Юг
Шрифт:
— Я прошу надлежащего обращения с военнопленными! Я офицер, поэтому требую, чтобы мне, в соответствии с международными нормами, было предоставлено должное обеспечение и уважение.
Согласно международным правилам и нормам, Донован, как военнопленный, не должен подвергаться жесткому обращению, но даже без этого в Китае существовала древняя традиция: хорошо обходиться с пленниками. Тем не менее, из всех правил есть исключения, вот и содержание сдавшихся солдат Донована были не очень хорошим, так как Юэ Чжун не горел желанием в сегодняшних условиях слишком тратить свои ресурсы.
По этой причине обеспечение Донована было даже хуже, чем снабжение бойцов штрафбата —
Доновану хватило всего пары дней на такой пище, чтобы его желудок начал протестовать, а мысли о будущем — ввергать его сердце в отчаяние.
— Переходи со своими людьми ко мне и работайте на меня, — взглянув на Донована, предложил Юэ Чжун. — И тогда я смогу обеспечить вам должный комфорт и достойную жизнь вместе с надлежащим уважением.
Как-никак он своими глазами видел и на своей шкуре ощутил удивительно-высокую боеспособность элитных солдат Райского Государства, когда захватывал артиллерийское подразделение, поэтому Юэ Чжун хотел нанять их, так как ему нужны такие таланты.
— Мистер Юэ Чжун, мы ваши военнопленные и не обязаны работать на вас, — ответил Донован со странным блеском в глазах. — Тем не менее, наше Райское Государство готово заплатить выкуп за нашу свободу. Как вы смотрите на это?
— Тогда вы останетесь в том же положении, все военнопленные получают одинаковое обеспечение, — спокойно ответил Юэ Чжун. — Если Райское Государство заплатит достаточную цену, то мы готовы будем сотрудничать. Кстати, мы не намерены содержать бездельников, поэтому вам нужно быть морально готовыми к тому, что придется работать физически.
Когда Донован услышал, что пленным придется работать, он побледнел — еда и так настолько плохая, что ее хватает только на поддержание жизни, а если еще придется трудиться, то они быстро лишатся всех сил и, иссохнув, потеряют физические кондиции, позволявшие им быть солдатами. А в нынешнее время у тех, у кого нет сил и не может сражаться, жизнь совсем незавидная.
В связи с этим он задумался на некоторое время, и все-таки принял предложение Юэ Чжуна:
— Я готов со своими людьми работать на вас!
— Очень хорошо, — удовлетворенно улыбнулся Юэ Чжун, и сразу же отдал первый приказ: — Возьмите своих людей и сравняйте с землей район Линьян.
В этом районе располагалась небольшая крепость, в которой скрывались Вуянь Хун и Чэнь Шэнъюн. В войске Юэ Чжуна, пришедшего из китайского городка Тяньсинь, были преимущественно мастера, среди которых практически не было специалистов-артиллеристов, да и штурмовать укрепленные объекты они не умели. В то же время люди Донована были экспертами в обращении с тяжелой артиллерией, так что для них такая работа не будет тяжелой.
— Командир! — только Донован ушел, как к Юэ Чжуну подошел офицер, доложивший: — Чэнь Шэнъюн прислал своего представителя, который хочет с вами встретиться.
— О! Пропустите его, — довольно ответил он.
— Приветствую вас, командующий Юэ Чжун! — вежливо поздоровался вошедший в помещение 32-33-летний мужчина, который посмотрев на него, тут же и сам представился: — Меня зовут Лимин Цзун, рад с вами познакомиться.
— Что просил передать Чэнь Шэнъюн? — окинув взглядом мужчину, Юэ Чжун перешел прямо к делу.
На данный момент уже весь Лангшон был в его руках, он был хозяином положения, поэтому не хотел сейчас зря распинаться. Видя это, Лимин Цзун понял, что Юэ Чжун не намерен вести
вежливые беседы, поэтому также прямо ответил:— Ястребиный Вождь желает получить ваше покровительство, поэтому готов подчиняться вашим приказам, и помогать контролировать как Лангшон, так и Тайюань!
Услышав это, Юэ Чжун задумался. За время войны за Лангшон здесь погибло порядка 40 000 человек со всех сторон, при этом в городе все еще оставалось около 110 000 вьетнамцев, а в дополнении к ним в Тайюане проживало еще несколько десятков тысяч выживших. Поэтому если Чэнь Шэнъюн — коренной вьетнамец — действительно согласиться принять его покровительство, то тогда Юэ Чжуну будет намного легче управляться с более чем сотней тысяч вьетнамских выживших.
— Какие у него условия? — негромко спросил Юэ Чжун.
— Мой вождь надеется на вашу милость, — поколебавшись, Лимин Цзун все же осторожно ответил: — И просит вас, не убивать слишком много невинных вьетнамцев.
Всем известно, что Вуянь Хун массово убивал китайцев. И вот во Вьетнам пришел молодой китайский лидер, который начав захватывать вьетнамские поселения, просто вырезал всех обычных вьетнамских выживших — в одном только Локуне было убито 4000 человек. По этой причине Чэнь Шэнъюн и беспокоился, что Юэ Чжун, захватив Лангшон — логово вьетнамских нацистов-экстремистов — от гнева устроит беспощадный геноцид, превратив город в место бойни беззащитных вьетнамских жителей.
Глава 482. Внутренняя междоусобица
Массовое убийство мирных жителей в условиях войны не являлось редкостью даже в прежнем мире — в многочисленных локальных конфликтах довольно часто гражданское население уничтожалось почти полностью. В Новой истории Китая также имелось такое событие, получившее название Нанкинская резня[28].
Вот Чэнь Шэнъюн и был крайне обеспокоен, что Юэ Чжун из мести может вырезать всех вьетнамских выживших, коих в Лангшоне набралось больше ста тысяч. Хоть Ястребиный Вождь и не считал себя добродетельным человеком, он просто не сможет сидеть и смотреть, как будут убивать тысячи его соотечественников.
— Тех ублюдков, чьи руки обагрены кровью китайских выживших, я абсолютно точно не отпущу! Тем же, кто не участвовал в расправах над китайцами, жизнь будет сохранена, — резко ответил Юэ Чжун. — Это мое крайнее условие, вернись и сообщи об этом Чэнь Шэнъюну. Если он все еще будет заинтересован в моем покровительстве, то я готов буду дать ему должность командира полка — он будет командовать несколькими батальонами. Возвращайся!
Если лидер Народной Армии присоединится к нему, то это поможет Юэ Чжуну в контроле и управлении более чем сотней тысяч выживших вьетнамцев, поэтому и назначение его командиром полка не будет чем-то опасным. Хоть войск у него и будет относительно много — от тысячи до полутора-двух тысяч, они все равно будут оснащены холодным оружием, или же, максимум, автоматами. Пока Чэнь Шэнъюн хочет к нему присоединиться, Юэ Чжун готов уважить его и выделить людей под командование.
— Хорошо, — почтительно ответил Лимин Цзун.
— И еще одно, — только посланник собирался уходить, как снова раздался жесткий голос Юэ Чжуна. — В качестве доказательства я хочу, чтобы Чэнь Шэнъюн принес мне голову Вуянь Хуна. Если он не сможет этого сделать, то и я не признаю его способности, и смогу дать ему лишь должность заместителя командира батальона. 24 часа. Если через 24 часа он не приведет свои войска, то не вините меня за недопонимание.
— Да, — ответил Лимин Цзун и покинул помещение.