Зелёный мир
Шрифт:
«Активистами-экологами зафиксировано два очага длительного горения отходов.
В результате тления отходов в теле свалки в воздух с микрочастицами выбрасываются диоксиды, поли ароматические углеводороды, формальдегид. Все эти соединения являются канцерогенами (то есть могут вызывать онкологические заболевания) для человека. Активисты провели обследование свалки и отметили, что температура продуктов горения доходит до 117 градусов Цельсия.
Портативными газоанализаторами
Все эти вредные вещества с территории тлеющей свалки попадают в воздушный бассейн. Наиболее опасными для человека и окружающей среды из них являются диоксиды, которые образуются при отрытом горении отходов на свалках, при сжигании отходов упаковки, изделий из ПВХ (поливинилхлорид) линолеума, подоконников, сайдинга, отделки дверей, плинтусов и других отходов.
Активистами-экологами была проведена аэрофотосъемка свалки с использованием квадрокоптера для оценки масштабов загрязнения объектов окружающей среды вокруг свалки. В ближайшее время представителями отделения Союза «За химическую безопасность» по этому и другим выявленным фактам нарушения природоохранного законодательства будут направлены жалобы в надзорные ведомства.
Также, активисты проверили городскую свалку возле города «К», где также, были выявлены многочисленные нарушения законодательства.
Просим Правительство навести порядок на закрытых (выведенных из эксплуатации) и действующих объектах размещения коммунальных отходов.»
Ответа мы не дождались. Зато нас первый раз привели в отдел полиции. Лаборанта уволили. Всем остальным объяснили, что дальше не стоит заниматься ерундой. Со свалками уже разбираются. На наш вопрос, что именно там делают, следователь и свидетель переглянулись и человек в погонах ответил: «Что надо, то и делают».
«Взрослый человек, а отвечает, как детсадовец» …
Глава 2
Я начала учиться на втором курсе экологического факультета, когда стали ходить слухи, что в нашем регионе планируют открыть завод для утилизации отходов 1-2 класса опасности.
Слухи – слухами, но спустя некоторое время мы выяснили, что завод уже начали строить у крупной реки, в нескольких километрах от нашего города, в населённом пункте, где обычной жизнью живут люди.
Наверное, это не страшно, когда специалисты на заводе аккуратно запечатывают опасные отходы в особую тару и закапывают в землю – как это написано на бумаге. Страшно как делается на самом деле… Страшно, когда безопасность населения обеспечивают люди, которые не готовы контролировать малейшие нюансы сложнейшего мероприятия. А некомпетентность они уже доказали для нас вполне на примере горящих мусорных свалок.
Нам уже давно было известно, что правительство соседней страны предложило нашей стране свои услуги по утилизации
нашего мусора, так как свой мусор у них закончился, а благодаря технологии переработки отходов, страна отапливала и снабжала горячей водой целый город! Но «мы» отказались, сказав, что нам немного дешевле строить полигоны для свалок на своей земле.Мы развернули бурную деятельность против возведения завода. С однокурсниками и даже с неравнодушными педагогами мы выходили на забастовки, пытались пробиться к главе города с просьбой разъяснить населению принцип и порядок утилизации, но нас игнорировали. Мы писали статьи и издавали листовки чтобы расшевелить жителей города на борьбу с беспределом.
В итоге мы бегали как муравьи среди слонов, нас не замечали, а мы везде выступали со своими заявлениями и требованиями, но привело это лишь к тому, что нас опять арестовали и угрожали, что нас отчислят из института, если мы не прекратим акции.
Мы решили пойти другим путём: письменно потребовали строить завод хотя бы за чертой крупных населенных пунктов и вдали от рек и подземных вод. Но нас снова собрали в полицейском участке.
На этот раз всё было серьёзно. С нами уже общались дяди в красивых погонах с большими звёздами и внушали нам что мы не правы, они говорили так убедительно и правдиво, что, если бы не моё логическое мышление и самостоятельно добытые факты, я бы точно поверила, что всё делается для нашего общего блага.
Я задавала дядям неудобные вопросы, и они сочувственно кивали головами, а один спокойным, но пренебрежительным тоном пояснил мне их позицию:
– Девочка, твоя глупость зашкаливает. Тебе только кажется, что ты что-то понимаешь и знаешь. Ты лишь маленький винтик в системе. Не самый важный… такой, что, если тебя не будет, механизм будет продолжать работу. А иногда в механизме появляются лишние детали, но в процессе работы выявляется их бесполезность и тогда механизм усовершенствуют, ликвидируя недостатки. Надеюсь ты понимаешь что-то в механике?
«Что-то понимаю… Но не всё… В каком смысле ликвидировать недостатки?..»
–
В конечном итоге, по стечению обстоятельств, именно меня объявили организатором всех протестов и угрожая «плохой» уголовной статьёй, попросили уехать из города, если не хочу навредить себе и своей семье… Мои соратники проходили мимо меня молча и не глядели мне в глаза. Мои попытки заговорить с ними были тщетны.
Я шла домой в странном состоянии, словно это не я и не моя жизнь и всё что произошло сейчас – это случилось не со мной. Я не думаю, что я расстроилась или чувствовала опасность – нет, я была спокойна и не понимала, что такого мы сделали, что заслужили внимание «больших звёзд» и зачем мне посоветовали уехать?
«Куда уехать? Вы вообще в своём уме?! Что вы несёте? Мне восемнадцать. У меня институт и родители здесь…бред какой-то».
–
Я пришла домой в ужасном состоянии: синяки на руках и ногах, тёмные круги под глазами. Я увидела родителей, даже не подозревающих о произошедшем. От нелепости всего и беспомощности у меня покатились слёзы, при этом лицо не выражало эмоций. Я ушла в свою комнату и сидела, смотрела в одну точку, всё ещё не веря, что всё это произошло со мной.