Война
Шрифт:
Нашёл я его на стрельбище, где он в окружении других учеников тренировал умение стрелять из лука. Он так и не стал искателем, предпочтя роль — куда пошлют, то и сделаю. Печальное зрелище.
— Всем день добрый, — поздоровался я, получив в ответ не самые доброжелательные взгляды. Ясно. Окружил себя теми, кто его поддерживает. Ничего, и с этим разберёмся.
— Закир, поговорим?
— Не видишь, я занят, — сказал он и демонстративно отвернулся.
— Вижу, что хернёй страдаешь, а вот то, что ты занят, не вижу. Сколько лет уже учишься стрелять из лука, а всё так же ничего не добился.
Ну реально бесит. Зачем
— Да уж получше некоторых.
— Да ладно. С чего такие выводы? — перепрыгнул я через ограждение. — Или ты судишь по тем дням, когда мне было десять? С тех пор много воды утекло. Я хоть за это время ни разу не тренировался, но и так я всё равно тебя уделаю на раз. Да и лук в запретных землях, по сути, бесполезная вещь.
Я немного кривил душой, но как-то надо было его вывести на диалог.
— Пф-ф. Да что ты смыслишь в лучниках? Только и можешь своей зубочисткой сражаться. В реальном бою не успеешь добежать, как будешь истыкан стрелами.
Ребята, окружившие нас, с жадностью впитывали каждое слово, заодно несмело поддакивая своему негласному лидеру.
— Хочешь поспорим? Или боишься проиграть нелюдю? — оскалился я. А вот его лицо на миг окаменело. До него наконец дошло, почему и зачем я сюда пришёл.
— Устроим дружеский спарринг. У тебя лук, а я со своей «зубочисткой». Ежели я дойду до тебя, не получив ни одного ранения, то ты признаешь мечников лучшими бойцами, чем лучники.
— К чему мне это? Мне и так известно, кто лучше.
Фига в нём самодовольство. Откуда только берётся оно у него. С чего он такой? Неужели всё из-за неё?
— Твои предложения?
— Никаких эликсиров. Также покинешь орден и заберёшь с собой коротышку — навсегда, — высказался он и сам не верил, что осмелился.
— Тогда если я выиграю спор, то уйдёшь на год в запретные земли.
— Договорились, — скрипя зубами ответил он. Я прям нутром ощущаю, какая в нём ненависть ко мне.
Я начал разминаться и минут через пятнадцать ушёл в конец стрельбища. Расстояние между нами было примерно метров пятьдесят.
— Готов, — услышал я, и в тот же миг была выпущена стрела. Пролетевшая в пяти сантиметрах от левого уха.
Хорошо, хочешь играть грязно — твоё право. Гадёныш.
Если ещё вчера в моей копилке было 178 единиц, то сегодня там осталось 163. Ага, печалька. Мне вчера пришлось нехило так потратиться, демонстрируя детям способности биокорпа.
Знаете, что их больше впечатлило? Ускорение, повышенная регенерация, сила, позволяющая пальцами гнуть металл? Как бы не так. Сканер, способный видеть человека насквозь. И, конечно, больше всего впечатлились мальчишки. Маленькие извращенцы. Так, я отвлёкся. Меня тут как бы продырявить пытаются.
Я побежал к нему.
Вторая пролетела очень близко. Часть оперения стрелы коснулась моей щеки. А он наловчился. Действительно неплохо стреляет. Тем не менее этого недостаточно, чтобы победить. Активировав восприятие в совокупности с напиткой энергоканалов, я замедлил для себя время. Отчего уклоняться стало намного легче. Мне пришлось к этому прибегнуть, так как скорость, с которой он посылал стрелы, поражала до глубины души. Может, я погорячился, высказав мнение о бесполезности сия оружия.
В какой-то
момент восприятие перестало справляться. И мне пришлось от одной такой прыгать в сторону, а после резко уходить перекатом. Потому как только я оказался на земле, очередной выстрел не заставил себя ждать. Вонзившись рядом с лицом, наконечник бил маленький фонтанчик земли. Ловкий засранец, — подумал я, вскакивая и одномерно уклоняясь.Между нами оставалось метров десять, когда он ускорился. Вот тут я вообще обалдел. Он выпускал их каждую секунду. Лупит как из автомата. А я ещё думал, на кой ему столь ёмкий колчан. Теперь-то понятно.
Если в начале он был уверен в своих силах, то теперь, когда я оказался на расстоянии трёх метров, он уже не был так уверен в своей победе. Последний выстрел он наметил мне в грудь, и вот тут я понял, насколько его ненависть сильна. Будь я обычным человеком, и мне пришёл бы конец. Поймав выпущенную мне в сердце стрелу рукой, я выставил шпагу перед собой, нанося проникающий удар. Кончик моей шпаги коснулся щеки Закира.
— Ты проиграл, брат, — убрал оружие в ножны я, встал напротив. — Но признаю, твоя скорость и точность поражает. Беру свои слова обратно. Лучники и вправду сильны, с уточнением, если они такие же профессионалы. Вряд ли зверь успеет подойти к тебе и нанести существенный урон. Скорее ты убьёшь его первым.
В какой-то момент я увидел перед собой своего того самого Закира. С кем мы начинали учиться, с кем бегали подглядывать в порт за моющими женщинами. С кем тащили пирожки Розетты. Только это быстро прошло.
— Впрочем, тебе ещё учиться и учиться.
Я прошёл до стойки, взял лук. Встав у черты, выставил перед собой корзину, наполненную стрелами.
— Помнишь, я недавно сказал, что с тех пор не тренировался? В этом тебе моё слово. А теперь смотри и учись.
Активировав АИМ, я навёл его на центр самой дальней цели, находившейся от нас в сотне метрах. Ассистент подстроил мышцы, указал скорость ветра, силу натяжения. Я подмигнул ему и начал выпускать одну за одной.
За минуту я выпустил сто сорок семь стрел. Все до единой попали точно в цель под восторженные охи учеников. Никто более не смотрел на меня как на врага народа.
— Я тебе говорил, что уделаю? Помни, я всегда держу своё слово.
— А вы, ребята, выкиньте дурь о нелюдях из головы. Моё тело — это всего лишь развитие технологии предков. Когда я доберусь до отца, создавшего его, то все получат подобные тела. Вместе с вами мы отстроим новый, чудесный мир. В котором станет куда безопаснее жить, чем сейчас. Хотите узнать подробнее — идите к наставнику Кери, он вам расскажет подробно, кто я и чего хочу добиться для нашего ордена.
Отложив лук, я направился к выходу со стрельбища.
— Закир, пошли, нам с тобой надо о многом поговорить.
Он с печалью посмотрел на детей, которые явно потеряли интерес к его идеям о нелюдях, и это его добило. Закинув лук за спину, он последовал за мной, сникнув окончательно.
Когда мы вышли за стены замка, то, не сговариваясь, двинулись на пляж, туда, где я рыбачил и где впервые познакомился с Абу и Джафаром. Дорога туда не близкая, но нам это и надо.
— Объясни, на кой начал такую дичь творить? Рассчитывал, что братья и сёстры пойдут против меня, а после изгонят из ордена и всех тех, кто пришёл со мной? — Кивок. — Как-то глупо, не находишь?