Восстановление
Шрифт:
С бывшими чужаками я не сдружился, но полезными связями на будущее обзавелся. Да и им самим было любопытно поглазеть на мальца-джедая, сумевшего за короткий срок совершить невозможное. По-своему, я не менее знаменит, чем красующийся на рекламных плакатах по всему городу Шшрх Аур, ставший лицом «Медтех-Про» и тайной эротической мечтой незамужних кел-дорианок. В чем ни одна из них никогда не признается и не попытается увести Шшрха у законной супруги. Институт семьи у кел-доров — дело святое.
Отчасти поэтому я пребывал в таком мрачном настрое, пока летел на гравибайке к назначенному месту встречи. Хатты — большие
Специально для этой цели дома остались привычный костюм агента СИС и родная джедайская одежда. Вместо них на фигуре сидели плотно подогнанные куртка и штаны из плотной темной ткани, а также полностью скрывающий лицо обтекаемый гоночный шлем. Так себе маскировка, но «на безрыбье…», как говорится. Меч я решил оставить на попечении Фрисби, следующего за гравибайком высоко в воздухе. Лишать себя своего основного оружия на пути к пугающей неизвестности — не самая лучшая идея. В цепких манипуляторах Фрисби мой меч, укрытый поглощающим импульсные вспышки чехлом, в полной безопасности.
Но и совсем безоружным на дело я не пошел. Освободившееся место на поясе занял легкий пехотный бластер, подаренный мне одним из солдат после памятной зачистки базы работорговцев. Малыш имел вытянутое дуло, заряд на шесть полноценных выстрелов, и батарею, емкостью на два часа непрерывной работы. В сочетании с убойной мощностью, способной насквозь прожечь легкую броню и поджарить среднюю — весьма зубастая игрушка в умелых руках. Тем более у джедая, чьи рефлексы, глазомер и скорость реакции на порядки превышают обычную человеческую.
Самхар по-бандитски прятался в тенях за ночными фонарями, ожидая, пока я парковал гравибайк на общественной стоянке. Навстречу он вышел не раньше, чем убедился в отсутствии слежки и не отправил кому-то сообщение. Обо всех его действиях мне докладывал Фрисби по внутренней связи. На фоне ночного неба дроид был совершенно невидим, позволяя еще раз порадоваться выбранному времени встречи. Одна бессонная ночь — малая плата за возможность провести операцию скрытно, не привлекая внимания общественности и, главное, Нак Зиила.
Я старался не думать, какие кары тот выдумает, если я опоздаю на утреннюю тренировку. После посещения аванпоста Ордена мастер всерьез взялся за меня, заставив отложить учебные голокроны и полностью сосредоточься на практике. Отныне каждый день у меня начинался и заканчивался на полигоне. И Нак Зиилу было плевать, что у меня вообще-то есть процветающий бизнес, требующий время от времени внимания своего создателя. На все мои слезные мольбы имелся один ответ: «Радуйся, что выходные у тебя вообще есть. А будешь упорствовать — я быстро исправлю этот досадный недостаток».
М-да, неслабо мастера задело за живое сокрытие мной своего ментального дара. Поначалу я даже думал, что он всерьез обиделся, но вскоре убедился в обратном. Просто те планы, которые лелеял на мой счет Нак Зиил, вдруг претерпели значительные изменения, вынуждая радикально изменить программу подготовки. Этот факт не то что бы раздражал его, но заставлял вкладывать в мое обучение куда больше сил, чем прежде.
Такой темп тренировок имел свои преимущества. По крайней
мере сейчас я полностью уверен в своих силах и знал, что смогу справиться с любым неодаренным даже без помощи светового меча. Случись встреча с Самхаром на четвертом году обучения, я бы не был так уверен в исходе нашего поедиика.Начать с того, что это был убийца. Матерый киллер из расы дуросов, чей вид прямо-таки источал скрытую угрозу. Тело его покрывала подвижная крепкая броня из укрепленной синтоткани. Очень дорогой и редкий материал, обеспечивающий достойный уровень защиты и совершенно не стесняющий движений. По себе знаю. Моя агентская форма сшита именно из такой, только цвет дурос выбрал под стать своей коже — грязно-болотного цвета, делающего его почти незаметным в ночном мраке.
Дождавшись, пока я уйду с освещенной парковки в тени проулка у торговых магазинов, Самхар вышел навстречу, презрительно кривя бандитскую морду, просящую двойного удара кирпичом. Боюсь представить, сколько жизней загубил этот нелюдь. В ментале от него впечатление еще гаще, чем наяву.
— Это ты, джедай? Где твой световой меч?
— Не твое дело, охотник, — не остался в долгу я, остановившись и разглядываю свою головную боль на ближайшую ночь. — Давай к делу.
— Как скажешь, — дурос едко ухмыльнулся. Кажется, я умудрился ему понравится. — Наша цель сразу за тобой.
— Твоя цель, — поправил я, надавливая на вражескую ауру через ментошупы. — В мою задачу входит только прикрытие.
Впервые мой дар оказался бесполезен. Самхар осклабился, показывая черные искусственно заостренные зубы.
— Хатт не сказал тебе? Тем интереснее. Видишь ли, сосунок, мне плевать, что ты там думал. У меня есть контракт, и ты поможешь мне его выполнить. Или сдохнешь. Прямо здесь, на этом месте…
Больше дурос ничего не успел сказал, впечатанный в стену здания мощной дланью Телекинеза. Я едва сдерживал злость, как никогда с трудом удерживаясь от желания зачерпнуть ярости и гнева Темной Стороны. Поганый наемник умудрился взбесить меня куда сильнее, чем когда-либо смог бы Пхогга.
Дуло бластера уткнулось под челюсть Самхару, тщетно пытающемуся вырваться из незримых уз Силы.
— Уверен, что справишься, муриш-ш-ани?
Я специально выбрал хаттскую версию названия охотников за головами, в попытке немного выпустить клокочущие эмоции через шипящие согласные слова. Однако, дурос смог удивить меня, внезапно негромко расхохотавшись и, также резко прервавшись, впившись в меня взглядом. Совершенно иным. Изучающим. Пронзающим. Холодно-расчетливым. Я в буквальном смысле ощутил себя под рентгеновскими лучами, поневоле отступив на пару шагов назад. В ауре наемники тоже произошли изменения. Она ощетинилась плотной оболочкой, сквозь которую не проникало ни единого эмоционального всплеска.
Я ошибся. Он не просто убийца. Профессионал.
— Ты подходишь мне, джедай. Давай прекратим эти игры, у нас мало времени. Что тебе известно об этом месте?
— Ничего. Обычный торговый дом.
— О, это не простой дом, — освобожденный дурос с хрустом размял шею. — Владелец из давних переселенцев, завтра у него подходит срок получения гражданства. Но кое-кто не желает, чтобы ему сошли с рук старые грешки. Они специально подгадали момент, чтобы нанести самый болезненный удар. Теперь понял?