Ядина
Шрифт:
Устроив поудобнее пришедшую в себя Неворону, Ядина торопливо вбегает в чулан.
– Прив! Я пришла! Прив, что с тобой?
Прив лежит возле стены. На ее руках и ногах все те же оковы. Ей очень плохо! Она дышит учащенно.
– Ядина, помоги мне! Мне так тяжело дышать! Там, где у меня когда-то было сердце, такая боль!
– Ну, это уже, вообще, безобразие!
– Кричит Ядина возмущенно, - сколько я буду уничтожать эти железяки! Прив, подружка, потерпи! Сейчас я снова уничтожу эти оковы, и… - Кладет руки на оковы, но на этот раз ничего не происходит, они и не собираются исчезать.
– Как же так? Если я не освобожу тебя от
Пробует на прочность оковы, пытается вырвать их из стены. Все бесполезно.
Успокоившись и сосредоточившись, Ядина уходит мысленно глубоко в себя.
– Я поняла, - вдруг кричит девочка, - я появилась в этом доме не случайно! Корни этой истории, там, в прошлом! Все что началось в деревне лекарки несколько веков назад, должно закончиться здесь и сейчас! Благбрань привез меня из квартала лекарей, то есть из того места, которое раньше было деревней лекарки, в дом, где первоначально поселилась колония людей, ушедших из деревни лекарки. Глава колонии, фанатик, был виновником множества смертей людей. Люди умирали от пустячных болезней, которые мог вылечить даже врач того времени. Но Глава не подпускал врачей и лекарей к дому, в котором жили колонисты. Боль, гнев и безнадежность витали в доме, не находя выхода, пока все население колонии не перемерло и внезапно не исчез последний житель дома - Глава. Через несколько лет после этого, в доме поселилось семейство Марка и Изабеллы. Встречая свой последний час, Глава испугался и послал за врачом. Но вместо врача пришел Он, тот, чье имя нельзя называть. Он пообещал Главе вечную жизнь и новое имя, Темный туман, в обмен на… Но это долгая история! И я ставлю на ней точку! Я, Ядина, прапраправнучка первой лекарки, ставлю точку в этой страшной истории! Пусть придет примирение!
Несколько минут ничего не происходит, потом Ядина вдруг начинает расти, когда рост ее достигает двух метров, и макушка уже упирается в потолок, она дотрагивается двумя пальцами до стены, к которой прикреплены оковы и с легкостью выдавливает часть стены.
Стена падает вовнутрь. Слышится грохот, облако пыли погребает под собой Прив.
В этот момент, привлеченная грохотом, влетает Неворона. Птица еще слаба, но любопытство пересиливает слабость.
– Ядина как высокая сосна!
– Каркает птица.
– Неворона наверно спит и видит сон! Невороне надо срочно в гнездо, в гостиную! Там солома, там светло! Я сплю, я сплю!
Улетает в гостиную, забивается под диванные подушки и делает вид, что спит.
После того, как пыль чуть-чуть улеглась, Ядина находит на полу бесплотное тельце Прив и выносит ее из чулана в коридор.
По мере того, как она бежит по лестнице к детской комнате, рост ее медленно снижается. Войдя в детскую, девочка чувствует, что какая-то тяжесть оттягивает ее карман. Это одно из звеньев цепи. Ядина даже не помнит, когда успела положить его в карман. Целый день уходит у Ядины, чтобы привести в себя Прив и потрясенную Неворону. Наступает ночь.
– Ну, вот и все!
– Удовлетворенно говорит Ядина, Прив.
– Сегодня Темный туман за тобой не придет. И твоих ножек, и ручек никогда больше ни коснутся оковы!
Измученная лекарка мгновенно засыпает, лишь коснувшись подушки.
– Спасибо тебе маленькая врачевательница! Большего для меня никто не смог бы сделать!
Прив и Ядина спят. Туман разливается по дому, но не может просочиться сквозь дверь детской.
Под
утро Ядине мерещиться, что она слышит звон пересыпаемых монет, но, проснувшись, решает, что ей все послышалось.А рано утром начались чудеса. В шесть часов утра весь дом и окрестные дома будят звуки клаксона.
Селеста открыла входную дверь и обомлела. К ней бежал ее
мальчик, ее сын.
А Благбрань захлопнул дверь и, не объясняя ничего, развернулся и уехал.
Счастливые мать и сын входят в дом. Раздается шум вновь подъехавшей машины. Возвращается Благбранъ. Ни слова не говоря, выходит из машины и идет к дому.
Отодвигает, оторопевшую, Селесту и подходит к Ядине:
– Я вспомнил название города, - говорит он Ядине, - которое видел на указателе.
– Ты вспомнил?
– Кричит девочка восторженно.
– Ура! Значит, я скоро вернусь домой! Спасибо, Благбрань!
– Пожалуйста. Но зови меня, теперь, не Благбрань, а дядя Дженри.
– Дядя Дженри... Куда же ты уезжаешь?
– Не волнуйся. Я скоро вернусь. Мы будем теперь видеться часто- часто!
И Благбрань, т.е. Дженри уезжает.
Прошло два дня.
Селеста никак не может собраться с духом и назначить день отъезда Ядины. Она понимает, что с этим домом что-нибудь случится, если в доме останутся только девочка или только мальчик.
Настал третий день. Уже собраны вещи Ядины, уже несколько раз успокаивают плачущего Поля, уже...
Наступает последняя ночь перед запланированным отъездом. Наплакавшись, девочка и мальчик уснули, но в три часа ночи их будит вой пожарной сирены.
Горит дом, в котором живет новая подружка Ядины - Атолка.
Банда пригородчан, наконец, разделалась с Красавчиком, братом Атолки, а заодно и с его семьей.
Дым, крики, суматоха.
Селеста с детьми тоже кидается к месту несчастья.
Атолку удается вытащить из горящего дома, а ее родителей и старшего брата Красавчика, нет. Нутик тоже остался жив, он лижет своим язычком неподвижное лицо маленькой хозяйки, пытаясь привести ее в чувство.
Так как родных у девочки не осталось, Селеста просит перенести до приезда врача девочку в свой дом.
У Атолки нет не единого синяка, ни ожогов, ни шишек, однако, она не приходит в себя.
Приехавший врач подозревает внутреннее кровоизлияние и не решается пока увозить Атолку в больницу.
Настает вечер, но девочка не открывает глаза. Ядина несколько раз пытается привести ее в чувство, но ничего не получается.
– Это заболела ее душа, ее дух.
– говорит она, обращаясь к Селесте, Полю и Невороне.
– Я ничего не могу сделать. Если до 12 часов ночи, она не решит сама для себя, что хочет жить, я. Помнишь, Селеста, я тебе рассказывала, что со мной было то же самое. Только у меня был целый год, чтобы прийти в себя, а у нее несколько часов до полуночи.
– Откуда, ты знаешь?
– Недоверчиво спрашивает Поль.
– Знаю. Не понимаю, откуда, но знаю. Мама Селеста, Поль идите спать. И, пожалуйста, верьте, верьте изо всех сил, что душа ее вылечится.
Как только Поль и Селеста ушли, Ядина бросается в свою комнату, где теперь вместе с ней живет Прив.
Чтобы Прив не было плохо от солнечных лучей, Ядина, ничего не объясняя, попросила Селесту повесить в детской самые плотные шторы, какие только возможно.
– Прив, Прив ты все знаешь?
– Громким шепотом спрашивает она, вбегая в детскую, - тебе не надо пересказывать?