Чтение онлайн

– Я буду горевать, мне будет больно, но... Я справлюсь, - потянулась.
– Я отношусь к смерти немного по-другому, чем остальные, потому что знаю, что на той стороне. Все, кто погибнут, рано или поздно вернутся. Все, что должно быть сделано, создано или разрушено, обязательно будет сделано, создано или разрушено. Рано или поздно. Это круговорот жизни, это космический закон. Душа ведь не исчезает, не испаряется.

О том, что у меня плохое предчувствие, говорить ему снова не стала. Зачем? Темный все равно мне с этим не поможет.

– И, вообще, я девочка, меня должны заботить только новые туфельки и платьица. А еще

я хочу нормальную оплату и полный социальный пакет, а то моя страховка стоматолога, например, не покрывает.

– Кого?

– Зубного врача, - усмехнулась, понимая, что и эта попытка пошутить так и останется попыткой.

– Почему ты так стараешься казаться легкомысленнее, чем есть на самом деле?
– ухватил ученый меня за подбородок.

– Давай ты спросишь меня снова, когда хотя бы недельку поживешь в Аду?
– улыбнулась.

– И все-таки?
– не отступал Салазар.

– Так проще: когда люди думают, что ты дурочка, ведут себя более раскрепощенно, сразу становятся видны все их пороки, чувства и мысли можно читать, как по книге.

– Интересный подход.

– Ну а ты, - ткнула я пальцем в грудь "гения".
– Почему ты согласился? Мероприятие, прямо скажем, сомнительное.

– Мне любопытно, и да, я повелся на новые знания. К тому же это вызов мне как кровнику.

– Кому?
– нахмурилась.

– Кровнику. Я изучаю кровь.

– У нас таких зовут гематолог, - кивнула.
– А еще?

– Еще меня заинтересовала маленькая кудрявая девочка с недетским взглядом. Да и, потом, песни в мою честь и толпы женщин у моих ног - тоже приятное дополнение.

– Ты такой спокойный, - протянула.
– Даже во время перехода не волновался.

– Знаешь, я еще лет в десять понял, что ситуация - любая ситуация - заслуживает того, чтобы волноваться о ней, только если реально можно что-то изменить. Тогда да, я буду думать, искать варианты и стараться пробить стену головой. Если я никак не могу повлиять на событие, то зачем мне лишние волнения?

– Интересная философия, учитывая твою репутацию, - фыркнула в ответ.

– А что не так с моей репутацией?
– наигранно удивился темный.

– Серьезно? Ты сейчас серьезно? Да каждый стражник в городе знает твое имя, да они чуть ли не крестятся, когда слышат его.

– Я польщен. Но что такое "крестятся"?

– Это особый знак, последовательность движений рукой, которую воспроизводят люди, когда обращаются к Богу за помощью. Извини, показать не могу - растаю.

Эльф уставился на меня, как баран на новые ворота. Я расхохоталась.

– Шучу я.

Мы проболтали почти до самого рассвета практически ни о чем. Делились фактами о жизни двух миров. Было интересно, временами смешно, временами даже страшно. Салазар оказался хорошим рассказчиком и не менее хорошим слушателем, умным и вдумчивым, и да, адаптировался он действительно с какой-то почти нереальной скоростью. Так просто не бывает. Хотя что я знаю о степени гибкости психики темных эльфов? К тому же темных эльфов-ученых. Да ничего.

Кто из нас уснул первым, я потом так и не смогла вспомнить.

Салазар, пятый граф Ромирский.

Я проснулся оттого, что у меня затекла левая рука, но шевелиться не хотелось. По моим внутренним ощущениям было еще слишком рано, чтобы двигаться и, тем более, чтобы вставать и куда-то идти. Попробовал

перевернуться, но неожиданно для себя наткнулся на чье-то тело.

Аннет осталась вчера у меня?

Легко провел пальцами по тонкой руке и открыл глаза.

Не. Аннет.

Веста. Наверное.

Девушка спала, повернувшись ко мне лицом, как ребенок, подложив под щеку ладонь и уткнувшись острым носиком мне в ключицу. Черная короткая прядь упала на тонкую скулу, пухлые губы слегка приоткрылись, а шелковой халат съехал вниз с плеча. Кожа у нее такая же нежная, как и ткань?

Моя ладонь проскользнула в широкий рукав.

Да, такая же. Даже мягче.

Мелкая что-то пробормотала и попыталась, очевидно, зарыться глубже в несуществующее одеяло.

Я вытащил ладонь, осторожно подвинулся и оперся головой о руку, продолжая наблюдать за спящей Вестой. Она что-то снова пробормотала и подтянула голые ноги поближе к груди: короткий халат скрывал немного, еще меньше грел. Легкая тряпочка заканчивалась на середине бедра, вызывая вполне закономерное желание увидеть еще больше.

Я аккуратно сдвинул скользкую ткань выше. Еще выше. Еще чуть-чуть, пока не показалось кремовое бедро. Соблазнительное, округлое, аппетитное, теплое. Я слегка сжал его, провел кончиками отросших когтей вверх и вниз, принялся выписывать замысловатые узоры, наблюдая, как появляется гусиная кожа там, где я только что пробежался пальцами.

Веста шумно выдохнула и повернулась на спину, будто читая мои мысли. Я облизнулся в предвкушении и открыл плечо еще больше, потянув за рукав. Сначала один, потом второй. Удивительно нежная кожа, удивительно вкусно пахнет: карамель и сливки. А над правой ключицей у мелкой оказалась настолько соблазнительная родинка, что я не удержался и обвел ее языком, и сам не заметил, как начал, слегка покусывая, целовать длинную шею. Вкусную, сладкую.

А в следующий миг мне в висок уперлась какая-то черная продолговатая штука.

– Эльф, а тебе никто не говорил, что сначала надо хотя бы в ресторан девушку сводить?

– Куда?
– нахмурился.

– Никуда!
– отчеканила мелкая.
– Руки убрал и остальные части тела тоже. Иначе твои мозги окажутся на потолке.

Холодная штуковина продолжала давить на висок.

– Не окажутся, - хмыкнул я, не двигаясь с места.
– Мои мозги тебе нужны целыми и невредимыми.

– Твоя правда, - Веста сдвинула руку с черным нечто вниз, с силой проведя по и без того напряженному животу, дойдя до самого паха.
– А вот твои колокольчики мне без надобности.

– Ты думаешь, что...

Девушка быстро отвела руку вбок, что-то щелкнуло, раздался громкий хлопок, и лампа на невысоком столике разлетелась вдребезги.

– Это называется пистолет. Конкретно этого малыша зовут Файв-Севен, и он способен раскурочить к чертям твой череп, что уж говорить о твоих яйцах. Ну?
– она надавила на пах сильнее, я нехотя отстранился.
– Знала, что мы сможем прийти к консенсусу, - открыто улыбнулась девушка, поднимаясь на ноги, придерживая другой рукой полы халата.
– А теперь я собираюсь в душ, выйду через полчаса, то есть когда эта стрелка будет по-прежнему на семи, а вот эта - на шести, - ткнула мелкая пальцем в часы, очевидно, думая, что я не знаю, что это.
– Жрать в доме по-прежнему нечего, поэтому съездим в город, - Веста развернулась и направилась вверх по лестнице.