Чтение онлайн

Въезжаем на мост. Окабе сбрасывает скорость, потом подает как можно сильнее вправо, чтобы увеличить расстояние между трейлером и строем детишек. У дальнего конца моста тормозит еще одна огромная фура – ждет, пока проедет Окабе. Я смотрю вниз, на спинки первоклашек. Часто, слишком часто они спотыкаются в снегу. По-моему, это очень опасно.

Поверить не могу, что они идут по этому мосту сквозь этот снег! Мы заботимся о детях. Ага. Как же.

Малышка, идущая последней, неожиданно оборачивается. У меня сердце падает. Девочка стоит там и смотрит, как медленно, очень медленно приближается к ней наш грузовик, и другие дети строем идут вперед, оставляя ее позади. Она смотрит вверх. В кабину грузовика. Прямо мне в

глаза.

– Ты чего так притихла-то?

Окабе. Девочка. Я. Как все перепуталось! Рта я не раскрываю, просто мотаю головой и издаю тихий стонущий звук. Я и раньше не много говорила. Я вообще почти не разговаривала. Просто высасывала тебя досуха.

– Устала, да?

Качаю головой. Мычу что-то отрицательное.

Я вижу место, где кончается снег. Вижу очень ясно. Просто граница, за которой с неба не падает ни единой снежинки. Вместо этого в небе ярко сияет солнце, от его тепла вода на земле быстро испаряется, и пейзаж за окном словно бы слегка колышется. Я сижу в озаренной слепящим солнечным светом кабине, изнывая от унижения и ненависти к себе. Я молчу.

Параллельно ходу грузовика бегут две реки – Синано и Уоно*, сворачивают то вправо, то далеко влево, а потом, я не успела заметить когда, куда-то исчезают.

* Автор довольно едко пародирует японскую поэтическую традицию, воспевающую «землю двух рек – Синано и Уоно». – Примеч. пер.

Стоит нам пересечь границу префектуры Ганма, мир вокруг становится совсем пустынным – остаются только немногие лыжные базы на бесконечных горах по пути к перевалу Микуни. Мы движемся вперед. Справа возникает озеро. Смутно припоминаю: слышала где-то, что озеро это искусственное. Поверхность воды – грязновато-белая от талого снега. Время от времени Окабе бурчит себе под нос какую-то ерунду, не требующую ответа. «Господи, солнце-то какое!». «Чтоб я сдох, и это они называют шоссе!». Косится на вывеску семейного ресторанчика: «Угу, завтрак для молодоженов!» Должно быть, он так же бормотал бы, даже не будь меня рядом. Он сказал – я ему нравлюсь. Но кто я для него? Всего лишь незнакомка, ненадолго ворвавшаяся в его жизнь. Может, со мной ему и веселее, но, пожалуй, когда я исчезну – особо горевать он не станет. С глаз долой – из сердца вон… так он ко мне относится? С другой стороны, разве не столь же велика вероятность, что наша встреча ничего не изменит и для меня ? Да, очень много минут свободы и радости, но потом я всякий раз поневоле возвращаюсь к своему прежнему «Я», снова становлюсь собой… Сижу. Молчу. Размышляю.

Индикатор мигает. Слышу, как впиваются в гравий шины. Грузовик тормозит на парковке, словно из-под земли выросшей на обочине дороги. Маленький ресторанчик со стоянкой для трейлеров. На доске у дверей – названия дежурных блюд. Я думаю – мы что, обедать собираемся? Однако вопросов не задаю.

– Слушай, а хочешь за руль сесть? – спрашивает Окабе.

– Шутишь, да?

– У тебя права есть или нет?

– Есть.

– А раз у тебя есть обычные права – значит имеешь законное право водить четырехтонный грузовик.

– Что?! Нет, ты серьезно?

– Хочешь – садись за руль.

– Ну уж нет! Это я вести не смогу…

– Отлично сможешь. Будут проблемы – я тебя остановлю.

Не покидая кабины, мы меняемся местами.

За лобовым стеклом я вижу полукруглую парковку ресторанчика. А за ней – поля нежнейшей, нетронутой белизны и лес, чуть различимый вдали. То там, то здесь мелькают темные пятна открытой земли – влажной, впитавшей в себя талую воду. От густоты теплого запаха почвы тяжело дышать. Воздух, нагретый солнцем, поднимается вверх, смешивается с ледяным воздухом в вышине, и там, где эти потоки встречаются, на мгновение образуются – и сразу же исчезают – прозрачные завихрения. Казалось, я уже пригляделась к окружающему ландшафту, но теперь он вновь кажется мне незнакомым.

Нажимаю ногой

на педаль сцепления. Перехожу на первую скорость.

– Давай сразу на вторую, – советует Окабе. – Всегда лучше сразу вторую включать – ну конечно, если груз не слишком тяжелый. А на крутые холмы лучше на первой подниматься. Из-за вращательного момента, понимаешь?

Переключаю на вторую скорость. Старательно слушаю Окабе.

– На акселератор нажми.

Мир вокруг словно слегка вздыбливается. Я торопливо убираю ногу с акселератора.

– Просто газу добавь. У тебя прекрасно получается.

Грузовик трогается с места. Шины разбрасывают камушки гравия, впиваются в землю, с силой от нее отталкиваются.

– Скорость смени.

Перехожу на третью. Да, это – совсем не то что легковую машину водить. Чувствую, как диск сцепления вступает в контакт с коробкой передач прямо у меня под ногами. Ощущаю, как движение фуры отзывается во всем моем теле.

– Скорость еще увеличь.

Я больше не чувствую тяжести грузовика.

– Да ведь так я на дорогу выеду…

С той минуты, как трейлер двинулся с места, я удерживаю акселератор в одном и том же положении, так что веду более-менее по прямой. Снова выезжаем на Семнадцатый маршрут. Дорога продолжается. Грузовик движется вперед. Чувствую – словно само тело мое стало огромным и металлическим. Колеса шумно крутятся. Самый обычный шум, но сейчас он кажется мне оглушительным ревом. Окружающий мир стремительно проносится мимо, почти физически касаясь моей кожи.

– Вот сюда давай. Сообрази, как здесь можно повернуть, и постарайся повернуть стильно и красиво.

Смотрю, куда он указывает. Станция снегоуборочных машин. Сами машины аккуратно выстроены в углу стоянки. Дорога все продолжается – прямая, как стрела. Ну и откуда мне знать, как здесь повернуть? Тело мое не привыкло к размерам грузовика. Но я изо всех сил пытаюсь продемонстрировать Окабе, что полностью контролирую ситуацию. Старательно давлю на поворотник. Разгоняющая сила замедляет мотор, и нас толкает вперед.

– Это выхлопной рычаг.

Оказывается, я нажала на рычаг слева от руля. А рычаг поворотника – справа. Выхлопной рычаг действует очень похоже на тормоз. Стоило снова поставить его на место, и тормоз сработал просто идеально. Надо же, вот, значит, откуда берется тот необычный звук, который издают при движении грузовики, словно шумно выдыхают воздух, – выхлопной рычаг! Наверно, это происходит оттого, что у грузовиков очень тяжелое сцепление. А так не приходится столь часто менять передачу.

– Начинай поворачивать направо. Поворачивай. Еще. Спокойно. Делай как я сказал.

Сторона водителя смещается от центра вправо.

– Еще чуть-чуть вправо. Скорость смени. А теперь малость притормози. Когда въедем – начинай поворачивать влево.

В месте, указанном Окабе, послушно принимаюсь поворачивать влево. Пейзаж за стеклом стремительно смещается вправо. Казалось, когда на водительском месте Окабе, руль поворачивался так легко! А на самом деле он гораздо тяжелее, чем на вид. Мне удерживать его – и то непросто. Понимаю – похоже, колеса застряли в ими же проделанных колеях. Борозды совсем не глубокие, но грузовику все равно не шелохнуться.

– Еще влево. Спокойно. Продолжай поворачивать налево. Акселератор держи, как он есть. О’Кей. Вот так. Знаешь, ты сейчас прошла самый паскудный поворот, какой я в жизни видел!

На самом-то деле я еле-еле руль поворачивала. Сомнительно, чтобы при повороте трейлер должен сначала еще и подаваться назад, а потом – вперед, как у меня вышло. Что-то не верится, чтоб этот поворот был самым паскудным на свете, но когда задние колеса приблизились к углу стоянки, стало ясно – развернуться и вправду едва места хватает. Все происходит точь-в-точь как Окабе говорит. Случается все, что должно случиться, да притом еще и в том порядке, в каком положено.