Чтение онлайн

На лестнице перед борделем сидел светловолосый мужчина в кое-как застёгнутой одежде. Он любовался на свои ботинки, утопая в кустах лайма. Эстелла и Мисолина остановились, наблюдая. Когда мужчина поднял голову, они обе вскрикнули: это был Клементе. На их одновременный возглас он обернулся.

— Клем? Ты что тут делаешь? — Эстелла подошла к нему, а Мисолина так и стояла статуей.

Клементе растерянно поглядел на Эстеллу, потом отвернулся, изучая перила лестницы.

— Ты, наверное, к Лус пришёл, да? — сообразила Эстелла. — А разве она тут?

Клем отрицательно мотнул головой.

— Нет, бордель

закрыли на карантин, потому что несколько девочек заболели. И Лус тоже, — глухо отозвался он.

Эстелла вздрогнула.

— Но... но... как же так? Вы же были в «Лас Бестиас»! Почему она вернулась сюда?

— Она от меня ушла. Сказала, что я ей надоел. Она не захотела жить нормальной жизнью и воспитывать мою дочь, собрала вещи и вернулась сюда, — пояснил Клем грустно.

— И правильно сделала! — добила Эстелла. — И как у неё ещё терпения хватило тебя выносить так долго? Я бы и дня выдержала. От таких, как ты и твои родители, надо бежать без оглядки, — речь Эстеллы звучала жёстко.

— Зачем ты так говоришь? — с недоумением покосился на неё Клементе. — Что мы тебе сделали?

— Что вы сделали? Ты ещё спрашиваешь? — Эстелла взмахнула головой так, что черепаховая пейнета свалилась с её волос, хоть она и крепила её целый час у зеркала. — Во-первых, ты убил Пию.

— Я её не убивал! — вскинулся Клем, делая зверское лицо. — Она сама померла.

— По твоей инициативе, хотя ты мог сохранить ей жизнь, — Эстелла подняла гребень, втайне мечтая запустить им в Клема. — Во-вторых, ты и твоя семейка погубили Данте.

— Чего-чего?

— Чего слышал! Кто засунул его в Жёлтый дом, может быть, я? — уперев руки в бока прошипела Эстелла. Сейчас она напоминала разъярённую кобру. Стояло ей только вспомнить увиденное в Книге Прошлого, так и хотелось ей разорвать и Клементе, и его семейство голыми руками.

— Так решили мама и папа, — спокойно ответил Клементе. — Я-то тут причём?

— А, ты не причём? Ты всегда не причём! Вечно прикрываешься другими. Ты ведь святой, никогда ни в чём не виноват, виноваты все остальные! А ты, так называемый брат и лучший друг Данте, не должен был разве им помешать, когда они усадили его в дом умалишённых? Да все вы одинаковые, яблочко от яблоньки, все вы твари! — Эстелла не сдержалась и запустила-таки в Клема гребнем.

Он нагнулся, и гребень, перелетев через перила, упал в кусты.

— Ты что так себя ведёшь, спятила? — возмутился Клем. — Я не виноват, что Данте сумасшедший!

— Он не сумасшедший! Это вы довели его до безумия! — в отчаянии воскликнула Эстелла. Начинавшаяся в мирном ключе беседа уже переходила в базарную ругань.

— Данте всегда был безумен, — сказал Клементе. Эстелле его слова виделись издёвкой и попыткой оправдаться. — А к тому, что было дальше, ты тоже приложила ручку. И не отпирайся! Ты, это ты довела Данте. Это из-за тебя у него крыша поехала. Ему даже мерещилось, будто стены шевелятся. А потом он совсем свихнулся. Сначала натворил дел и угодил в башню, а когда вернулся оттуда, мы даже стали его бояться. Потому что он был агрессивный и нёс всякую чушь. Даже дочь мою ненавидел.

— Потому что дочь твоя такое же исчадие, как ты и как твоя мамаша, — не удержалась от яда Эстелла.

— Не говори того, о чём ты не знаешь, — оборвал Клем. — А что касается Данте, если

бы он был нормальный, его бы никто в Жёлтый дом не отправил. Но ему там хорошо.

— Хорошо?!!! — Эстелла как никогда сейчас понимала состояние Данте, когда его доводили до белого каления. Она чуть ли не дымилась от ярости.

— Да, мама навещала его. Его там хорошо лечат, он чувствует себя счастливым и даже домой не хочет, — сообщил Клем.

— Да ты... да вы... вот твари! — Эстелла едва не задохнулась. — А ты, ты хоть раз его навещал?

— Нет, но мама навещала.

— Ах, мама! — Эстелла начала орать. — Ну если то, в каком состоянии Данте видела я, она называет «хорошо», то она идиотка! Его там на цепи держали, как собаку, пока он не сбежал.

— Данте сбежал? — удивился Клементе.

— Да, уже год назад. А что, твоя мамаша тебе не сказала?

— Нет, — наморщил лоб Клем. — Как он мог сбежать год назад, если мама ездила к нему в прошлом месяце? Её не было пару дней, затем она вернулась домой и рассказала нам, что лечение Данте идёт успешно, и он выглядит даже весёлым.

— Это враньё! Эта гадюка Каролина вас просто надула! — своим выкриком Эстелла спугнула стайку печников, что облюбовали кустик лайма. — Она наверняка ни разу Данте и не навещала, просто вешала вам спагетти на уши. Данте сбежал из дома умалишённых ещё год назад. Его там нет и никто не знает, где он сейчас.

— Ты что-то путаешь, мама не могла нас обмануть, — не поверил Клементе.

У Эстеллы уже не было никаких слов, остались одни междометия, и она в гневе залепила Клему оплеуху.

— Ты что, совсем больная? — он схватился за щёку.

— Это вы больные! Я вас ненавижу, мрази! Вы погубили Данте! Он никогда не был сумасшедшим, он был нормальный! Уж я-то это знаю! Я всегда знала как привести его в чувства, когда он немного переходил границу. Вы специально от него избавились. Нет человека, нет проблемы! Уроды, как вас земля таких носит?

Эстелла разошлась ни на шутку. Она забыла, что стоит на улице напротив борделя, и все проходящие мимо проститутки на неё смотрят. Да ещё и Мисолина со злорадной ухмылочкой слушает её вопли.

Дверь борделя вдруг открылась и оттуда высунулась хмурая донья Нэла.

— Это что ещё тут у вас? — вознегодовала она. — Идите вон отсюда! Орите в лесу, а не под окнами моего заведения!

— Простите, — буркнула Эстелла, но донья Нэла уже переключилась на Клема.

— А ты чего тут всё сидишь? Я ж тебе сказала, иди отсюда. У нас карантин, всё закрыто. Пять девочек увезли в госпиталь.

— А где Лус? — нагло вмешалась Эстелла.

— Лус тоже в госпитале. Но соваться туда не надо, там зараза мигом прилипнет. А ты вообще кто такая? — донья Нэла строго оглядела Эстеллу. — С какой целью ты сюда пожаловала, а, фифа?

— Я не фифа! — горделиво распрямила плечи Эстелла.— Мы с моей сестрой, — Эстелла указала на Мисолину, которая изучала разноцветную бабочку, спутавшую её юбку с розой, — пришли от сеньора Сантоса, от аптекаря. Нам нужны снадобья. Ну... снадобья для женщин, ну, вы понимаете?

Донья Нэла скривила уголки губ.

— Идём внутрь, но только одна. У нас карантин, всем нельзя, — и она поманила Эстеллу указательным пальцем.

Эстелла вошла следом за хозяйкой, оставив Мисолину и Клементе снаружи.