Знахарь
Шрифт:
Небольшой номер, в котором сейчас приживал Август, обладал приличным для Улья убранством и даже ремонтом. Вероятно, кто-то из сотрудников не чужд простой работе из прежнего мира. Такие порой встречаются на просторах Улья. Любители не замечать изменения вокруг себя, они держатся за любую соломинку, которая соединяла бы их с прежней жизнью. Кто-то находит себя в ремонте, ибо когда-то подрабатывал по молодости, кто-то шьёт одежду и обувь. Есть те, кто и вовсе смог перенести в этот мир достаточно большой кусок своей прежней жизни. Как ни странно, очень комфортно себя чувствуют в Улье бухгалтера, банкиры и таксисты… У каждого из них, что-то из прежней жизни помогает быстро находить связи и добиваться своих целей. Ну и конечно по природе своей они все наделены некой чуйкой на плохое…
Август о чём-то разговаривал
— Магистр Август, расскажите мне об Институте, пожалуйста. — мягко, попросил Знахарь.
— С чего бы, я не хочу ничем с тобой делится. — вскинув бровь, произнёс Магистр, напомнив тем самым, что несмотря на его вежливость, (не скатываться же в быдловское общение, право слово), положение дел не располагало к радушной беседе.
— Может тогда вы, Степан, не откажите мне, в моей просьбе? — продолжал странно, даже вызывающие себя вести Иммунный.
— С чего ты взял, что кто-то станет с тобой откровенничать, парень? — холодно, и с нотками раздражения спросил зарвавшегося иммунного Август.
— Ну, я подумал, что взрослые интеллигентные люди…
— Заткнись. — Оборвал, на середине фразы, Знахаря Магистр.
Лишь одна негативная черта присутствовала в характере Августа, он был очень импульсивен, и моментально заводился. В гневе же, будучи выведенным из себя он часто конфликтовал со своими коллегами, и даже порой наказывал зарвавшихся молодых сотрудников. Однако Степан всегда находил с ним общий язык, посему, за эти три года, что он был основным помощником магистра, ему пока не разу не влетало. Но и пропустить подобную наглость от вполне бесправного Иммунного он всё же не мог…
— Вы любите Вагнера? — спокойно продолжил спрашивать Иммунный, что было очень странно, настолько, что магистр даже немного растерялся.
— Чего? — удивлённо переспросил Август.
— Мне всегда казалось, что он слишком напорист…
— Заткни свой рот…
— А он вообще был в вашей версии мира? Хотя, о чём это я, Вагнер был наверняка…
— Магистр?
— Связь, Степан срочно…
Закончить фразу, что же необходимо сделать срочно, Августу помешал нож, воткнутый снизу под челюсть. Тот самый нож, с которым был найден Иммунный. Тогда, даже будучи лишённый сил, он крепко сжимал пробковую рукоять, помниться Степан тогда с трудом разжал скрюченные пальцы…
Мысль о том, как нож оказался в руке Иммунного, Степан додумывать не стал, он сделал единственное, что могло спасти его жизнь. Попытался сбежать. Но не успел.
Резкий рывок за волосы и ледяное лезвие ножа, рассекает горло от одного уха до другого. Булькающий звук, и темнеющая картинка перед глазами, а также лицо Знахаря. Что продолжал держать за волосы падающего к его ногам сотрудника Института. Он взирал на Степана сверху вниз, и в тот момент, когда в глазах Степана был ужас, взгляд Герольда был спокойный и умиротворённый…
— Quid est mundus — talis est heros! — Произнёс единственный живой человек в помещении. — Absit!
Голос его, словно сорвавшаяся птица, пронесся по номеру Магистра, после чего вылетел в пустынный коридор, в котором местами были видны маслянистые красные подтеки. Отражаясь от перил, отдаленный звук голоса спускался по лестничному пролету, чтобы раствориться в окрашенных кровью стенах, заляпанной барной стойке и множественных телах работников и посетителей некогда приличного заведения. Двадцать четыре человеческие оболочки, невольно ставшие частью кровавого полотна, сошедшего с ума художника… Убитые в разное время, и разных помещениях здания, с промежутком в сорок минут, они ныне лежали в одном месте. В безмолвном танце, с посмертными масками ужаса они касались друг друга разными частями тел.
— Добро пожаловать на бал… Веселье, уже началось!!!
Эпилог 1
Эпилог 1
Совет. Илона Клеер.
Сборище надутых дегенератов, конечно же! А чего собственно можно было ещё ожидать?..
Огромное количество сил и ресурсов стоило данное пиршество. Тщательный отбор, сотни личных дел и нескончаемые картотеки с аналитикой. Вычленять сильных мира сего, было значительно сложнее чем представлялось вначале.
Илона думала, что по крайней мере с устоявшимися, проживающими в Улье не один десяток лет организациями все будет значительно проще. Ведь выбор не такой огромный, не смотря на достаточно обширные территории Закамского Региона.
В начале, она и вовсе хотела вести дела с двумя тремя организациями, но чем больше данных обрабатывал ее отдел, тем больше она понимала, чтобы орган был поистине полезен, нужно приглашать больше сторон. Каждый «игрок» по отдельности был могущественен, ревнив и капризен. Если наводить дипломатические связи, и создавать Совет, то лучше всего, чтобы любому из сильных «игроков» противостоял кто то не менее могущественный, но если речь идёт о таких ресурсных гигантах, как Килдинги, то найти кого то одного, будет проблематично. Однако если их голосу будет противостоять коалиция, пусть из двух или трёх «игроков», то шанс отстоять нужную повестку, будет значительно выше.
К счастью, совсем конченых идиотов, среди приглашённых, все же не было. Да и уговаривать никого не пришлось.
Любая организация, рано или поздно, обрастает теми или иными интересами либо конфликтами. Экономическими союзниками и конкурентами. Место в Совете же представляло собой своеобразный билет в мир большой политики. Где совсем на ином уровне соседствовали большие ресурсы и новые сферы влияния. Каждый игрок, впоследствии благодаря своеобразному экономическому, политическому и дипломатическому весу, сможет так или иначе превзойти себя же — до вступления в Совет. Это понимали все. Но как только стоило собраться, и наконец сесть за «стол» переговоров, каждый «игрок» начал тянуть одеяло на себя.
Больше всех, в данном деле преуспевал Магистр Август. По данным развертки в Улей он попал сорок два года назад. Его амбиции, и неутомимая энергия помогли ему сколотить внушительную Карьеру в стенах Института. Двадцать лет назад, он стал самым молодым (на тот момент) Магистром. Но столь головокружительная по меркам Института карьера, стала его слабой стороной. Вера в собственную исключительность, играла против него. Ошибки, конфликты, интриги и как следствие огромное количество врагов. Вероятно ныне, он не способен на глубокие компромиссы, значит в скором времени Институт пришлёт иного представителя, а этот наверняка (подобные данные отсутствовали) послан на первый совет, по принципу «Если не фикция, сменить всегда успеем, если же подстава, то и не жалко»…
Вторым представителем, схожей по своей сути организации, но по каким то причинам ныне являющейся автономной, был Знахарь, со странной, даже по меркам Улья кличкой Глебыч. Возраст его не был установлен, что вносило некоторые сложности с составлением психологического портрета…
Сухонькой мужичок был более молчаливым, отчего первое время производил впечатление умного человека, но Илона подозревала, что он, в силу характера, просто раскроется несколько позже…
Каким же контрастирующим, по отношению к первым двум был следующий представитель. А именно единственный в данной компании Кваз. Будучи представителем «Альянса Стабов», коий безраздельно правил на юге региона, он имел специфический говор и оглушительный голос. Он умудрялся даже старичка Августа перебивать, внося сумятицу и раздрай в ряды оппонентов. Громкий смех, постоянное апеллирование к чьим то матерям, внешне создавали ему образ балагура и тупого бандита. Но образ этот не работал, почти никто не купился на сее представление, отчего Илона сделала вывод что, этот то точно дегенерат. Быть может для своих мест он мог и показаться достаточно тонким и умным стратегом. Но не тут. На их уровне игры подобного толка не работали. Все раскусили его образ в первые же пару минут, а после лишь снисходительно любовались не самой тонкой игрой, не самого лучшего актера. К концу совещания, ему это в том числе наскучило, посему в помещении становилось тише, и множество полезных дел и договоров было «подписано» именно под вечер.