Чтение онлайн

– Но почему же тогда в публикации наполовину ложь? – спросила Нга-Йи. – Ведь кто бы это ни написал, автор наверняка должен знать Шиу, чтобы написать о нем то, что и в самом деле является правдой.

– А вы внимательно читали публикацию? Вам не кажется, что она составлена особым образом?

– Особым образом?

– Да. Так, будто адвокат защищает своего клиента в суде.

Нга-Йи непонимающе уставилась на детектива.

– Все хорошее подчеркивается, все плохое скрывается. Клиент показывается в максимально благоприятном свете, и при этом приложены огромные старания выдать желаемое за действительное в описании его брака. В конце концов, если миссис Шиу скажет: «Мы – любящие супруги», как сможет сторона обвинения доказать противоположное? Именно так говорят

свидетели в суде. У меня есть подозрение, что автор поста каким-то образом связан с защитником, адвокатом Шиу, хотя сам адвокат конечно же не стал бы участвовать в таком деле напрямую – это не помогло бы его клиенту. – N вытянул лист бумаги из стопки. – Вот Мартин Тонг. У него есть определенное имя в профессии. Он проводит бесплатные консультации, а иногда бесплатно защищает людей в суде. Тонг не стал бы портить свою отлакированную репутацию грязными делишками. Это ему навредило бы.

– Но даже если не сам, он все равно может быть к этому причастен?

– Вы правы. Но сражаться с адвокатом не так просто, N пожал плечами. – Я продолжу изучать эту версию, но в расследовании есть и еще одна линия, по которой мне гораздо больше хочется пойти.

– Какая линия?

– Ваша сестра.

У Нга-Йи мурашки побежали по коже.

– Вам бы не хотелось двигаться в эту сторону, мисс Ау? – безразличным тоном спросил N. – Судя по имеющейся у нас информации, скорее всего, публикация была сделана с целью нанести удар по вашей сестре – либо из-за какой-то личной неприязни, либо потому, что автор поста искренне верил, что девочка понапрасну оговорила Шиу Так-Пинга, и ему захотелось оправдать пострадавшего. Мне понадобится узнать все, что только можно, об Ау Сиу-Ман. Круг общения, личная жизнь, мысли, были ли у нее враги.

– Сиу-Ман всего пятнадцать лет было… Какие в таком возрасте могут быть враги?

– Вы слишком наивны, – ухмыльнулся N. – У четырнадцатилетних-пятнадцатилетних девочек теперь секретов куда больше, чем у нас, взрослых, а общение невероятно сложно устроено. При наличии социальных сетей и возможности мгновенного обмена сообщениями подростки легко проникают во взрослый мир. В прежние времена проститутки зависели от сутенеров, а теперь у них для поиска клиентов имеются специальные приложения. Некоторые из девушек понятия не имеют, во что вляпываются, – они воображают, что «сопровождение» означает, что они просто будут с кем-то на людях, что их будут держать под ручку. А потом попадают в постель, где их фотографируют или снимают на видео, чтобы потом шантажировать. Они не просят о помощи, потому что их могут арестовать за проституцию, и мирятся со всей этой мерзостью. А дома родные считают, что странное поведение – обычная подростковая резкость. В посте говорится, что ваша сестра пила, возможно, принимала наркотики и торговала своим телом. Вы можете посмотреть мне в глаза и сказать наверняка, что к Сиу-Ман это не относится?

Нга-Йи встретилась глазами с детективом и начала было говорить, но вспомнила о том, что выразить соболезнования практически никто из одноклассников Сиу-Ман не пришел, за исключением троих, и закрыла рот. Только после гибели Сиу-Ман она осознала, что не так уж хорошо понимала свою сестру. Возвращаясь домой с работы поздно, она никогда не интересовалась – вернулась ли Сиу-Ман сразу после школы или где-то задерживалась. Несколько раз она действительно задерживалась, но вроде делала уроки в библиотеке. Так ли это? Не попала ли Сиу-Ман в плохую компанию? Были ли у девочки тайны, которыми она не решалась поделиться со старшей сестрой? Могла ли она заниматься чем-то нехорошим ради карманных денег?

Уж если на то пошло, сразу после прочтения поста в сердце Нга-Йи поселилось зерно сомнений. Она и сама не заметила, как из этого зерна выросла ядовитая лиана, обвилась вокруг ее души и начала пожирать ее веру.

Видя, что Нга-Йи не готова отвечать, N не стал ее торопить. Он мягко произнес:

– Мисс Ау, если вы хотите найти человека, стоящего за всем этим – назовем его кукловодом, – то вам придется покопаться в прошлом сестры. Не исключено, что там окажется нечто для вас неприятное. Понимаете?

– Да, –

кивнула Нга-Йи. – Что бы за этим ни стояло, я хочу разыскать того, кто повинен в смерти Сиу-Ман.

– Хорошо. Если так, мне нужно, чтобы вы поехали домой и узнали, не вела ли ваша сестра дневник, не записывала ли чего-нибудь в школьных тетрадях. Да, кстати, у нее компьютер был?

– Нет. Только смартфон.

– Мне нужно будет его просмотреть. Люди все время носят смартфоны при себе. Стоит просмотреть телефон и сразу все ясно про человека.

– А вы бы не хотели сами приехать и осмотреть нашу квартиру?

– Я целых два дня таскался за Шиу Так-Пингом, мисс Ау. Не надо мне советовать, что делать. Я не ваш личный помощник. – N недовольно заворочался в своем кресле и протянул ей листочек. – Позвоните вот по этому номеру, если вам потребуется со мной связаться, но не обещаю, что отвечу. Если будет что-то важное, оставьте сообщение, и я вам перезвоню, как только у меня будет время.

Как только Нга-Йи взяла листок с восемью цифрами, написанными карандашом, N указал ей на дверь в знак того, что разговор окончен. У Нга-Йи были к нему еще вопросы, но она уже достаточно хорошо знала N и понимала, что если заупрямится, начнет его о чем-то спрашивать, в ответ получит словесную порку.

По дороге домой она размышляла о том, что детектив, конечно, разговаривал с ней резко, но все же он не пытался отделаться от нее фразами типа «расследование продолжается». Нет, он очень серьезно обсуждал с ней возникшие вопросы. Господин Мок оказался абсолютно прав: N был чудаком, но знал свое дело. «Похоже, придется ему доверять», – мысленно сказала себе девушка, вытащила из кармана листок и посмотрела на номер телефона.

Чтобы сэкономить, Нга-Йи поехала сначала на трамвае, а потом пароме и автобусе. МТЖД – слишком дорого. Теперь она позволяла себе ездить на метро только на работу, когда нельзя было опоздать. В итоге она вернулась в Вун Ва Хаус после десяти вечера.

Дома включила свет и, даже не переодевшись, прошла к стеллажу с книгами, отделявшему закуток Сиу-Ман от остальной части квартиры. Нга-Йи не прикасалась к вещам сестры после ее смерти, поэтому здесь все осталось как было – маленький письменный стол, «чердачная» кровать над книжным шкафом и компактный гардероб. В детстве Нга-Йи вместе с матерью разбирала вещи погибшего отца, а потом, когда умерла мать, плакала, складывая в коробку ее одежду. Но после гибели Сиу-Ман она никак не могла заставить себя прикоснуться к вещам сестры. Мисс Юэн, классная руководительница Сиу-Ман, позвонила в конце мая и сказала, что девочка оставила в своем школьном шкафчике какие-то книги. Она спросила – не зайдет ли Нга-Йи забрать их? Сославшись на большую занятость, Нга-Йи все время откладывала поездку в школу. Она боялась, что слишком сильно расстроится, увидев личные вещи сестры.

И вот теперь она начала просматривать ящики письменного стола, книжный шкаф, но не нашла ничего похожего на дневник. Только косметика, разные девчоночьи штучки, два набора наклеек и ленты из японской бумаги для скрапбукинга [24] . На полках лежали тетради для домашних заданий (ничего лишнего в них не было) да несколько модных журналов, а в школьном ранце Нга-Йи нашла только учебники. Она самым тщательным образом осмотрела гардероб, но и там ничего не нашла.

«Почему у нее даже ежедневника не было?» – удивилась Нга-Йи.

Сама она была из тех людей, кто все записывает. И тут до нее дошло. Телефон!

Однако телефона она нигде найти не могла.

Нга-Йи ясно помнила, что свой ярко-красный дешевенький смартфон Сиу-Ман держала в верхнем правом ящике письменного стола, там же всегда лежало и зарядное устройство. Зарядник на месте, а телефона не было.

Хорошенько подумав, Нга-Йи вспомнила, что не видела телефона со дня ее гибели сестры.