Воздушные
Шрифт:
Стоило этой крамольной мысли мелькнуть у Ксении, как голова водяного резко повернулась к ней. Сделала она это изящно, крутанувшись на шее, как будто и не была к ней приставлена. Хранитель окинул Ксению подозрительным взглядом, та, с серьезным выражением на лице, подобрала повыше подол плаща и продолжила чинно вышагивать вокруг бассейна. Водяной что-то неразборчиво пробулькал и остановился у дальнего края пещеры.
— Перед смертью, первый Император осознал зло, которое причинил своему народу. Он разбил целое зеркало, а склеить осколки было ему уже не под силу. Чтобы хоть как-то исправить содеянное и сохранить память предков, Император перенес в эту усыпальницу все сохранившиеся к тому времени
Ксения в ужасе уставилась на высохшую мумию в истлевших одеждах. В отличие от остальных, похороненных здесь воздушных, это тело не сохранило свой прижизненный вид. Да, время не поглотило его полностью, оставив лишь белые кости. Особый климат пещеры забальзамировал тело усопшего, но при этом изменил его до неузнаваемости, выжав все соки, выкрутив суставы. Сейчас оно напоминало высушенный на солнце фрукт. На сморщенном лице застыло выражение перенесенных мучений и страданий. Ксению передернуло. Любая смерть была ужасна, но такая… Нет, такую она не пожелала бы даже самому злейшему врагу.
Судя по задумчивому лицу Хранителя, он явно был причастен к вынесению приговора, а может и к приведению его в исполнение.
— Но, увы, Радужный камень так и пропал бесследно, — и Хранитель замолчал, словно обдумывая его возможное местонахождение.
— А что это за камень? — поинтересовалась девушка, чтобы хоть как то разбавить возникшую в пещере тишину. Она все еще находилась под впечатлением от увиденного, и безмолвное пребывание в такой необычной компании плохо действовало на ее нервную систему.
— Мне придется сделать тебе еще один подарок, — проигнорировало ее вопрос своенравное божество. Похоже, время ответов и вопрос закончилось, и Хранитель вернулся к своей любимой манере раздачи ценных указаний. Ксения была впечатлена его неожиданной лекцией по истории воздушных, и теперь пыталась понять с какой целью водяной так перед ней распинался.
— А если ты и дальше будешь так небрежно относиться к моим подарков, то их на тебя не напасешься, — проворчал Хранитель, горделиво шествуя впереди. Как будто Ксения виновата, что ее похититель первым делом расправился с кулоном.
Вслед за Хранителем девушка свернула в боковой коридор. Вдоль его стенок тоже были выставлены саркофаги семи цветов радуги. Возле одного из них Ксения даже споткнулась. Не может быть! Но глаза говорили, что может. Прямо перед ней, покрытый легким слоем измороси, стоял грейф.
— Как такое возможно? — ее вопрос поначалу повис без ответа в воздухе. Хранитель замедлил шаг, тяжело вздохнул, помотал головой, но все же вернулся.
— Они могли и не такое, но пролитая кровь выжгла их память, — он зло сверкнул глазами, и Ксения почувствовала его сильнейшую досаду на своих подопечных.
— Идем, и так я потратил на тебя кучу времени, — он повернулся и зашагал дальше по коридору. Его спина переливалась волнами раздражения, и Ксения поспешила за Хранителем, боясь разозлить его еще больше.
Они вошли в просторное круглое помещение. Его верхняя часть уходила в темноту и там бесследно терялась. Вдоль стен были расставлены сокровища воздушных. Это была странная коллекция. Явно драгоценные, богато украшенные предметы лежали на полу, вперемешку с невзрачными камнями или потемневшими от времени статуэтками. Часть сокровищ была скрыта под покрывалами, и девушке оставалось лишь гадать, что именно под ними было спрятано. Хранитель уверенно направился к сундуку, стоящему у стены. Откинул крышку и под ней, на черной бархатной подушки, ослепительно вспыхнули пять камней, надетых на цепочки. Рука водяного любовно прошлась по ним, словно лаская свои любимые игрушки, затем выбрала один из них.
— Постарайся его не
терять и не ломать, — он протянул девушке цепочку с бледно-голубым камнем. В глубине него медленно загорались и гасли темно-синие звезды.— Выход там, — он мотнул головой в сторону двух колонн, между которых зеленой сеточкой мерцал телепорт, — и постарайся не наделать больше глупостей. Хотя, — он обреченно махнул рукой, — кому я это говорю.
Фигура водяного внезапно ввинтилась в лужу, провалившись в нее, словно та была бездонной дырой в полу. А затем и сама лужа втянула края в центр и схлопнулась, оставив после себя девственно чистый пол и слабый привкус морской соли на губах.
Ксения в растерянности оглянулась. С уходом водяного, синие огни на стенах стали тускнеть и потихоньку гаснуть, словно тот забрал с собой энергию, питавшую их. Девушка не стала медлить и устремилась к призывно мерцающим огням телепорта. Остаться одной в темноте пещеры, наедине с толпой мертвых воздушный… бррр… только не это. Она смело шагнула навстречу неизвестности, прикрыв глаза и привычно подавив волну тошноты, прокатившуюся по ее телу в момент перехода.
На той стороне было темно. Ксения сделала несколько осторожных шагов. Ее глаза постепенно привыкли к темноте и смогли различить виднеющееся впереди серое пятно. По мере приближения к нему, вокруг становилось все светлее и светлее. Ксения с наслаждением вдохнула свежий воздух, в котором смешались запахи прелых листьев, горная свежесть и близость моря, поздняя осень и холодная стылость зимы, вступающей в свои права. Висящая желтым блином в небе, луна ласково кивнула нашедшейся потеряшке. Далекие звезды холодно мигнули. Им в ответ сверкнули их синие сестры внутри камня, висящего на шее у девушки.
Ксения осторожно потянулась к магии и с трудом, но зажгла маленький огонек. Он послушно поплыл впереди нее, освещая узкую тропинку, петляющую между валунов. Спускаться было тяжело. По камням, покрытым ночной изморозью, ноги не хотели идти спокойно, а все время норовили расползтись в стороны или соскользнуть вбок и опрокинуть свою хозяйку на острые скалы.
Вдруг впереди мелькнула огромная черная тень, а через секунду тело девушки перехватила сильная рука. Она оглушительно взвизгнула. Скользкие камни решили реабилитироваться и сыграть на стороне жертвы. Напавший, оглушенный визгом, потерял равновесие и вместе со своей добычей покатился по камням. Головокружительное падение сопровождалось красочными ругательствами, причем не все из них исходили из уст ночного незнакомца. Приложившись напоследок головой о камень, Ксения потеряла сознание.
Очнулась она, лежащей на чем-то мягком, но жутко вонючем. Сквозь ресницы прыгал оранжевый огонек костра. Рядом раздавались громкие возгласы ее похитителей.
Интересно, на кого же ее угораздило наткнуться ночью в горах. Грейфы были гораздо крупнее, а размеры напавшего на нее незнакомца она успела оценить, прокатившись с ним кубарем по камням. Ее смущала близость к морю, запах рыбы и соленой воды, которыми была пропитана одежда чужака
— А давайте оставим девку себе. Уж больно хороша. Хоть и хлипкая с виду, зато как ругается, — говоривший даже губами причмокнул от восхищения.
Так, судя по всему, речь шла о ней. И, похоже, она кого-то сразила наповал своим красноречием, точнее, дурноречием, потому что большинство выражений, отпущенных ею во время падения, приличные воздушные не говорят ни при каких обстоятельствах.
— И чем она тебя зацепила, — с ленцой в голосе ответил второй, — тоща как щепка, ее же волной за борт смоет. Вот окочурится от первого же шторма и выкинешь ее на корм рыбам, вот и вся забава. А так хоть денег за нее выручим. Польза будет. Да и она будет довольна, мы же только двоих ей притащили, а обещали больше.