Защитник
Шрифт:
Открываю калитку и иду по тропинке к дому. Флинт бросается ко мне и требует ласки. Несколько минут треплю его лохматую морду под аккомпанемент его эмоционального тявканья.
Вхожу в дом.
Пипец!
Вот кого я точно не ждала увидеть, так эту пьяную рожу.
Он же должен быть на работе! Снова уволили?!
– Сонька, сбегай за бутылкой! – вопит нечто, что язык не поворачивается назвать мужчиной, едва фокусирует на мне свой мутный взгляд.
С пьяными спорить бесполезно, и я, игнорируя, литерой поднимаюсь наверх, к себе в комнату.
Сбрасываю
Слышу скрип двери и молча матерюсь на себя за то, что забыла ее запереть.
Масляный взгляд, от которого начинает подташнивать, наглая ухмылка…
– А ты так ничего! Сисястая!
Меня достали похабные взгляды и якобы случайные прикосновения этой свиньи, но сейчас он вообще перегнул палку!
– Пошел вон! – ору на отчима от нахлеста одних отрицательных эмоций на другие.
Идиотская улыбка на губах.
И как мать только его терпит?! По мне лучше быть одной, чем с таким быдлом.
Хватаю сумку, вытаскиваю из нее баллончик и направляю на него.
– Еще шаг и распылю эту гадость тебе в рожу.
Не понимает и приближается.
Делаю обещанное, и пока он кашляет и трет глаза, хватаю нужные для поездки вещи и сваливаю из комнаты.
На первом этаже налетаю на мать.
– Софийка, ты чего в белье по дому бегаешь?
– Спроси у своего… – не нахожу слов, как обозвать это ничтожество.
– Доченька!
Кривлюсь.
– Сегодня ночевать дома не буду, – бросаю ей и вылетаю во двор, чтобы одеться и уйти.
5 глава. Работа
Сижу в темном углу кафе и делаю снимки из специально обустроенной сумки, в которой спрятана фотокамера, как лысый, постоянно вытирающий пот платком кабан распускает пальцы перед девчонкой.
А еще его ладонь на ее ноге, стремительно скрывающуюся под юбку.
Брр!
Ей на вид едва больше, чем мне!
Как можно ложиться под этого борова?!
Фу!
«Нашлась моралистка!» – тут же вступает со мной в спор внутренний голос. «Сколько раз за последние полгода ты занималась сексом совсем не из-за прекрасных чувств, вспыхивающих в сердце?»
«Они мне нравились!» – оправдываю я себя. – «С таким бы я точно не смогла!»
Замечаю, как парочка расплачивается, и тоже подзываю официанта.
Натянув кепку на глаза, следую за клиентами к машине.
Морщась, наблюдаю, как мужик сгребает несчастную и целует, одновременно незаметно снимаю из-за колонны этот ужас.
Ну что, осталось только запечатлеть парочку в отеле, в который наверняка он ее повез, и все: моя работа сделана, можно уезжать.
Нет смысла торчать здесь двое суток, чтобы просто продублировать снимки. Скряга все равно не платит за работу, только дает гроши, чтобы хватило не умереть с голоду в чужом
городе и снять какой-нибудь хостел. Вот я и экономлю.Они скрываются в машине, а я ловлю тачку, бросившись чуть ли не под колеса.
– Тебе что, жить надоело?! – вопит мужик, высунувшись в окно, но я делаю самое несчастное лицо на свете и причитаю:
– Мой муж уехал с любовницей на том «Мерсе». Мне очень надо за ними.
– Садись.
Плюхаюсь на сиденье и бесплатно доезжаю до гостиницы, рассказывая жалостливую, выдуманную на ходу историю.
– Помощь нужна? – уточняет «таксист», останавливая машину.
– Нет, спасибо. Вы и так очень помогли! Дальше я сама.
Делаю завершающие снимки и отправляюсь на автобусную станцию, радуясь, что так быстро справилась и мне не придется, экономя на себе, кемарить где-нибудь на стуле.
Возвращаться сразу домой нет желания, к тому же все равно сказала матери, что не приду, и я бреду в сторону стадиона, упрямо рассчитывая еще раз попытать счастья с красавчиком-футболистом.
Их корпус нахожу не сразу, а вот с поиском комнаты везет. Едва вхожу в коридор, вижу, как объект моего преследования заходит в нее. Думаю окликнуть и остановить, но торможу себя. Мало ли как отреагирует парень, а я не хочу привлекать внимание.
С бешено колотящимся сердцем и надеждой, что сегодня мне повезет больше, без стука врываюсь внутрь и, закрыв за собой дверь, прислоняюсь к ней, словно показывая: не уйду и не выпущу.
Встречаемся взглядом, и я мгновенно считываю: бесполезно. Он смотрит на меня, как на подгнившие яблоки, что по осени выкатываются на дорожку под ноги и мешают пройти.
– Ты с первого раза не понимаешь? Тебя прямым текстом послать?
Собираю ошметки гордости и вскидываю подбородок.
– Я вообще-то Ваню искала.
Секундное замешательство. Усмешка.
– Ну-ну.
Не ведусь на его ухмылки и продолжаю играть начатую игру.
– Где он?
– Пошел топиться в море оттого, что одна… не слишком хорошая особа отказалась с ним встречаться.
Рассказал.
– А я передумала!
Смотрит внимательно.
– В какие игры ты играешь?
– Ты еще до них не дорос! – кидаю ему в лицо вместе с разочарованием и выхожу вон.
Естественно, я не иду искать Ваню. Он хороший милый мальчик, и ему нужна такая же хорошая милая девочка, а не как сказал его придурок друг, «не слишком хорошая особа».
Смотрю на часы. Сегодня все-таки придется возвращаться домой. Еще холодно ночевать на пляже.
Поворачиваю на нужную улицу, решая, что заберусь к себе в комнату по крыше через окно, чтобы родственники и не знали о моем возвращении, и жмурюсь от слепящих фар.
Кто-то знакомый. Точно. Специально включил дальний, чтобы я не видела машину.
И кто у нас такой шутник?!
Через минуту на обочине рядом останавливается навороченная тачка, и я кривлюсь, смотря, как из нее вываливается Гришка, прихвостень Заболотского.