Вторжение
Шрифт:
И хотя внешне между ними не было ничего общего, воспринимались они одинаково опасными. А если вспомнить, что старший брат Маргилу был первым наставником дарианского кошмара, ничего удивительного в этом я не видела.
Наверное, именно поэтому первой моей реакцией и была оборона. Пусть даже он и пытался очаровать меня своей доброжелательностью.
– Ты права. – Он улыбнулся настолько заразительно, что мои губы невольно дернулись, повторяя его мимику. – Мой ученик уже давно превзошел мои ожидания. Но у него для этого были все основания, ты же… Его взгляд прошелся по моей фигуре. – Лучшее мое творение.
– Не уверена, что найду
Все-таки общение с Вилдором сделало свое дело – все его способности, умение манипулировать другими, выстраивать планы, в которых каждый ход дублировался дюжиной других, эффектная внешность и абсолютная непредсказуемость уже не вызывали никаких эмоций.
– Давай не будем забегать вперед. – Улыбка сошла с его губ, но в глазах продолжали поблескивать шаловливые искры. – Ты позволишь мне пригласить тебя к себе в гости?
– Ты живешь здесь?
А в голове помимо желания выстроилась не очень радующая меня цепочка: база, портал, остров, лаборатория, Кадинар, Вилдор.
И если это было так, игра становилась все менее привлекательной.
– Нет. – Его ответ был больше похож на короткий выдох, полностью совпавший с быстрым движением, которое я едва успела заметить, но довольно четко ощутила, не успев на него никак отреагировать. А он уже опустился на колено передо мной, предлагая помочь обуться. – Но здесь одно из моих убежищ, о котором никто кроме меня не знает.
Я приподняла одну бровь, то ли демонстрируя удивление, то ли… недоверие. Я, конечно, носитель сути Равновесия, но эти совпадения даже при не очень тщательном рассмотрении выглядели совершенно невозможными.
– Когда Вилдор закрыл эти острова барьерами, отрезав от остального мира, я счел возможным здесь обосноваться. А его защиту мне всегда удавалось обходить. Все-таки из нас двоих в изяществе построения заклинаний уступает именно он.
– Но я не почувствовала щитов. – Его слова заставили меня призадуматься.
Как минимум о том, что я позволила себе не уделить этому вопросу должного внимания.
– Он снял их после того, как ты здесь побывала. Свою роль этот остров, по его мнению, уже сыграл.
– Этот? – Я заметила короткую паузу, сделанную Тиниром, и предпочла задать вопрос, а не ломать голову над очередной загадкой.
И очень надеялась, что ответ я получу, раз мне дали шанс заинтересоваться.
– В этом архипелаге их полудюжина. Этот – самый большой и безопасный. Здесь были лаборатории, и его искусственно изолировали барьерами от всех остальных, где и проводились испытания с образцами. Так что, насколько здесь безопасно, настолько другие негостеприимны. – И вновь пауза, и его глаза внимательно смотрят на меня, словно ожидая моей реакции. – Для кого угодно, кроме Вилдора. Он сам по себе страшнее самых обезумевших хищников.
– Мне он показался довольно безобидным. – Стараясь не показать, насколько я удивлена его замечанием, парировала я.
– Он всегда умел создать о себе нужное ему впечатление. – И вновь улыбка. Но лишь для того, чтобы показать, что он оценил скрытый подтекст моих слов. – Так мы идем?
– А у меня есть выбор?
За то время, что прошло с того памятного вечера, когда привычная дорога в парк свела меня с Олейором, я научилась ничему не удивляться. Я принимала все происходящее вокруг меня как звенья цепи, часть из которой я не видела. Поэтому неожиданное появление моего предка, как и множество других,
не менее значимых встреч, не вызвали у меня активного протеста, я воспринимала их даже с некоторой отстраненностью. Мол, случилось так случилось.А если ко всему этому добавить еще и изменения, происходящие с моим телом…
– Есть. – И, дождавшись, когда я проявлю свою заинтересованность таким поворотом событий, спокойно добавил: – Но тебе ведь интересно, что же задумал Вилдор и почему ты никак не можешь разобраться в своих чувствах к нему?
Если он хотел меня заинтриговать, ему это вполне удалось. Правда, поймав меня на крючок, он не счел нужным заранее предупредить, чего он захочет за то, что я об этом узнаю.
– Надеюсь, эти знания мне не повредят? – С наигранным сомнением в голосе, но не глядя на своего спутника, заметила я.
– Если только помогут утвердиться в каком-либо мнении.
И вновь в его словах весьма ощутимый вызов. То ли проверяя мою решимость, то ли авантюризм.
Но он мог этого и не делать: все решения были приняты еще в тот самый миг, как он прервал мое одиночество. Потому что метаться, пытаясь разобраться в том, что происходит вокруг меня, с каждым днем становилось все более невыносимо. Потому что мне нужен был ответ. Даже тот, который меня вряд ли обрадует.
Впрочем, мое предчувствие, которому я с некоторых пор начала доверять, уверяло меня в том, что я не разочаруюсь в том, что мне предстоит узнать.
– Хорошо, идем.
И я без колебаний шагнула следом за ним. Нисколько не удивившись тому, что наш путь пролегал к тем самым развалинам, которые на несколько дней стали для меня и Кадинара приютом.
Тинир шел впереди без той, бросающейся в глаза грациозности и неукротимости, присущей его сородичам, больше напоминая хорошо владеющего своим телом человека, чем даймона. К тому же источаемая им опасность не вызывала желания немедленно обнажить оружие, как это было с Вилдором, а мягко притягивала к себе, маня предвкушением чего-то таинственного и головокружительного.
– Жаль, ты не можешь ощутить свое присутствие так, как воспринимают его другие.
Я настолько задумалась, что не заметила, как он остановился, пристально вглядываясь в меня.
– Ты способен читать мысли? – Не скажу, что перспектива общения с таким родственником меня очень прельщала.
– Если только ты позволишь мне установить ментальную связь с тобой. А так… – Его улыбка была весьма бесшабашной. – У тебя на лице все написано. – Его взгляд стал чуть серьезнее, когда он добавил: – И я этому очень рад. Твоя сила не стала для тебя оковами, оставив тебе способность быть открытой и не наделив равнодушием.
– Мне начинать гордиться? – Его слова были приятны, но неуместны.
Лично я не видела в этом своей заслуги, предпочитая считать, что мне повезло с теми, кто влиял на меня, помогая сохранить природную доброжелательность.
– С ехидством у тебя тоже все в порядке. Думаю, оно поможет тебе справиться со всем остальным.
– Это будет настолько страшно? – не осталась я в долгу.
– Скорее слишком неожиданно.
Его взгляд скользнул вниз, на мои ноги. А то я и сама не понимала, насколько эта обувь не подходила к местным условиям. Но с утра у меня было весьма лирическое настроение, в которое привычные брюки и рубашка никак не вписывались. Впрочем, каблуки женщин редко когда пугали, тем более что эти туфли можно было считать едва ли не комнатными тапочками.