Жнец
Шрифт:
Оказалось, мне нужно было ехать в Кале, именно там расстояние между побережьями было меньше всего, а где я оказался, добираться до Англии очень долго, расстояние большое. А что, я лично не знал, эта информация в прошлом для меня была не интересна, и вот теперь знаю. Думать надо. Сунув карту под мышку, я направился в сторону порта. Побродив по лабазам, морщась от криков птиц и вони протухшей рыбы, к слову которой на виду не было, а к рыбачьим судам подгоняли грузовики, некоторые принадлежали немцами там суетились интенданты, и уезжали набитые рыбой. Видимо немцы тоже на обеспечении морепродуктами были. Пока я гулял, то мысленно пытался решить проблему, как мне общаться с французскими моряками? На немецком точно не стоит, не договоримся, на английском сомнительно, могу подозрения вызвать, французского я сам не знал, остаётся испанский. Это ещё не всё, у рыбаков так воняло рыбой, что если даже всё получится и я окажусь на берегу Великобритании, то меня быстро найдут по вони что пропитает меня всего, включая одежду, про багаж уж и не говорю. Специфика работы. Вот так ходил и думал. Пару раз меня патруль
Не все суда или лодки стояли и разгружались, некоторые ожидали своей очереди, другие разгрузившись отходили, вставали на якорь или приставали к длинным причалам, где проводили работу по обслуживанию судов, отмывали их. Там больше всего чайки летали и орали. А вонь царила везде, перемешиваясь с запахом свежей рыбы. Так гуляя я присматривался к людям, капитанам судов, к членам их команд, меня интересовали люди, про которых можно уверенно сказать – прохиндеи. Конечно с ними ухо востро нужно держать, однако именно среди них с большей вероятностью я и найду тех кто мне сможет помочь. Такие любят зарабатывать свою копеечку, лишнюю, и уговорить их на левый заработок, я думаю, будет не сложно. Искать прохиндеев среди команды смысла нет, тут как капитан скажет, так и будет, а вот среди капитанов, как раз стоит поискать. Именно этим я и занимался. И ведь нашёл, причём две кандидатуры подходили под тот тип людей что я искал. Ну к первому соваться я не стал, тот слишком компанейски общался с немецким интендантом, пока рыба из трюмов его судна заливалась по бочкам, а те грузили в четыре армейских грузовика, на которых и прибыл этот интендант. Вот второй уже разгрузился, и тройка матросов активно работала швабрами на его борту. Сам капитан прогуливался у борта по пристани, изучая что-то в воде. Что-то в районе кормы. Надеюсь судно его в порядке, а то мало ли какое повреждение получить успело.
Подойдя, я обратился к нему на испанском, таким светским спокойным голосом. Однако тот обернувшись, спросил что-то на французском. В общем, мы друг друга не понимали. Я уже поинтересовался на английском, не знает ли он этого языка, и тут промах. Осторожная попытка на немецком к нему обратится, и есть, тот меня понимал, хотя и говорил на немецком ужасно. Естественно сообщать о том, что я собираюсь в Англию, а точнее хочу по-тихому добраться до её берегов, говорить этому бородатому крепкому такому мужичку я не собирался. Рано ещё. Мы прошли к нему в каюту, и я стал петь о своём желании поохотится на акул, подальше от берега. Тот с сомнением на меня посмотрел и прямо спросил:
– Месье, не хотите ли вы в Англию сбежать?
Я замер на несколько секунд, после чего с некоторой осторожностью спросил:
– И что, если это так?
– Это дорого стоит.
– Но возможно?
Мы оба осторожно прощупывали друг друга, ну а когда я прямо сказал, что мне нужно именно в Англию, тот покивал и сообщил, мол, сам он этим не занимается, но его кузен как раз зарабатывает такой перевозкой, причём у него свой человек в таможне с той стороны, который ставит отметку о прибытии в Англию, и можно будет пользоваться своим документами уверенно. Без отметки быстро доставят в полицейский участок, а там всякое может случится. Война есть война. У кузена не было карт проходов через минные поля, да и честно говоря не особо они и нужны, его лоханка способна над ними пройти, что тот и делает, да высиживает на пустом берегу. Там таможенник и ждёт, получает деньги, ставит отметки и дальше крутись как хочешь. Мой вариант. Сам капитан потребовал за свои посреднические слуги аж пятьдесят франков, но я дал добро. Тот отправил одного из матросов за кузеном, последний водил лодку раз в неделю, и когда точно следующий выход капитан не знал, нужно уточнить. Я же поинтересовался, не мог бы тот обменять немецкие марки на английские фунты или американские доллары. Оказалось, мог. Правда у него нашлось всего пятьсот семьдесят фунтов стерлингов банкнотами и ещё монетами, всё отдал, и сто тридцать шесть американских долларов. Я поначалу подивился отчего тот их на борту судна держит, а потом понял, мало ли что и придётся бежать, то такое НЗ может пригодится.
Мы как раз закончили, когда пришёл его кузен. Договорится о перевозке труда не составило, тот знал английский, я обговорил что буду один с двумя единицами багажа, оплата на месте доставки. Причём сообщив что у меня есть французские паспорта, предложил их в качестве части оплаты, и кузен подумав, легко согласился, видимо документы ему нужны для какой-то надобности. Вопросов по ним тот не задавал. Ближайшие ночи в пролёте, а вот на четвёртую судно его отходит. Тот описал где его человек будет меня ждать, и более того, мы договорились что тот поможет незаметно для патрулей добраться до судна. Кстати, покидать сам город не требовалось, судно этого контрабандиста-перевозчика находилось тут же в порту под видом рыболовного баркаса. И да, кузен готов обменять оставшиеся марки, франки и оккупационные марки на английские фунты, понятно, что по грабительским расценкам, но меня это вполне устроило. Так и договорились.
Когда лодка приткнулась к берегу, я продолжал настороженно осматриваться. Вроде как это уже Англия, но мне откуда знать? Может покрутили и обратно во Францию вернулись? Так что ладонь крепко сжимала рукоятку «Вальтера». А вообще эти четыре дня на удивление спокойно прошли. Я прожил два оставшихся дня по первым документам. Переехал в другую гостиницу и заселился там совсем по другим именем и дождался
так нужной ночи. Ещё днём я покинул гостиницу, за мной грузовичок приехал, там в кузове я переоделся в матросскую робу, мой багаж сунули в грубые мешки, пропахшие рыбой, и так доехали до судна. Я прошёл на борт, вещи мои подняли, и за два часа вместе с группой рыболовных судов мы отчалили и направились в море на вечернюю ловлю. Только наше судно с покровом темноты пошло дальше. Я подготовился к отплытию, купил бачок, залив его свежей водой, и продовольствия на три дня. Не зря, кормили на борту не очень хорошо, и почти два десятка пассажиров если не маялось животами, то очень близко было. А я своим питался.Спрыгнув на песок, я принял свои вещи, помогая другим пассажирам сойти, лодка ещё один рейс к баркасу сделает за остальными пассажирами, а мы, подхватив вещи направились к скалам. Тут нас и встретил тот самый человек контрабандиста, между прочим он нас и вёл. Двадцать фунтов стерлингов за отметку в польском паспорте конечно много, но я отдал, и направился дальше. Тут оказывается неподалёку дорога была, а там и городок под названием Богнор. В общем, я в Англии, и пора отделаться от других пассажиров что плотной группой выходили на дорогу, и добрать до Лондона. А дальше уже начнётся моя основная работа. Оружие, разобранное в чемоданах, патронов хватает, денег тоже. Нормально. А то что я в темноту ушёл и постарался отделиться от пассажиров, оказалось верным решением. Я упал на песок, и постарался отползти, когда с трёх сторон вспыхнули огни фонариков. Нас тут ждали.
То, что это всё заранее спланировано, было ясно. Думаю, и капитан баркаса в курсе, и тот его прикормленный таможенник. Почему я так решил? А они и не пытались бежать, стояли и курили, значит, участвовали в этом. Да и английская контрразведка такую дыру для заброски разведки оставить не могла и контролировала её. Скорее всего будет досмотр, всех подозрительных с собой, остальных наверняка отпустят. Что капитан баркаса про меня знал? Разве что то, что я с двумя единицами багажа. Уйти с пляжа я не могу, поэтому метнувшись к ближайшим скалам, быстро достал из одного из чемоданов саквояж, достал из карманов всё ценное, деньги, оружие, и убрал их в оружейный чемодан, оставив при себе едва пятьдесят фунтов, а чемодан с оружием спрятал в скалах, присыпав песком. Пока первую группу осматривали, сам со вторым чемоданом и саквояжем присоединился ко второй группе что только что сошла с лодки и нас тоже стали проверять. У меня в руках две единицы багажа? Значит всё в порядке, не придраться.
Из пассажиров что бежали из Франции, кто радовался, кто плакал от счастья что всё позади, дети голосили, кто спокойно воспринимал досмотр. Также спокойно и я его воспринял, меня опросили, записали данные и отпустили. Всего двоих солдаты забрали с собой, и укатили на грузовиках. Про нас и не вспомнили, надо, пешком дойдёте. Лично я, в отличие от других пассажиров, как раз не против был. Отойдя километра на два по трассе от берега, где и произошла высадка, я спрятал вещи, при обыске там ничего предосудительного не нашли, а сам втихую вернулся. Пляж пустой был, вот-вот рассветёт, поэтому я и торопился. Нашёл свой чемодан и с ним вернулся обратно. Убрал во второй чемодан саквояж, и так с двумя чемоданами направился дальше, догнав других пассажиров судна контрабандиста. Ранее утро, дорога пуста, пару раз проезжали патрули, но на нас они не обратили внимания, видимо их предупредили о нас. Вот тут уже видно, что война идёт. Много разрушенного бомбёжкой, в Гавре с этим как-то полегче было, налёты изредка бывали, как я слышал, но за то время что я там проживал, при мне такого не было.
Найдя автобусную станцию, в Лондон идёт автобус часа через два, снял комнату в гостинице, принял душ, отдав одежду на чистку, и стал ждать. Заодно сходил покушать, надев запасной комплект одежды, я его как домашнюю использовал. Тут в гостинице кафе не работало, а вот на соседней улице уже вполне. Мы в Богнор в восемь утра пришли. Далековато топать пришлось. Дальше я без проблем сел в автобус и нас повезли в Лондон. Кроме меня больше пассажиров с баркаса, таких же беглецов из Франции, не было, остальные видимо местные. Сама дорога особо не запомнилась, я проспал всё это время, но главное, что всего за несколько часов мы добрались до места и я сошёл на автобусной станции. Хм, тут патруль ждал, документы проверял. У меня проблем с ними не было, мельком осмотрели и отпустили, и я направился прочь от автовокзала. Так изредка интересуясь у прохожих, я смог найти возможность снять квартирку с отдельным входом. Вообще Лондон изрядно дымами был затянут, после того как был убит Гитлер, Люфтваффе буквально сметали на побережье английские города, проводя постоянную массовую ночную бомбардировку, так что разрушений в столице наглов было преизрядно. Поэтому я и выбрал квартиру на окраине. И пусть окон тут не было, их выбило взрывной волной, и заколотили досками, но квартирка вполне ничего, жить можно. Оплатил я за две недели, причём с доплатой за продукты. Хозяйка будет их сама приносить, и готовить. Не все закусочные, кафе или рестораны работали, многое закрылось или были уничтожены под бомбами.
Из-за неразберихи мне удалось устроится в гражданское общество самообороны, а если проще, в пожарные. Людей не хватало, брали всех, включая женщин и подростков, не то что гражданина другой страны, что находится под пятой немцев и Советов. Старший команды, в которую я вошёл, сообщил время дежурств и где встречаемся, и после этого я стал осваиваться в столице. Уже через три дня мне всё стало ясно. Ни правительства, ни банкиров в городе не было, один простой люд. Ну да, конечно, надо им под бомбы голову подставлять. Довели ситуацию до войны, а как бомбы посыпались, спрятали голову в песок, страусы, а простой народ из-за них страдает. Так что сбор информации за эту неделю, что я прожил в Лондоне, многое мне дал.