Чтение онлайн

— Убили?

Жорот кивнул.

— Магистра, который это сделал, я убил на дуэли. Кстати, они еще и друзьями были чуть не с детства… И Магистр перед смертью успел высказать, что настоящий виновник смерти его друга — я. Если б я Тэниса, мол, не развратил… И, мол, что у Главы выхода другого не было, только отдать приказ об уничтожении отступника. Я долго пытался добраться до тогдашнего Главы, Мердока. Вызовы тот не принимал, а других возможностей не существовало. Наконец сумел убить его, — не на дуэли, времени не было возиться, и так еле от охраны ушел.

…Месяцы сумасшедших поисков лазейки к мерзавцу-Магистру.

И риск во время убийства — на грани фола. Тем более, что Глава, прекрасно понимающий, что ему грозит, усилил охрану чуть не втрое. Не помогло.

Но когда Жорот стоял над умирающим магом, то не ощущал ни удовлетворения, ни злорадства, ничего. Только усталость и непонимание. Как можно было отдать приказ об убийстве — своего — за такую мелочь? Ну ладно, за него бы взялись — как за средоточие зла… Но мальчика-то за что? За «противоестественную» привязанность? Да сотней способов можно было их рассорить. Ведь даже и не пытались. Приговор вынесен и приведен в исполнение. Безжалостно, без права оправдаться…

— Мердок… Предшественник нынешнего Главы? А мы по истории учили, что он от сердечного приступа умер, — с кривоватой улыбкой сообщила Арика.

Жорот усмехнулся

— Действительно. Когда голова почти отделена от тела, с сердцем по-любому проблемы будут… Если бы Сообщество сумело найти доказательства, меня бы казнили. Поэтому и обратился к Н'еве, чтобы он уничтожил на месте убийства следы моей ауры — единственное, что не мог убрать сам… По законам Клана моя месть была правомочна, Н'еве не отказал, но в качестве оплаты за услугу потребовал мою кровь.

С этого у меня вражда с Главой Сообщества и началась. Хэрис знает, что я прикончил его предшественника и учителя, но доказать не может. Бесится жутко…

Арика, вместо того, чтобы успокоиться, как это обычно происходило после удовлетворения ее любопытства, недоверчиво уставилась на мужа:

— Чтоб Глава просто «бесился»? В жизни не поверю. Да он скорее сгноил бы тебя в тюрьме, а на клановскую неприкосновенность бы начхал! Что я, Сообщество не знаю, что ли?

— Я в то время служил при королевском дворе. Поэтому «сгноить» было проблематично. А когда ушел со службы, Хэрис уже охолонул…

Жена все еще с недоверчивым видом покачала головой и колдун, мысленно вздохнув, «раскололся» до конца:

— Хэрис упрятал меня в застенки — ненадолго, дня на три. Пытался добиться признания, раз уж улик никаких, не преуспел. Королева-регент меня вытащила, устроив такой скандал, что Глава больше не рисковал проделывать ничего подобного.

— И он успокоился на этом? — вновь покачала головой Арика. — Ну сколько эта королева протянула? Двадцать, тридцать лет? Ну пусть, ее внуки еще помнили, что ты когда-то служил…

— Лотта здравствует и поныне. Она, конечно, давно уже не правит, зато занимает пост Главного мага и заодно директора магической школы. Которую сама же и организовала. Кстати, после того, как я потерял глаза, она предлагала мне вернуться к преподаванию. Обещала покровительство… — он пожал плечами.

— Да уж… Бурная у тебя жизнь, — кажется, Арика наконец удовлетворила свое любопытство.

— Кто бы говорил, — хмыкнул колдун. — Сама за полвека ухитрилась вляпаться в рекордное количество историй… Куда мне.

…После формирования кровавого заклинания

Жорот бездельничал по полной — сам от себя такого не ожидал. Просто вдруг понял, насколько устал. Он постоянно держал себя в напряжении, и только сейчас это осознал. Даже во время недавнего трехнедельного постельного режима колдун не расслаблялся — может, из-за ощущения собственной беспомощности? Сейчас же, когда появилась возможность, он приходил в себя, удивляясь — как было не скучно лежать целыми днями, почти не двигаясь, и ни о чем не думая?

Атана притащила через портал Малыша и носилась с ним по окрестностям. Близнецов кьон не очень любил, но ездить на себе позволял, так что Рони и Фест тоже наигрались с фамильяром.

На Жорота же ящер порывался кидаться всякий раз, когда мужчина оказывался от него на расстоянии трех-четырех шагов. Колдун относился к враждебности животного спокойно, наглухо закрываясь щитами и дожидаясь, пока девочка успокоит питомца. Но после очередного нападения не выдержала Атана — она наорала на ящера, да еще и со всей дури хлестнула ему ладонью по морде — словно пощечину дала. Кьон зашипел, наклоняясь над ребенком, не ожидавший подобного Жорот только и успел кинуть перед Атаной щиты, рванулся, чтобы закрыть девочку… И вдруг та напряглась, вытянулась, запрокинула голову и так «прочувствованно» зашипела-зарычала ящеру прямо в морду, что кьон отпрянул, растеряно рыкнул и отступил назад, враз растеряв весь свой пыл.

Жорот перевел дыхание — черт знает что! Сердце у него колотилось, как бешеное, Атана же выглядела лишь чуть возбужденной, нисколько не испуганной. Вот уж сразу видно, чья дочь! С этими двумя точно в психушку угодишь…

К ним уже мчались Арика, Хью и Фест. Когда кутерьма успокоилась, Жорот укоризненно заметил девочке:

— Пожалуйста, будь осторожней. До полного слияния тебе еще несколько лет и…

— При чем тут слияние! — запальчиво возразила Атана. — Он не должен трогать никого из вас!

— Со временем он ко мне привыкнет, — возразил колдун, — а если ты будешь так себя вести, может напасть! И, к твоему сведению, нападение на запечатляющего означает конец всякой связи между тобой и фамильяром. Животное убивают, связь сворачивают… Тебе от этого будет не очень хорошо, уж поверь.

Девочка упрямо сжала губы:

— Малыш должен нормально относиться к моей семье, — повторила она. — И вообще. Он должен подчиняться, не идти против! Он прекрасно чует, как я к тебе отношусь, и все-таки нападает! Если я не настою на своем, он вообще обнаглеет. Нет, не пойдет. Или мы договоримся, или неуправляемый фамильяр действительно нафиг не нужен!

Колдун, поняв, что упрямицу не переспоришь, заметил только:

— Поговори с твоим учителем, если уж мне не веришь.

Но Браст, к удивлению Жорота, поддержал Атану. И даже как-то эту дичь аргументировал, основываясь на правилах дрессуры. Колдун чуть не впервые подумал, что, похоже, столкнулся с еще более ненормальным, чем он сам. Но Малыш перестал проявлять к колдуну агрессию, так что Жорот вынужден был признать — Браст знал, что делал. И Атана, похоже, тоже.

На три дня к отдыхающим присоединился Райес. Мальчишка разительно изменился за эти несколько недель — он теперь выглядел даже старше своих лет, но к Атане относился по-прежнему.