Вторая попытка
Шрифт:
Кузнец радовался неожиданно привалившему счастью, прикидывал, сколько чего он соорудит из него, и куда приспособит остатки.
– А если серьёзно, - сказал Лабер так тихо, что его услышал только робот.
– Почему ты так сделал?
– Не хотел ранить нежное сердце Ирмы. Не к чему ей было видеть мою смерть. Фактически я падал. Эта бяка оказалась слишком тяжёлой для хлипкого аппарата. А отцепиться не было никакой возможности. Так мы и мчались, склещившись наподобие собак, пока я не догадался перейти, использовав последние крохи энергии, на пологое скольжение. Хорошо ещё корпус не успел сильно нагреться! Сразу появилась энергия, и мы благополучно приземлились. Я решил - хватит! Больше никто и носа не покажет на орбите, пока не придумаем механизм экстренного сброса! Кстати, я видел абсолютно целый грузовой корабль.
– Подождите, - спокойно произнёс Ли Фу.
– Не поддавайтесь эйфории. Первый успех ещё ни о чём не говорит. Я не думаю, будто вы очертя голову броситесь за более вместительным кораблём, хотя подобное развитие событий нельзя исключить полностью. Но взвесить все за и против жизненно необходимо.
– Конечно, конечно, - поддакнула Ирма.
– Даже огромная куча доброго металла не достойна неоправданного риска. Давайте соберём Советников, обсудим ситуацию, выработаем рекомендации...
– В этих делах они ни хрена не понимают, - ответил Али.
– Мы с Руководителем - старые космические волки, прошли сквозь тернии и катаклизмы вселенского масштаба. Поэтому грузовик для нас - сущая безделица...
– Я никак не могу тебя понять, - не сдавалась Ирма.
– Там, наверху, ты мне сам говорил, дела обстоят совсем иначе чем на земле. Даже дышать нельзя...
– Вы мне уже осточертели пустой болтовнёй, - с раздражением заявил Каульвюр, из-за обломка.
– Лучше помогите оттащить вот эту балку. Она тяжёлая и сильно пружинит...
– Вот и поговорили, - усмехнулся Руководитель.
– Идите сюда. Он ни за что не отцепится и не успокоится, пока не выпьет с нас всю кровь через соломинку...
Послышалось конское ржание, крики возниц. Из-за холма вылетели три телеги с целой оравой мужиков.
– Что вы там тащитесь еле-еле!
– заорал на них кузнец.
– Инструмент не забыли?!
– Конечно, конечно, - загомонили помощники, соскакивая с телег.
– Снимайте ваги, - командовал Каульвюр.
– Будем кантовать. Где зубила и переносная наковальня? Руководитель, бери кувалду. Будешь бить вот сюда. Первый Помощник и ты, Ирма, складывайте куски на телеги. Крупные - на первую, средние - на вторую, мелочь - на третью. Смотрите, не перепутайте! Ли Фу, ты всё записывай, ничего не упускай. Я потом проверю!
– Всё! Мы все попали в рабство, - развёл руками старик.
– И ничего нас уже не спасёт...
– Вот тут, вот тут руби, - между тем командовал кузнец.
– Эти кусочки нам тоже пригодятся. Ирма, что ты делаешь? Расстели рогожу! Иначе что-нибудь обязательно потеряешь!
– Предлагаю взбунтоваться, - шепнул Лабер на ухо старику.
– В иначе не дотянем до вечера.
– Я бы с большим удовольствием, - ответил Ли Фу.
– Только в этом случае не доживём и до обеда...
– На заседаниях будете шептаться!
– грозно взрыкнул Каульвюр.
– По шее захотели? Я мигом. Не посмотрю, что уважаемые люди. Быстро работать... Привыкли штаны протирать где ни попадя!..
* * *
Так началась полная неожиданностей, опасностей и непредсказуемых ситуаций эпопея по снабжению четырёх городов качественными сталями. Робот навострился необыкновенно в экзотической охоте. Он ни на мгновение не терял бдительности и совершал до пяти рейсов в день. Гора ценного материала росла не по дням, а по часам. Склады наполнялись проводами, осветительными приборами и прочими полезными в быту вещами. Каульвюр похудел от жадности и даже предпочитал спал в кузне под непрерывный перезвон молотков.
Когда основательный запас был сделан, Руководитель с роботом занялись грузовиком. Многочисленные облёты не дали ответа на два важных вопроса: что творится внутри корабля, и
каким образом можно при отсутствии переходного кессона проникнуть внутрь грузовика. Али немедленно предложил грандиозный план, потому, что неожиданно вспомнил, что он робот, а роботы, гордо заявил Али, системы автономные, способные без всякого ущерба для здоровья находиться в открытом пространстве до пятнадцати секунд! Дальнейшие события будут развиваться по следующему рецепту! Али, презрев смерть, выходит на орбиту в гордом одиночестве, подкрадывается к грузовику, собирается с духом, выскакивает, втискивается, закачивает, делает первый вдох, выравнивает давление, вытирает пот, запускает двигатель, подбирает истребитель и с триумфом возвращается домой! За этот, не меркнущий в веках подвиг, рукоплещущие сограждане объявляют его Наиглавнейшим Руководителем с вручением ордена на всю грудь, а Вилли переводят в разряд роботов на вторые, как и положено ему по чину, роли! Гриз внимательно, не перебивая, выслушал монолог друга, некоторое время молча рассматривал его довольную физиономию и медленно произнёс:– Я отменяю все эксперименты в пространстве. В данный момент вели-кий авантюрист Али перевешивает Али рассудительного. Поэтому я от-крываю похоронное бюро.
– Не понял?
– удивился Первый Помощник.
– Дуй на орбиту и ищи трупы, одетые в неповреждённые скафандры. Понимаю - занятие не из приятных. Увы, иного пути нет! На этом прения объявляю закрытыми...
Дальнейшие события подтвердили правильность слов Руководителя. Али безропотно принялся выполнять скорбное поручение. Ему потребовалось совершить восемнадцать рейсов на орбиту, прежде чем он не нашёл то, что надо. На Земле скафандры тщательно осмотрели. Повреждений не нашлось, только ёмкости для дыхания оказались пустыми, а для их наполнения требовался мощный компрессор, которого у друзей не было. Срочно вызвали Пеку. Главный механик любил решать сложные задачи и с увлечением взялся за дело. Перед ним была поставлена конкретная цель - сделать так, чтобы можно было продержаться в скафандре не менее двадцати минут. Запас времени мог пригодиться. Он позволял вернуться на истребитель в том случае, если не удастся оживить грузовик. При таком раскладе существовала хоть какая-то гарантия, что всё завершится благополучно. Однако двадцати минут никак не получалось. Могучие меха Нюкконена, сшитые из верблюжьих шкур, давали не более трёх, а маломощный нагнетатель истребителя обеспечивал десять. Пришлось довольствоваться малым...
Лабер долго не решался на рискованный эксперимент. Он медлил, предавался неторопливым беседам с Ли Фу, ездил в Кангенд, вникал во все слабые места строительства Мирного, спорил с Абдуллой по мелочам, а робот прикинувшийся змеем искусителем, тенью ходил за другом и нашёптывал, возникая подобно фантому, то слева, то справа, всякие соблазнительные речи, прозрачно намекал на радужные перспективы и предрекал неминуемое господство над Вселенной. Короче говоря - вёл себя смирно, осмотрительно, по опыту зная, что тихой сапой порой добиваются большего, чем громогласными речами и сладкоголосыми заверениями. Наконец Али добился своего. Его слова-капли проточили насквозь плиту сомнений Вилли, и он, решился...
К полёту готовились в обстановке строжайшей секретности. На несколько раз проверили скафандры, обсудили возможные варианты развития событий и... на этом закончили подготовку. Двум смертям не бывать - одной не миновать! Гриз согласился с народной мудростью и полез в истребитель. Ли Фу невозмутимо наблюдал за происходящим. Можно было подумать, что ему было всё равно. Ирма нервно топталась на месте и старалась не смотреть на бесстрашных астронавтов. Такаранга сколько не силился, так и не смог закрыть рот, и изо всех сил хлопал глазами. За несколько минут до старта старик подошел и сказал:
– Если всё пройдёт нормально, не надо сразу лететь сюда на большом корабле. Люди испугаются и примут его появление за дурной знак, а у нас и так половина населения исходит кровавым поносом. Может возникнуть паника. Не дай бог пожгут дома и разбегутся с дуру! Собирай их потом...
– Ты прав, - согласился робот, утопая в большом не по размеру скафандре, - санитарная обстановка у нас сложная. Не досмотрели. Впредь нам наука. Странные мы всё-таки создания! Будем смотреть да удивляться до тех пор, пока жареный петух не клюнет в задницу. Вот вытекут мозги через клоаку, тогда будем знать кузькину мать!