть и знаю, кто ты и какой. И меня все это ни капли не напрягает. Наверное, потому что у меня характер поганый и вредный. И я, конечно, извиняюсь за свои слова, но и ты, пожалуйста, больше не ори так.
Захара отпустило, также неожиданно, как и накрыло. Вернее, отпустило его, когда смотрел Заразе вслед, как она шла к дому. Девчонка ведь. И зачем орал? А Зараза смогла удивить. Переоделась. Вернулась. И все ему по полочкам разложила.
– Значит, не ненавидишь?
– заключил Черт. Зараза вздохнула. Ладошки в кулаки сжала. Выдохнула.
– Ты все же тупишь, Черт, - по глазам видел, теперь она начнет злиться, - Да я за тобой словно привязанная, как собачонка кругом ходила! Людей твоих подкупала, убалтывала, чтобы сообщали: где ты и с кем. У меня сеть агентурная образовалась, КГБ обзавидуется. Меня вообще на шпионаже за тобой переклинило. А потом этот, Шакал отморозок, в тебя стволом тычет. Я тогда впервые в жизни испугалась промазать, не успеть. А ты меня спрашивает про ненависть. Черт ты лысый, вот ты кто!
– Ясно, - Черт кивнул серьезно, а потом по-мальчишески совершенно, улыбнулся, - Любишь меня.
И не вопрос. Утверждение. Даже нет, он Заразе же и сообщал о ее собственных чувствах.
– Да пошел ты! – девушка уже не злилась, но и запал еще не прошел, - Ничего я тебе больше не скажу!
– Любишь, любишь, - он даже головой кивнул и движок завел. И весь такой из себя довольный, котяра сметаны объевшийся.
– Иди ты, самая сволочная сволочь из всех известных! – не унималась Зараза и к окну отвернулась, чтобы морду довольную не лицезреть.
– Да-да-да, детка, это любовь, - он даже головой в такт своего напева покивал, а Зараза сначала смотрела на него глазами полными слез, а потом и вовсе разрыдалась. Вот гад, он еще и поет, чего в принципе быть не может.
– Скотина рогатая! – ревела Тереза. А Черт по тормозам резко нажал и машину прямо посреди дороги остановил.
– Ну, ты чего, завязывай, давай, - Черт девчонку к себе прижал, чтобы осторожно, плечо не задеть, и слезы ладонью стер.
– Отвали, - всхлипнула Тереза, и в руках Черта не расслабилась, а только напряглась, - Взял и обгадил все, романтик хренов!
Черт Заразу по затылку, спине, плечам поглаживал ладонью, и ждал, когда она нарыдается и успокоится. А сам улыбался. И на душе было тепло. А еще он четко понимал, если раньше и был шанс все отмотать назад, то теперь уже нет. Еще утром он был уверен – наиграется девчонка, остынет, и забьет на Черта. И он смог бы отпустить. Ради нее смог бы. Подыхал бы в сторонке. А теперь нет. Теперь не сможет. После осознания, что он дорог девчонке, эта Зараза сильнее въелась в его кровь, вгрызлась в ДНК, и он уже ничего не мог сделать.