Я тебя... распакую
Шрифт:
— Мне типа нужно разрешение? — дерзко скалюсь, но еле шевелю губами.
Приближаюсь к очертаниям возбужденного члена, который отчетливо проступает под тканью брюк. В этом нет ничего постыдного. Дамир напрягается. Его точеный пресс мило подрагивает. Мне практически сносит башню от одной только мысли, что этот опасный бандит жестко трахает мой ротик, преследуя корыстную цель кончить и залить меня спермой.
В моей пьяной фантазии это очень грязно и возбуждающе!
— Боишься, что откушу? — улыбаюсь, снова заставляя этого бугая мельком ухмыльнуться.
— Не боишься, что я сильно трахну
На вразумительный ответ нет сил. Только жалобный скулеж и кивок.
— Потом ты хочешь, чтобы я трахнул твою маленькую киску, — его пальцы искусно надавливают на клитор, и меня, сука, бросает в жар, а жуткая пульсация разгорается промеж бедер. — И чтобы потом наполнил. — Играется с пробочкой в моей попке и теребит ее, пуская всплески кайфа по телу. Дергаюсь и оседаю на пятках. — Все верно, ягодка?
Издаваемый всхлип – это звук, который я никогда раньше не замечала за собой. Он пронзительный и скрипучий, но в то же время низкий и тягучий.
— Ага, — он отпускает мой подбородок и шлепает по щечкам, наблюдая, как я ошеломленно таращусь на него. Оскорбительно. И очень волнующе.
Мне хватает несколько секунд, чтобы расстегнуть молнию и стащить с него джинсы.
Но прежде чем я успеваю стянуть с него боксеры, Дамир откидывает мою голову назад.
— На чертовой кровати, — сплёвывает он и, не колеблясь ни секунды, ложусь на постель. На спину, так, что моя голова свисает с края.
Почти полностью обнаженная для него и уязвимая.
— Девочка, — шепчет почти ласково, наклоняясь вперед, так что его эрекция оказывается прямо на моих губах. Его пальцы раздвигает мои мокренькие складки и мучительно приятно растирают смазку по клитору.
— Ты, блять, знаешь, что делать, — Дамир крепко давит на клитор. Практически стонет, когда я вскрикиваю и стаскиваю с него остатки нижнего белья.
Он просто огромный! Заполняет мою ладонь. Я даже не могу обхватить его пальцами. Кончик головки болезненно-красный. Из него сочится предэякулят, который я беззастенчиво распределяю по языку. Дамир стонет хриплым и надтреснутым голосом, почти теряя свою доминантность.
— Давай, ягодка, — воркует он, наблюдая, как мои губы приоткрываются, обхватывая его кончик.
Понятия не имею, как он вообще влезет в меня! Но в порыве животной и необузданной страсти, когда сознание затуманивается похотью, возможно всё.
Заглатываю горячий член наполовину, размеренно надрачивая ладошкой у основания. Задыхаясь, Дамир шепчет едва слышно:
— Нет, Фина. Ты ведь мой подарок, не так ли? — он отстраняется от моих губ к моему величайшему разочарованию и ужасу. — Позволишь мне воспользоваться тобой.
Это был не вопрос. Прежде, чем я успеваю ответить, снова чувствую вес и давление члена на своем языке растягивающего мышцы горла. Непроизвольно сжимаюсь вокруг мужской плоти, что вызывает у меня рвотный рефлекс. Захлёбываясь, брызжу слюной, которая стекает на мою щеку, по коже на лоб и волосы.
Мне хватает одной секунды, чтобы расслабиться, а Дамир находит ровный темп. Мои стоны соответствуют его толчкам: грязные и хлюпающие звуки от обильного слюноотделения. Головка его члена упирается в стенку горла, и Дамир просто любуется, как мои глаза расширяются и становятся заплаканными от давления
его плоти. Все моё лицо приобретает красивый оттенок красного, а руки сжимают тыльную сторону его бедер.— Блять, да, — стонет он, наконец, беря себя в руки. — Такой идеальный ротик, чтобы трахать его!
Дамир снова проталкивается через мои губы, ускоряя темп. На этот раз его толчки жестче. Оставляет синяки на моем горле. Мои губы опухают и сжимаются вокруг члена, продолжая жалко посасывать его. Дамиру не нужны мои ласки, он просто хочет трахать: жестко и грязно.
И, сука, я тоже этого хочу!
— Хорошая девочка, — он зажмуривает глаза, и одна его ладонь приземляется рядом с моей головой. Другая сходится на горле, и я чувствую, как он толкается-толкается-толкается, пока белесые нити спермы не заполняют мой рот.
Несколько секунд Дамир держит член в моем ротике с закрытыми глазами. Когда он отстраняется, его сперма выливается на мои щеки и глаза, размазывая тушь для ресниц, и пузырится на моих губах. Голубоглазый заключает меня в теплые и крепкие объятия, контрастируя с его прежними действиями по отношению ко мне.
— Твой первый горловой?
Извращенец опять переходит на порно-сленг!
— Д-да... — немножко заикаюсь в растерянности. Расправляю затекшие мышцы спины, а Дамир долгие секунды просто смотрит на свою стекающую сперму по моему лицу. Затем рукавом толстовки вытирает каждую каплю. Вплоть до черных полос от потеков туши, потому что я вижу свою мордашку в отражении новогодних шариков.
— Очень даже неплохо, Фина, — хвалит меня, как ребёнка.
— А моя слюна попала на твои... колокольчики? — стыдно мне вслух это произносить.
Безэмоциональность Дамира добивает. А потом он начинает припадочно ржать и специально подергивать себя за... яйца, по которым сперма и моя слюна стекают.
— Чего ты смеёшься то? — обиженно дуюсь.
— Ты такая прелестная, ягодка, — укладывает ладонь мне на щечку и обводит большим пальцем мои губки.
— Тоже хочу приятностей, — пьяненькая канючу.
— Каких? — гладит меня на щечке. Совращает так вкусно!
— Хочу приятно для своей малышки! — и воровато пальчиками липких складок касаюсь.
ГЛАВА 6
ГЛАВА 6
Дамир нависает надо мной грозовой тучей, заставляя на локтях отползти выше на постель, и я крепко обнимаю его ногами за талию. Трусь влажной киской о каменный пресс мужчины, испытывая бешеные ощущения.
— Лучше меня тебе никто не отлижет, ягодка, — скользит похотливым взглядом по моему телу, и меня выгибает от нетерпения. Пульсация такая сильная, что причиняет боль.
— Только не останавливайся... — шепчу ему на ухо и вижу, как его член дергается
Дамир срывает мой бюстгальтер, и мягкие и теплые губы мужчины спускаются к моим торчащим соскам. Схватив мою правую грудь, мужчина нещадно мнет и сжимает, играясь с чувственным соском и параллельно посасывая левый. Его глаза закрыты, дыхание тяжелое, и Дамир смачно причмокивает, будто посасывает любимые конфетки.
Теплый язык моего мужчины восхитительно ощущается на моих напряженных сосках, которые он жестко покусывает, заставляя меня выгибаться и скулить.