Юг
Шрифт:
Лидер Волчьего Клыка У Дахуэй направил отряд, чтобы блокировать вершину горы, и быстро организовал часть бойцов батальона Волчий Клык, чтобы те заняли позиции в разных ключевых точках. Одновременно с этим в лесу были спрятаны два штурмовых вертолета, готовые взлететь в любой момент и начать наступление на Юэ Чжуна.
У Дахуэй не мог недооценивать Юэ Чжуна, который смог в одиночку уничтожить его элитную команду. Хоть этот сильный боец, вероятно, и не смог бы одолеть армию Вуянь Хуна, в партизанской войне обеспечил бы некоторые проблемы Великой Вьетнамской Империи.
Батальон Волчий Клык убил множество экспертов, которые отважились
Время шло, но Юэ Чжун все не появлялся.
— Черт тебя подери, Юэ Чжун! Какого хрена его нет? — спустя три часа У Дахуэй стал испытывать нетерпение, его брови хмурились все сильнее, а проклятья становились все громче.
— Командир! — как раз в это время солдат, прибежавший с небольшой тропы, доложил, — Юэ Чжун прислал сообщение, он сказал, что раз уж мы устроили засады и ловушки, то нам веры нет. Он хочет, чтобы мы немедленно все перевезли к Бамбуковому Пику.
— Он это предвидел? Он думает, что он самый хитрый! — выражение лица У Дахуэйя окаменело еще больше, так как его опасения на счет Юэ Чжуна еще больше возросли.
— Командир! Что будем делать? — спросил другой солдат.
— Пусть будет, как он хочет. Отвозите все к Бамбуковому Пику. На этот раз никому не следовать за ним! — ответил командир батальона Волчий Клык, слегка помедлив, пока просчитывал возможные варианты.
— Есть! — с готовностью отозвались солдаты.
«Пока ты желаешь 300 тонн продовольствия, ты никуда не денешься от моих когтей!» — пылко подумал про себя У Дахуэй. Большинство грузовиков действительно были забиты продуктами, но в некоторой части из них прятались эксперты его батальона. Как только Юэ Чжун пошлет кого-нибудь, чтобы забрать продовольствие, эксперты выйдут из укрытий и при поддержке двух штурмовых вертолетов смогут уничтожить целый батальон неподготовленных солдат.
Вьетнамские солдаты, последовав приказу командира, перевезли продовольствие к Бамбуковому Пику, потратив на это еще несколько часов.
— Командир! Юэ Чжун хочет, чтобы мы отправили продовольствие к Лесу Ящериц, — сообщил солдат спустя час после того, как все было доставлено к Бамбуковому Пику.
— Проклятый Юэ Чжун! Ты смеешь играть со мной! Как только я тебя поймаю, ты будешь умирать медленной и ужасной смертью! — лицо У Дахуэйя перекосило от злости, яростно набросившись на огромное дерево, он со смачным звуком расщепил его. Теперь он знал, что Юэ Чжун и не собирался договариваться, наоборот, он хотел поиграть с ним.
— Возвращаемся назад! — стиснув зубы, прорычал У Дахуэй голосом, способным испепелить все вокруг. Под его командованием бойцы батальона Волчий Клык и остальные вьетнамские солдаты отправились назад, усталые и изможденные.
В то же самое время Юэ Чжун вел за собой Ли Бинъянь в направлении небольшого города, в котором некогда располагался авангардный отряд Великой Вьетнамской Империи. Он уже выполнил свою задачу по наблюдению за ситуацией в основном городе противника и должен был возвращаться, чтобы организовать отступление и покинуть город.
Юэ Чжун мог причинить лишь легкое беспокойство войскам Вуянь Хуна, потому что пока не был готов столкнуться с целой армией. Если батальон Волчий Клык выступит против Юэ Чжуна, то они с легкостью сметут его нынешние отряды.
— Ты не заслуживаешь доверия! — с ненавистью прошипела Ли
Бинъянь, — Разве ты не обещал, что как только получишь 300 тонн продовольствия, то отпустишь меня? Разве наши люди не дали тебе 300 тонн? Почему ты не договорился с ними и не отпустил меня?Юэ Чжун не пошел в обговоренный пункт обмена, и это довело девушку до бешенства. Она была уверена, что как только нога Юэ Чжуна ступит туда, для него это обернется ничем иным, как смертью. Она положилась на эту надежду, но ей суждено было обратиться в прах из-за действий Юэ Чжуна.
— Заткнись! Это твоему батальону нельзя верить, они устроили ловушки и таким образом провалили сделку. Не нужно винить в этом меня, — холодно ответил Юэ Чжун, смело встретив гневный взгляд Ли Бинъянь.
Из-за их готовности сотрудничать Юэ Чжун уже знал, что нет никакой возможности вести переговоры, ведь 300 тонн продовольствия за одного человека — это немало. К тому же если бы они поменялись местами, и это Юэ Чжун оказался бы на месте У Дахуэйя, то он бы точно также подумал об избавлении от такого жадного бандита.
Ли Бинъянь, с ненавистью посмотрев на Юэ Чжуна, все же смиренно опустила голову, однако сердце ее было наполнено мыслями об убийстве Юэ Чжуна бесчисленными способами.
После того как Юэ Чжун привел девушку в город, он увидел выживших из Китая, Европы и Африки, которые уже немного восстановили свои силы. С оружием в руках они патрулировали город, вселяя страх во вьетнамских жителей города, поэтому на улицах не было ни души, вместо этого в некоторых местах уже были уложены мешки с песком и колючая проволока, и на этих постах несли дежурство солдаты.
При виде приближавшегося Юэ Чжуна вооруженные солдаты салютовали ему, их глаза были полны благоговения и благодарности. Все-таки этот человек спас их от плена, дал им пищу и силы и вернул достоинство. Его действия позволили им пожить еще немного, чувствуя себя людьми, а не свиньями или собаками. Это и стало причиной их глубокой признательности к Юэ Чжуну.
Один из китайских солдат с огромным шрамом от ожога на лице, который придавал ему еще более свирепый вид, подошел и, отдав честь Юэ Чжуну, с глазами, полными благодарности, заговорил:
— Босс Юэ! Мисс Чэнь Яо там, пожалуйста, пойдем со мной!
Эти двести с небольшим не-вьетнамцев вели жизнь недостойную даже собак и свиней, и каждый из них обладал шрамами, доказывающими это.
— Как твое имя? — спросил Юэ Чжун, шагая рядом с солдатом.
— Пэн Цзиньюн! — тут же ответил тот.
— Готов быть моим личным телохранителем? — слегка улыбнулся Юэ Чжун.
— Конечно, хочу! — выражение лица Пэн Цзиньюна стало даже еще более свирепым при мысли о вьетнамцах, поэтому он заговорил с еще большим желанием убивать, — Но босс Юэ! Я хочу быть на передовой, чтобы убивать этих вьетнамских свиней!
Все эти хреновы говоруны, которые говорят о «возмездии, когда настанет время» и «мести, которая ничего не решает», занимались пустой болтовней. Они не страдали и им не причиняли вред, поэтому они могли с легкостью вступать в дебаты и вести теоретические беседы. Но если бы их жен или дочерей изнасиловали, или причинили иной вред, и при этом они все еще могли бы хранить спокойствие и прощать обидчиков, то только тогда это было бы более убедительно.
Юэ Чжун спас эти 200 человек из лап вьетнамцев и вполне естественно, что они их ненавидели. Они не могли дождаться момента, чтобы начать убивать тех, кто причинил им столько страданий.