Вкус черешни
Шрифт:
– Ну-ну, – хмыкнула Олеся, посмотрела на парней и замерла: на турникете подтягивался Никита Самойлов.
– Отомри, – Света пихнула в бок подругу. – Пошли в раздевалку.
Щеки Олеси слегка покрылись румянцем.
– И ничего я не пялюсь, – смущенно проговорила она, попутно стягивая резинку с волос и заново собирая высокий хвост.
– Ну-да, ну-да, – хмыкнула Света. – Да и потом, я ничего против не имею. Только вот, он тот ещё гусь смазливый.
– Все они такие, – вздохнула Олеся. – Хотя и бывают исключения.
До раздевалки девушки дошли молча, думая каждая о своём.
В дверях они умудрились
– Девушки, – с легким поклоном Дима Жданов пропустил их вперёд, придерживая дверь. – Светик! – Окликнул он девушку, прошедшую мимо.
– Что? – Света обернулась и вопросительно посмотрела на Диму.
– Может, погуляем сегодня?
– Нет, – фыркнула Света. – Запомни, Димуля, ты не в моём вкусе.
– Все познаётся в сравнении, Зайчик, – не растерялся Дима.
Света на миг замерла и повернулась к Жданову лицом:
– Я. Тебе. Не. Зайчик, – прошипела она, сопровождая каждое слово тычком указательного пальца в широкую грудь парня, развернулась и, зло топая, направилась в раздевалку.
– Ещё какой, – довольно заверил Дима. – И я не теряю надежды! – Крикнул он вслед под задорные смешки друзей.
10.09.1998 (четверг)
«Как часто случайный звонок может перерасти в дружбу? Или скорее не дружбу, а приятное знакомство. Сегодня как раз и состоялся такой разговор по телефону.
Удивительно.»
Погода сегодня радовала. Олеся решила прогуляться до дома пешком, выйдя из автобуса на пару остановок раньше. Тёплые лучи солнца ласково прикасались к пока ещё зелёной листве. Хотя на тополях можно было заметить пожелтевшие листья. Природа не спеша готовилась к холодам.
Олеся позволила себе собрать небольшой букет из разных листьев, которые успели опасть с деревьев. Вдруг вспомнился ролик из «Ералаш», где девочка получала цветы. А в итоге оказалась, что двоечник приносил их, чтобы она сделала за него гербарий. Улыбаясь, Олеся открыла дверь в квартиру. И словно, подкараулив её, раздался телефонный звонок. Положив букет на обувную тумбу, Олеся подняла трубку.
– Да, – ответила девушка, разуваясь.
– Привет. Это Сильвестр.
– Эм… кто? – Удивилась Олеся.
– Сумбурный разговор в августе помнишь? Я обещал перезвонить.
– О, – удивилась Олеся. – Я уже думала, что не услышу тебя.
На том конце провода хохотнули.
– Я уже сам отчаялся, если честно. Но сегодня мне сопутствует удача.
– Сильвестр, значит, – припомнив, хмыкнула Олеся. – Серьёзно?
– Угу.
– Ну, нет. Так нечестно, – притворно возмутилась Олеся.
– Странная убеждённость, что это не моё имя, – продолжал настаивать Сильвестр.
– Ладно. Пусть будет Сильвестр. Тогда я – Баффи. Так ты всё-таки ошибся тогда? Аж целых три раза?
– Хочешь – верь. Хочешь – не верь. – Подтвердил догадку Олеси собеседник. – Потом долго мучился, подбирая комбинацию цифр. А всё оказалось до смешного просто. Ошибся в последней цифре.
Они провели на телефоне пару часов. Олеся много смеялась, отстранённо думая, что сегодня собеседник не раздражал, как в первый раз. С ним было приятно говорить на любую тему.
– Ой, – прошептала Олеся, когда услышала, как поворачивается
ключ в замочной скважине входной двери. – Кажется, мама пришла.– Понял. Тогда до следующего звонка?
– Ага, – ответила Олеся и положила трубку одновременно с тем, как открылась дверь. – Привет, ма!
07.10.1998 (среда).
«Сколько бы времени не прошло. Какие бы времена ни настали,
а всё равно девушке не пристало первой показывать
своего внимания. Или же это всё предрассудки?
Пережитки старого?»
?
– Ты занимаешься ерундой, – рядом с Олесей подсела Света.
– Это ты так считаешь, – Олеся вздохнула и нехотя отвела взгляд от первой парты в третьем ряду. Минуту назад на стул приземлился Никита Самойлов с параллельной группы. Небрежно провёл по светлым волосам и продолжил о чём-то говорить с другом.
– Как знаешь, – пожала плечами Света.
В этот момент они обе смотрели на Никиту. Тот, словно почувствовав чужое внимание, повернулся в их сторону. Губы расплылись в улыбке сильнее, и Никита подмигнул девушкам. Щёки Олеси залились багряным румянцем, Света же лишь хмыкнула.
– Гусь смазливый, – фыркнула она и демонстративно отвернулась.
– Да ладно тебе, – прошипела Олеся, попутно прячась за волосами. Благо она послушала бабушку и не остригла косы.
Аудитория постепенно наполнялась однокурсниками. Временами звучали взрывы хохота, кто-то шикал, кто-то махал рукой, мол, занятие ещё не началось.
Олеся задумчиво водила ручкой по тетрадному листу и смотрела на входную дверь. Словно ожидала кого-то.
«Кого?» – Мелькнуло в мыслях, возвращая в реальность.
Дверь открылась, впуская в аудиторию Стаса Корсака и его компанию. Парни, заметив Никиту Самойлова, начали отпускать колкие замечания в его адрес. На что Никита с товарищами не остались в стороне и начали пикировку со своими соперниками.
Олеся нахмурилась, следя за Стасом взглядом. Он её напрягал, так как ей не нравилась постоянная агрессия в сторону Никиты. Хотя было что-то ещё. Но она пока не могла найти этому определения.
«Может, то, как он смотрит на девушек? Словно они принадлежат ему. Словно все у его ног. Зазнайка, – Олеся фыркнула про себя, – и это мягко сказано.»
Олесю отвлёк Дима Жданов, который, заметив Свету, послал ей воздушный поцелуй. Та лишь покачала головой, бурча ругательства под нос.
Дверь снова открылась, возвращая в помещение тишину, нарушаемую шелестением страниц.
– Добрый день, – сухонький старичок бодро прошествовал к преподавательскому столу и водрузил на него потёртый кожаный портфель. – Итак, начнём. Опоздавших не пускаем. Старосты отметьте в журналах кого нет. На прошлом занятии мы остановились…
Олеся сосредоточилась на лекции. Первый семестр третьего курса, как и предыдущие два учебные года, обещал быть насыщенным и трудным. Ведь не зря говорят, что года три ты работаешь на зачётку, потом она на тебя. Лишь изредка внимание переключалось на Никиту Самойлова, но девушка быстро брала себя в руки. Преподаватель давал информацию сухо и сжато, но и это не помогало: кто-нибудь да не успевал конспектировать.