Я здесь остаюсь...
Шрифт:
Немного сбили жару открытием всех входов — их оказалось всего два, не считая сорванного люка в потолке — оттуда просто сняли тканевую заплатку, обеспечив минимальную вентиляцию. Кроме главного входа в боковой стенке машины, примерно посредине корпуса, имелась еще возможность попасть внутрь «ООП-4» через дверку кабины — такая приблуда располагалась со стороны запасного водителя, как ни странно — ведь логичнее сделать вход со стороны основного водителя, как думалось Виктору. Народ ходил по машине, кривя носом и искоса бросая на шефа вопросительные взгляды — уровень удобств ниже уровня самого дешевого вездехода, холодильников нет — зачем охотникам такая большая и бесполезная цацка? Сам шеф тоже в настоящий момент не испытывал уже того первого энтузиазма, осматривая свое новое имущество — ведь действительно, кто захочет в здравом уме таскаться по саванне месяцами в таких стесненных условиях — какое-то гипертрофированное купе с артиллерийским складом в придачу? Люди привыкли жить в определенном комфорте, и эта мобильная гостиница ни у кого не вызывала оживления.
— Ну и ладно — подумал шеф — отгоним на базу, может когда-нибудь пригодится,
Зато броневик все восприняли положительно: тоже фиорская разработка, модель «Бр3-2б», что расшифровывалось, как «бронемашина на три члена экипажа с двумя орудийными башнями». Пятиметровая бронированная коробка на двух спаренных осях, где диаметр колес не уступал диаметру колес его «Хозуса» — немного округлый дизайн бортов, задняя часть имела скос сверху вниз, а передок смотрелся зеркально противоположно ей. В общем, машина со стороны имела немного странный и хищный вид. Стандартно экипаж состоял из трех человек: водитель, чье кресло располагалось посредине кабины, а второе кресло отсутствовало. Правее и немного позади, находился пост оператора главной орудийной башни — лазерный излучатель плюс гранатомет, действие которого охотник уже имел возможность испытать на себе — в тот раз ему это все очень не понравилось. И еще глубже внутрь салона, левее главной башни находилось место для третьего члена экипажа — здесь располагалась дополнительная башенка, в задачу которой входила постановка дымовых завес, отстрел сигнальных и осветительных ракет, плюс гранатомет меньшего калибра. Кому и против кого нужны в саванне дымовые завесы, никто из присутствующих не смог определить — скорее всего, машина шла на вооружение сухопутных войск Фиора, а сюда их поставляли, «как есть», ничего не снимая и не добавляя.
Внутренние объемы частично занимали пристеночные шкафы и ящики, где хранился оперативный боезапас, а дополнительных сидячих мест не обнаружилось. Наличие третьего члена экипажа в условиях Версолы считалось необязательным — здесь боевые действия не велись, так что броневичком вполне могли управляться двое, да и пост дополнительного стрелка выглядел откровенно беднее основного. Оставалось лишь отремонтировать обе машины, чтобы оценить их возможности до конца — тут вся надежда падала на Бейна, хоть частично ремонтные базы освоили и другие члены команды. Специалист приехал с кучей строительных роботов, которые позаимствовал для своих нужд: многофункциональный «Строй-А», его Фручо собирался использовать для монтажных и демонтажных работ, робот-сварщик «Дуга-А», требующийся для работы с металлом и композитными сплавами корпусов. Также из трейлера выползли «Фреза-А» для резки брони и покореженных частей машин и робот-электрик «Фаза-А», так как однозначно в мобильном фургончике придется менять кабели, и на закуску компанию механических работников замыкал робот-грузчик «Масса-А».
Так как специфика предстоящих работ намечалась нештатная для указанных выше металлических бойцов, то главного робота-босса техник с собой не взял, собираясь руководить всей братией напрямую самолично. Ремонтные работы затянулись на четверо суток, не считая первых, когда компания только добралась до ништяков. По мере сил и возможностей в процесс включались и оба охотника — Виктор, как тот, кто знал базу по роботизированному комплексу и мог им тоже управлять, и Волш, как ничего не понимающий в роботах, просто работал оператором гидрострелы трейлера — а больше никаких полезных навыков у него не обнаружилось. Сначала техник взялся за мобильный отель — там повреждений насчитывалось на порядок больше, чем у броневика: восстановление верхнего аварийного люка, замена внешних защитных жалюзи — самая трудоемкая работа. Кроме того, много времени и сил забрало восстановление поврежденных участков трубопроводов системы кондиционирования, закачка холодоагента обратно в систему, замену порванных кабелей — та еще нудная и кропотливая работенка. И, конечно же, накладывание заплат на участки брони, поврежденные животными. Активация транспортного средства прошла проще некуда: просто ввели серийный номер с ключа, лежащего в ящичке кабины — никаких дактилоскопических сенсоров, теплового сканера… все легко и без премудростей!
— Я думаю, что это логично — заметил Волш, когда компания расселась в вагончике — места там было в два раза больше, чем в любом вездеходе, ведь транспорт рассчитывался на четырех бойцов плюс водитель.
— И что тут логичного? — поинтересовался Виктор у партнера — военная техника все же, а без защиты доступа!
— Вот именно, что военная! — Волш поднял палец вверх — сюда пригнали обычную военную технику. Это охотничьи вездеходы делают специально под условия Версолы, а так… Любой боец должен иметь возможность управлять машиной, если штатный водитель не в состоянии по каким-либо причинам — не бросать же аппарат посреди саванны — а так все просто: ключ в руки, пару движений пальцами по сенсору и вуаля, ты в деле! Это у нас, охотников, такие секреты — для большинства сорок тысяч за начальный «Корт», это уже серьезные деньги — поэтому и все эти сложности с сенсорами и отпечатками.
С башней броневика все получилось и проще и сложнее одновременно: старую сняли без вопросов, а вот новая деталька пришла набором, и Фручо собирал установку по месту. Особенно много времени заняло подключение артиллерийского короба к гранатомету и лазерного импульсника — работа для специалиста оказалась новой, делал он ее в первый раз, медленно и осторожно — все же это стреляющая часть машины, а не простая и привычная подвеска, к примеру. Активация оказалась
копией предыдущей процедуры в машине поддержки — никаких особых секретов, все описано в базе.— Дааа — протянул Вик задумчиво, когда опробовал лично место оператора башни — теперь понятно, как он меня тогда так легко засек и накрыл!
Само операторское место представляло собой кресло, вращающееся синхронно с башней, которое наполовину прятало самого оператора в своеобразной капсуле, стоящей вертикально на подвижном кругу в салоне броневика. Фактически, когда стрелок занимал свое место, он там прятался, и видны были лишь его ноги и тело ниже пояса — человек находился внутри цилиндра, часть поверхности представляла собой сплошной экран, дающий одновременный обзор стрелку до 1800 по горизонтали и гораздо уже по вертикали. На плоские панели экрана выводилась по умолчанию цветная картинка с прицельной сеткой — это касалось дневного режима. Также в наличии присутствовали все остальные режимы наблюдения, вроде ночного, теплового и адаптивного зумма, а по чувствительности оптики и электроники, аппаратура превышала возможности камеры на стреле его «Хозуса» примерно вдвое. Охотник просидел в башне полчаса, балуясь техникой, как маленький ребенок, которому принесли новую игрушку. Затем его место занял напарник, проторчавший там тоже порядочно, восхищенно бормоча что-то время о времени. Затем компания разделила обязанности: Ляна и Лози отправились на базу пилотировать флаеры, так как планировалась проверочная ночная охота, а эти две женщины, в отличие от Доры, стреляли плохо — да и копаться в тушках животных не любили, от слова совсем.
В первую же ночь устроили небольшой локальный Армагеддон живности, изменив привычный порядок охоты: как оказалось, в оперативном боезапасе броневика имелись осветительные заряды, которыми могла плеваться вторая башенка. Направив ствол вверх, Виктор вешал над местностью небольшое солнышко, которое, как оказалось, сильно мешало ночным жителям, оставаясь при этом недоступным для них — в отличие от костра на крыше, который явно раздражал и привлекал хищников, будучи доступным для атаки. Грохот от выстрелов основного гранатомета привлек множество любопытных, но вот ночных «кузнечиков» на счастье или нет, не появилось — возможно, их территория далеко отсюда, кто знает? А возможно, это сугубо ночные животные, и столь яркий свет, заливающий большое пространство их отпугивает и слепит. За ночь удалось подстрелить больше дюжины разных животных, в том числе и таких, что по каталогу вегаров не представляли для охотников никакой ценности. Утром, взявшись за дело вчетвером, включая Дору, потратили на разделку большую часть светового дня, но много добычи оказалось испорченной от осколков гранат. Так провели первую неделю обратного пути — днем быстро перемещались вслед за летающей платформой, так как скорость военной техники вдвое превосходила скорость охотничьих вездеходов, что посчитали хорошим бонусом. Потом немного спали перед охотой, включали прожекторы на броневике и приманивали на его свет разную дичь — Виктор сначала немного работал водителем, потом пересаживался в кресло стрелка и бил добычу — в броневике работал в одиночку. Через день менялись местами с Волшем, который в первую ночь вел вспомогательный вагончик, а Фручо с Дорой не покидали летающий трейлер. Кстати, Вик приметил, что все снятое поврежденное оборудование, Бейн не оставил в траве на месте ремонта, а аккуратно упаковал в машину — охотник тогда еще поинтересовался по этому вопросу у специалиста.
— Приятель, зачем тебе этот хлам, его же не отремонтировать, что ты собрался с ним делать?
— Так это 04М дал мне указание все забрать с собой — это как-никак высококачественный металл и сплавы, а не металлолом, хоть и выглядит именно так — все пойдет в дело.
Поездка туда и обратно заняла у компании меньше двух месяцев — по приезду сразу сдали добычу умнику. Однако у охотников сразу возник вопрос рентабельности такого обмена, поэтому сразу потребовали от 04М отчет по синтезированным им за это время препаратам, с указанием расхода сырьевых компонентов на то или иное средство, возможные области применения и себестоимость изготовления.
— Я использовал свои старые наработки — объяснял кубик партнерам — все же в первую очередь, я интеллект с исследовательским уклоном, и в памяти сохранились результаты работы вегаров. За это время пересмотрел некоторые методики, кое-что изменил,… вот например, поменял состав химикатов-ускорителей реакции и для…
— Слушай, умник — оборвал его наш герой — давай попроще, ближе к делу, а медицинские и фармацевтические подробности оставь для себя, мне это не особо хочется слушать.
— Да, я понял,… ну, если короче и проще, то так: сейчас я веду побочные исследования по уже готовым препаратам — пробую повысить эффективность. Сам перечень ты уже оценил, как я вижу — предлагаю остановиться на двух направлениях, которые будут давать максимум прибыли. Первое направление: препараты с префиксом «пси» в названии — это, прежде всего, усилитель способностей для уже инициированных псиоников — речь не о тебе, ты ведь не псионик. Речь о тех, кого в этих четырех мирах так и называют: люди, силой мысли внутренних энергетических резервов могущие влиять на реальные предметы и явления природы, а также на живых существ. Итак, «Пси-ап» — рабочее название моей первой продукции, однократное применение, усиление способностей вариативно, но не менее +20 % к существующей эффективности способностей.
— Ты хочешь сказать, что это будет иметь спрос? — сомнительно посмотрел Виктор на кубик — он сейчас сидел непосредственно в комнате, где умник находился физически.
Кстати, вход сюда был только у него, даже Фручо, столь тесно работающий с кубиком, даже он не имел права входа на нижний уровень. Виктор немного побродил по уровню перед этим разговором — комнаты, где раньше находились защищенные апартаменты персонала, сейчас медленно заполнялись непонятным ему оборудованием явно медицинского или научного направления — умник принял к сведению нежелание партнера жить рядом с ним под землей и решил использовать этаж под свои планы.