Велиалит
Шрифт:
Сам.
Теперь стало по-настоящему страшно: ведь родители уехали, нет смысла кричать «мама», никто не придет на помощь. Остался только он.
«В этом сила, воин»
Фил ощутил обжигающее тепло в области лопаток. Ойкнув от неожиданности, парень сбросил с плеч рюкзак, где разгорался крошечный источник тепла. Почти не удивляясь, парень обнаружил, что серебряный клинок источает свет — наверняка магическое оружие чувствовало приближение существа извне.
— Расти, — придав голосу крепость, произнес Фил, — Расти!
Но ничего не произошло. Клинок
— Как же так?, — Фил осмотрел серебро со всех сторон, — почему ты не проснулся?, — клинок молчал, дивный голос, сказавший лишь одну фразу, затих. Постояв на месте несколько минут, Филипп окончательно вспомнил — голос принадлежал старику, подарившему ребятам мечи. Добрый, немного подрагивающий, но очень теплый и доверительный… В отличии от голоса зазеркального демона, напоминавшего хруст стекла под подошвами.
— Ну, я пошел, — зачем-то сказал зеркалу Фил, — счастливо оставаться!
Рома с грустью смотрел на все отдаляющийся берег. Оставив позади набережную и мост, пароходик направлялся к разливу, там, где река была шире. Рядом стояли абсолютно счастливые Маша и Михаил, непрестанно лобызающиеся на глазах у Сережи, то и дело нервно сплевывавшего в воду. Вместе с ними на катере было еще пятнадцать человек, что в общем-то было удивительно и для нормальных времен; в состоянии же действия Вальса Теней, что озадачивало Рому больше всего, людей на набережной вообще не должно было быть.
— Не втыкай, — благостно произнес Сережа, подходя к Роме, — тебя эти слюнявые тоже напрягают?
— Нет, — Рома вздохнул, — меня волнует совсем другое…
— Смотрите!, — внезапно воскликнула Маша, показывая рукой в сторону, — что это такое?
— Это…, — Рома запнулся. Навстречу им по реке плыл довольно крупный айсберг. Парень зажмурил глаза, но от этого видение не исчезло — ледяная глыба лениво ползла по поверхности воды, покрытая снегом, отблескивающая в лучах полумертвого тусклого солнца.
Людей видение абсолютно не встревожило, скорее приятно удивило — через секунду все, кроме Романа, собрались у бортика, выглядывая на диковинку, предоставленную природой.
Или чем-то еще.
Абсолютно явственно завибрировал клинок. Рома вздрогнул, с ужасом глядя на уже совсем близкие кристальные стены айсберга. Неестественное природное явление было явно делом рук сил высших, нежели понимание людей. И, скорей всего, это были происки тьмы — Рома ощущал чье-то недоброе присутствие всем телом.
— Стойте, поворачивайте, — вскрикнул он, — мы же врежемся!
— Ты дурачок, — добродушно произнесла Маша, не отрывая глаз от айсберга, — это же так красиво…
Через мгновение катер оказался вплотную к ледяной скале. На палубу посыпались сосульки и снег. Рома в панике замер на месте, ожидая толчка, удара, криков… Но ничего не произошло. Все присутствующие на палубе радостно визжали, глядя на полупрозрачные стены, внезапно окружившие их — пароход проплывал СКВОЗЬ айсберг.
«Иллюзия»
Рома,
тяжело дыша, дождался момента, когда внутренности айсберга наконец-то извергли судно на чистый воздух — и согнулся пополам. «Неужели пронесло?»— Волнуетесь, молодой человек?
— Простите, — Рома поднял глаза. Перед ним стоял мужчина лет пятидесяти, одетый в капитанскую форму, — что?
— Я же говорил, что мое судно непотопляемое!, — удовлетворенным голосом продолжил мужчина, не обратив внимания на вопрос, — что нам какой-то айсберг, не так ли, юнга?
— Чего?, — возмутился Рома, — вы кто вообще?
— Капитан лайнера, на которым вы плывете, молодой человек, — сухо бросил мужчина, отходя от Ромы, — нет, вы слышали, какая дерзость.
С замиранием сердца Рома посмотрел вниз — и обомлел. За те несколько секунд, пока он отвлекся на странного мужчину в форме, все вокруг изменилось — палуба увеличилась до таких размеров, что перестали быть видны края, высота над уровнем воды теперь исчислялась в десятках метров…
— Что это?, — Рома с ужасом схватился за поручень, словно боясь провалиться сквозь призрачное судно, — Где я?
— Как хорошо, что мы выбрали такой путь, милая, — послышался разговор. Мимо окончательно обалдевшего Ромы степенно прошествовали дама с кавалером, словно сошедшие со старинной картины. Она — в желтом пышном платье с обнаженными плечами, он — в мундире, при орденах.
— Да, дорогой супруг, — отвечала спутница своему кавалеру, отдаляясь от Ромы, — «Титаник» прекрасен.
— Нет…, — пробормотал Рома, схватившись за ворот рубашки. Воздуха резко стало очень мало, сердце билось с такой скоростью, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. — Этого не может быть! То, что я вижу — лишь мое воображение…
— Рома!
В реальность парня вернула Маша, внезапно повисшая у него на руке. Как ни странно, но иллюзия не рассыпалась, от чего Роме стало жарко.
— Что ты застыл? Идем к нам!, — девушку абсолютно не взволновали ни метаморфозы, произошедшие с катером, не внезапно появившиеся толпы людей, не исчезнувшие напрочь берега родного Николаева. Теперь новоиспеченный лайнер омывали темные воды океана.
— Господин, дама ведь просит, — так же весело пропела, появляясь неизвестно от куда другая девушка, одетая в синее платье коктейль, — что же вы, сударь?
— Да кто вы все такие, — Рома отдернул руку, — вы себе вообще даете отчет в том, что происходит? Где вы находитесь?
— Это круизный лайнер «Титаник», самый большой корабль на свете, — гордо произнесла девица, подбоченясь, — мы плывем из…
— О Боже, — Рома задрожал, — «Титаник» погиб больше сотни лет назад! Вы все тут — мертвые!
От его слов призрачный лайнер дрогнул. Так же внезапно, как и появление «Титаника», произошло его скоростное старение. Палубу покрыла сеть трещин со вплетенными в них водорослями и мхами, часть досок мгновенно растворилась в воздухе — вслед за ними отправилась и добрая половина одной из труб, короной растущих посередине корабля.