Vulgata
Шрифт:
Эпилог
Из газет Денис узнал, что бывшего капитана полиции Спирина нашли возле детдома в канаве, избитого до полусмерти. Ему проломили череп, сломали челюсть и два ребра. Капитана два раза переехали на машине, и на помещенной в газете фотографии было видно, что его грудная клетка буквально вдавлена внутрь.
На его лбу неизвестные преступники ножом вырезали букву V.
Спирина обнаружил директор детдома.
Юноша навестил друга в больнице. Но поговорить им не удалось. Спирин впал в кому, и через два дня скончался. Дочь не успела навестить его. Денис увидел ее только на похоронах. Глазам юноши предстала элегантная блондинка в скромном сером костюме. Она поддерживала
Его самого сопровождала на кладбище новая пассия. Оксана была в курсе «дела Вульгаты», Денис все ей рассказал чуть ли не в первые дни знакомства… все, кроме случившегося в подвале, конечно. Она опасалась, что теперь жизнь ее спутника в опасности.
— Это месть Камышева, тут к гадалке не ходи, — говорила она. — Нам надо на некоторое время уехать, пока пыль не уляжется.
На кладбище они познакомились с Полиной и бывшей женой капитана. После панихиды все вчетвером поехали в кафе. Полина поведала Денису, что отец звонил ей, и они договорились о встрече.
— Все могло измениться к лучшему. Но не сложилось.
— Твой отец всегда нарывался на неприятности, — сказала мать, вытирая слезы платком.
Денис рассказал им о своей дружбе с капитаном. Вспоминал злые шуточки Спирина. Все начали смеяться, бывшая жена тоже припомнила несколько «афоризмов».
— Они меня всегда раздражали, когда Коля был жив. А теперь мне их не хватает.
— Мне тоже его не хватает, — сказал Денис.
— А мне — больше всех, — добавила Полина.
Возникла пауза.
— И никто из его так называемых сослуживцев не явился, — сказала мать. — Только Кузнецов догадался цветы положить. Видали его? Даже не поздоровался.
— Мне тоже показалось, что он нас избегал, — сказала Полина.
Они расстались, договорившись встретиться на сороковины.
А через неделю Денису позвонил Тимофеев.
Денис к тому времени уже вернулся в Новгород. Они с Оксаной сняли однокомнатную квартиру на Чудовской улице. По вечерам Денис подрабатывал охранником в «Ночном Океане», а Оксана — официанткой в соседнем рок-клубе «Железный папа», но в основном, конечно, они жили на родительские деньги. Вполне, конечно, могли обойтись и без иждивенчества — если бы ставили своей целью иметь только самое необходимое. Но такой жизненный план не подходит современной молодежи: она хочет иметь все и сразу, не заработав ни копейки. И у Дениса, и у Оксаны были друзья, они жили на всю катушку, прожигая родительские деньги. Поневоле приходилось им соответствовать, чтобы «не выглядеть лохами».
Отношения Дениса и Оксаны длились уже два месяца. Девушка внешне ничем не напоминала Настю: низкорослая блондинка с полной грудью и бедрами, жадным чувственным ртом и спокойным, довольно своенравным характером. Настю Денис любил, но не хотел; Оксану хотел, но не уважал. Новая подруга возбуждала его гораздо сильнее Насти, это был его тип, и Денис часто с удовольствием хватал ее за ягодицы, демонстрируя мужское собственничество. Оксана отдалась Денису легко, и он знал, что здесь ему не сделали никаких привилегий — Оксана была доступной с парнями, и Денису нравилась эта ее черта. Нет более утомительного дела, думал он, чем месяцами добиваться какой-то девки, когда вокруг их столько, да и без этого важных дел полно. Замужняя дама всегда твердила ему то же самое. «Мужчины раньше добивались женщин потому, что нас держали за семью замками, — говорила она, когда они с Денисом лежали в ее супружеской постели, — и у мужчин просто не было выбора. Потом женщины добились свобод, и мужчины сделали выбор в пользу доступных девиц. Мужики не любят недотрог. Да и мы не любим романтиков, хоть и смотрим мыльные оперы и слушаем Стинга».
«Да, — соглашался с ней Денис, — люди вступают в отношения вовсе не для того, чтобы стать лучше и благороднее. Они хотят
развлечься, пофлиртовать. Современный человек обязан как можно быстрее и проще реализовывать свои желания, иначе отстанет от поезда. Желания, в свою очередь, также должны быть как можно проще и примитивнее. На бесплотные мечты времени и сил уже не остается».Ему не хотелось видеть Оксану в возвышенном свете, и она ни разу не дала ему для этого ни малейшего повода. В последнее время, правда, девушка часто рассматривала в Интернете фотографии чужих свадеб, подвенечные платья, младенцев в колясках и тому подобное. Денис прекрасно понял намек, но притворился дурачком. Он знал: рано или поздно придется сделать то, что хочет Оксана, или «потерять ее». Девушка часто высказывалась в том духе, что ее «трудно найти, легко потерять и невозможно забыть». Насколько помнил Денис, найти ее было не так уж и трудно, но терять тоже не хотелось, поскольку в постели она была самим дьяволом. В конце концов, он кое-чем обязан ей: Оксана вернула ему эрекцию и утешила его после связи с замужней. Денис, правда, тоже кое-что дал ей взамен, но заикаться об этом, конечно, не следовало и было бесполезно.
Отчасти Дениса отвращало от брака то, что он не был до конца уверен в Оксане. Будет ли она хорошей, заботливой женой? Сейчас, конечно, все идеально. Но потом он начнет пахать круглыми сутками, и, приходя домой, будет нуждаться в чем-то большем, чем «сюси-пуси» и «зая, я так тебя люблю». В себе он тоже был не уверен, а главное — уже не хотел создавать семью. Он утратил романтическое восприятие брака, одновременно физическое и духовное, которое помогает преодолеть трудности, и видел в супружеской жизни одни недостатки. Денис винил в этой внутренней перемене свою хромую ногу.
В общем, в последнее время между ними нарастало напряжение, и они даже два или три раза поссорились. Оксана в полной мере выказала свою способность к злословию, и очень обижалась, когда Денис вместо «бурного примирения», на которое она рассчитывала, оскорбляя его, запирался у себя в комнате. Слава богам, пока еще они часто виделись с друзьями, которые не позволяли вязнуть в болоте неурядиц.
Одним холодным октябрьским вечером Оксана снова сидела за столом у ноутбука, любуясь свадебными фотографиями. Денис лежал на диване и вяло листал один из ее журналов, который девушка оставила на столике. Наверное, это был какой-то намек, но Денис в тот вечер решил его проигнорировать.
«Мужчина, — читал он, — существо примитивное. В женщине его интересует вовсе не душа, как наивно надеются девушки, а исключительно тело…».
Тут Денис поневоле улыбнулся, вспомнив, как замужняя возмущалась по поводу одного из своих «фаворитов»: «Женского тела ему мало, подавай еще и душу!».
«Когда мужчина видит женщину сзади, он в первую очередь обращает внимание на ее попу. Вот несколько советов, как сделать попу крепкой и упругой…»
Денис прочел заглавие статьи. Конечно же, она называлась «Крепкая попа».
«Тьфу ты, пропасть!» — подумал он, отшвыривая журнал. — «Не выучили еще?».
Оксана удивленно оглянулась на него, развернувшись на стуле вполоборота.
— Ты чего? — спросила она, приподнимая брови.
Он не успел ответить. На столике загудел планшет «Lenovo», который Оксана заставила его купить вместо обычного мобильного телефона. Денис удивлялся, на кой черт хвастаться подобными игрушками, учитывая, что с такими теперь ходят даже дворники и уборщицы.
Денис и Оксана удивленно переглянулись.
— Кто это? — спросила она.
Денис пожал плечами. Он не ждал никаких звонков.
На дисплее высветился незнакомый номер. Юноша несколько секунд смотрел на него, потом принял вызов.
Это был Тимофеев. Следователь, который вел досудебное расследование дела Камышева.
Он хотел, чтобы Денис выступал в суде как свидетель обвинения против Егора Валентиновича.
— Без вас нам не обойтись, — сказал он. — Вы — последняя надежда правосудия. Если вы нам не поможете, Камышев выскользнет из рук.