Все равно!
Шрифт:
– Слюшай, зачем так сделал?- удивился повар, и увидев что я не собираюсь идти внутрь, закричал.
– Ай, зачем пошёл? Куда пошёл? Ти кто? Ограбили!!!
Мотор уже работал, когда я заскочил в машину, Кондратьевич крякнул и спросил трогаясь:
– Ты что, в самом деле ограбил шашлычную?
– Угу, двести долларов дал этому ублюдку, просто он готовил для тех ребят из БМВ.
– Подождать нельзя было?
– Чему быть, того не миновать.
– Тогда держи, отстреливаться будешь.- Он протянул мне свой пистолет.
– Вообще, глупо всё как-то... И деньги твои... Счастья не чувствую,
– Деньги к счастью не имеют никакого отношения, Кондратьич.
– Вот ты молодой, да из ранних. Без денег не сидел, видать. Папаша у тебя шишка здоровенная поди. Пристроил сыночка.
Сзади приближались фары чёрного БМВ.
– Жалеть будем?
– Та чего их жалеть? Украиньська земля родит богато.
– Ну, смотри. Как скажу, тормози.
– Эге ж...
Выстрел хлестнул без всякого предупреждения, и заднее стекло Нивы разлетелось брызгами по салону.
– Ух, ты! Из дробовика шмаляют!
Они пошли на обгон, как делали всегда загоняя жертву на прямой дороге. Я сосчитал, их было пятеро. Один, сидевший рядом с водителем высунул руку с зажатым в ней обрезом, похожим на мой, приготовясь стрелять по колёсам.
– Тормоз!
Кондратьич нажал на педаль и машина потеряла скорость. БМВ выскочила вперёд, и заюлила по дороге зигзагом, тормозя.
– Жми и бей справа!
Хорошая машина "Нива", цепляется за грунт сразу четырьмя колёсами, мотор вот только слабоват. Теперь мы были сзади и пытались догнать её, а она уходила всё дальше.
– Каверзу какую-то готовят!
Это было и так понятно, вот только что?
– Кондратьич, фары выключи! Ты дорогу эту хорошо знаешь?
– Та совсем не знаю.- ответил он выключая свет.
Я высунул голову в окно, пахнуло водой.
– Потише, Кондратьич! Здесь река есть?
– Есть, только это больше озеро напоминает, а посерёдке мост. Не знаю как называется.
В темноте угадывалась большая масса воды.
– Съезжай с дороги! Я схожу проверю.
Они поставили машину при въезде на мост, приготовившись ослепить нас дальним светом и согнать с дороги выстрелами в топкую трясину по обеим сторонам шоссе.
Это я уже узнал когда вляпался.
Обошёл их заставу по болоту, вылез на мост и потопал обратно. Было слышно как они балаганят в ночи.
– Да точно они назад повернули!
– Дорога здесь одна, никуда не денутся. Им навстречу центровые выехали.
– Слухай, Куркуль! Ты чего раздухарился? Два раза стрелял по ним и не попал. Вот Горбань с тебя спросит.
– А чего я? Вона Сашко тоже пуляв и ни хрена!
Они услышали мои шаги и примолкли вглядываясь во тьму.
– Дывись зараз, и хто ж таков?
– Турист, хожу тут смотрю.- ответил я.
Нелепость ситуации была настолько очевидной, что они захохотали как сумасшедшие.
– Якой, а? Турыст! А ну турыст завертай взад, в свою кацапию, пока я добрый!- подскочил один с обрезом в руках.
Значит это Куркуль.
Обрез конечно короткий, но баланс нарушает. Рычаг получается очень длинный, по сравнению с предплечьем. Вот я и развернул его, помните слова Архимеда?
"Дайте мне рычаг подлиннее и потолще, и я вам тут всё переверну, на хрен!"
Смотрит Куркуль на свои стволы и слёзы
начали из глаз капать. Говорит тихонько:– Молодой я ещё, дяденька. Рано мне умирать. Вы бы меня простили? А? Я пойду, а?
Да как кинется в сторону, с дорожной насыпи в болото. Зачавкал там по воде, а его приятели орут:
– Ну ты даёшь в натуре Куркуль, зачем туриста в воду загнал?
А тот из болота орёт: Пацаны! Атас!
Обернулись они, на меня смотрят. Один руку тянет к багажнику, на котором автомат лежит.
– Руку отстрелю!
Отдёрнул быстро.
– Считаю до трёх, за это время вы должны отбежать отсюда на двадцать метров, вон туда, где Куркуль затих. Ферштейн? Раз...
Топот сменился всплесками и ругательствами.
– Сашко, твою мать! У тебя же пистолет!
– Та застрял у кармане.
– Дай мне!
Я выстрелил на голоса. Раздался вскрик. И всплески ещё дальше. Потом три выстрела из темноты. Бестолковое это дело, когда ни цели, ни мушки не видно. Они тоже это поняли. Я выстрелил ещё раз , для острастки, размахнулся и запустил обрез в воду. На багажнике автомат лежит, я заглянул в машину, удобно когда замок с подсветкой, ключ на месте. Посигналил. Метрах в трёхстах зажглись фары и Кондратьич подъехал.
– Давай вперёд! Я сзади, потихоньку.
На другой стороне озера начался лес, там я загнал БМВ в кусты, чтобы подольше искали, и проткнул все шины, а это уж из вредности. Кондратьич свернул на грунтовку минут через пять, и сразу же по правой руке показался двухэтажный недостроенный особняк.
– Консультант! Место вроде заповедное? Откуда здесь дом?
– Да здесь их целый посёлок, в одних живут, а в других и жить больше никогда не будут...
– А что так?
– Так ведь известно кто строил. В первом доме хозяину пятнадцать лет дали, отсидит - шестьдесят будет, если доживёт конечно. Дальше по аллее - авторитет жил местный, застрелили на разборке. Тоже не встанет. Днём ещё куда ни шло, а к ночи многие уезжают, неприветливо здесь. Место как проклятое.
– Не скажи, вон там,- я показал налево, -Новый год начали встречать.
– Так то у Марыси, у неё вечно шалманы собираются... известная личность.
– Проститутка?
– Да ты... Нет!- сказал он твёрдо, но в голосе его была горечь.
– Хорошая она баба, и в обиду себя не даёт. Гадалка она.
– Это из за неё тебя на аэродром запихнули?
– Не твоё дело!- отрезал он зло.
На дороге выросли две фигуры.
– Твои?
– Мои.
Игорь забрался в машину, охлопал меня по плечам, по голове, по спине, взял за уши, покрутил.
– В порядке.- заключил он, умиротворённо, -А это кто?
– Это наш Консультант из местного КГБ.
– Остап Кондратьевич!- представился Консультант
– Ага!- сказал Игорь, -Это Вася.- он протянул руку назад, и Вася просунул свою голову, следуя приглашению и сказал: "Здрасьте!"
– Идите на заднее сиденье, а то здесь тесно стало, и рассказывайте что нашли.
– Вон тот дом видишь?- указал полковник на дом, в котором шла гульба.
– Это там. Колодец во дворе, сам видел. Только народу очень много. И рожи у всех бандитские. Это я к тому, что пока они пьют, так может прихватить их всех?