Выжить
Шрифт:
Бледная эльфийка кивнула и побрела в сторону пункта управления.
— Френк, будь другом, завари ей у Мардука какой-нибудь травы, если есть. Можешь Ворона припахать. У неё магическое истощение.
— Это как? — удивился он, видимо вспоминая, что с Майваной такого не случалось.
— Как эмоциональное, только хуже. Чай магическому истощению не поможет, зато водный баланс восстановит.
— А ты чего не поможешь, ты же маг? — буркнул он, глядя на меня.
— А пиктограмму ты за меня нарисуешь? — задал я встречный вопрос, от которого Френк стушевался и поспешил скрыться.
Я же вновь
— Сильфида, срочно ко мне всех командиров, — бросил я в наушник и принялся думать.
Глава 12. Шияр
Ампортус, г. Аминсон, Организация Мира,
539 год, Жнивень
Колонны, уходящие в небо на двенадцать метров, из серебряного мрамора с Йенского каньона, не составные, а выточенные из цельного куска. Пол — плитка из того же мрамора. Освещение — полупроводниковые лампы причудливых форм и различных размеров. Света было много, теней практически не было.
Колонны поддерживали массивный свод, выполненный из железобетонных укреплённых конструкций, расписанный причудливо с изображением звёзд и планет. Ощущение было, будто попадаешь в храм, однако храмом это место не было.
Лестница вела на второй и третий этаж, где угадывались двери в такие же просторные помещение, каким был этот холл. На пути встречались маслом писанные картины чиновников и политиков.
Он вошёл в сопровождении своих подчинённых. В парадной военной форме, со шпагой на талии, украшенной рубинами и сапфирами, в белых перчатках, в берете, высоких ботфортах. Высокий, плечистый, мускулистый, с квадратным грубым лицом, тёмными, коротко стриженными волосами и карими глазами. Ни щетины, ни усов, ни даже намёка на лишнюю растительность. На вид около сорока лет, на лице появились первые морщины, а на руках проступили вены.
Рядом, по левую и правую руку два таких же плечистых парня, только моложе. На боках пистолеты, военная униформа, сталь в глазах.
Их встречал мужчина в смокинге, объяснил, что заседание уже началось, приветливо указал пройти наверх.
Человек с парадной шпагой знал это место слишком хорошо. Уже 8 коротких лет он был правителем Сайберии, уже 53 сознательных коротких года, или 24 длинных года, он вникал во всю политическую неразбериху, происходящую вокруг, побывав на каждом приёме своего отца — Маркуса Красса.
Саммит собрали в его честь. Не за заслуги, скорее за грехи. Маркус всегда говорил сыну, что цель оправдывает средства, и нельзя исключать ни единой возможности, какая бы безумная она ни была. Возможность побывать на саммите, на котором выносится приговор стране «агрессору». Какая ни есть, а возможность.
Он зашагал наверх, мельком рассматривая множества портретов огромнейшего числа правителей. Все «святые», однако каждый находит прегрешения предыдущего. В Сайберии за 152 года сменилось лишь четыре правителя, в то время как
демократические страны меняют их как перчатки. Это ноша, возложенная на Крассов. С детства они не принадлежат себе. Лишь страна для них значит что-то.Последний правитель принадлежал даже не своей стране, он брал выше. Для него Авалон — вся планета — был абсолютно родным и дорогим сердцу местом. А эти олухи разрывали её на части, исчерпывали ресурсы, грызлись друг с другом. Килория с Монао на обладания Алгерскими островами. Минтлу с Усманией давят отделившуюся Литарию за обладание дейтерийными озёрами в горах Литус. Лирея с Ампортусом за обладание угольным карьером в Аргустинах, и его родная Сайберия с Ампортусом. За что? А вот это не могло поместиться у них в голове, хотя вполне укладывалось в голове нынешнего правителя Сайберии. Что может Сайберия хотеть от Ампортуса, когда у того ни ресурсов, ни политической мощи, лишь огромные засеянные поля да пашни?
Текущий правитель хотел большего, нежели просто наживы. Он грезил мировой империей с единым лидером — Шияр. Как это было когда-то давно, когда люди только высадились на эту планету. Не было войн, не было конфликтов, не было разделения и разногласий. Он смог сделать такой Рай (или Ад) на своей земле, внутри своей страны. Смог, не стоит приуменьшать значимости достигнутого. Теперь пришла пора сделать это с этой землёй, хотят того сильные мира сего либо нет.
«Тебя никогда не должно волновать чьё-то мнение, особенно если это мнение политика», — говорил отец.
Два укомплектованных батальона ждут на границе Амортуса. О них все знают, потому и шумят. Да, у них есть, чем отбиться, однако Гюнт Гортиц отдаёт себе отчёт, что без поддержки хотя бы Литарии ему не справиться. А люди они просто люди, слабые и жадные, а ещё слепые, пока пожар в соседском доме.
Он постучался в дверь и вошёл, не дожидаясь приглашения.
— …именно поэтому я прошу принять меры и ввести в действие данные санкции против подобного проявления агрессии со стороны страны-побратима.
Восемь глав государств либо послов государств: Ампортус, Лирея, Килория, Гунгор, Монао, Литария, Омла и Минтлу — каждое из государств имеет свой источник дейтерия, кроме Ампортуса, но этот тут не по воле Организации Мира, он даже не входит в состав, в отличие от Сайберии. Это всегда забавляло — кричат о мире больше всех те, кто хочет удержать награбленное.
— Добрый день, — пробасил император Сайберии.
Повисла тишина.
— Прошу, продолжайте, — он указал рукой на спикера — человека из Лиреи.
Восемь человек, среди которых два лишь официальных представителя: император Сайберии и президент Ампортуса. Остальные лишь пешки. И у каждой пешки по два ферзя в охране.
— Многоуважаемый Седрик Красс изволит опаздывать на заседание в его честь? — поднял бровь посол Лиреи.
Седрик знал каждого поимённо. Для того, чтобы с ними разговаривать, нужно знать, как с ними разговаривать. У него было много времени, чтобы научиться.
— Изволил, так как я не распоряжаюсь погодными условиями в Морке, — невозмутимо изрёк он. — Рейс пришлось перенести и Вас, я должен понимать, проинформировали о моём опоздании и переносе заседания на час, однако моя просьба была проигнорирована.