Ведьмина диета
Шрифт:
Спасенные осознали всю глубину нашего положения и больше не издавая лишних звуков быстро оказались на ногах. Когда только спеться успели? Или это так совместное заточение помогло?
Со стороны лестницы послышались быстрые шаги. Как не вовремя! Еще бы чуть-чуть…
Шмыгнули в комнату, что следующей была и затаились. Я прижалась ухом к двери стараясь расслышать, что происходит снаружи. Но можно было не стараться.
— Опоздали! — по голосу узнала Третьего из моих охранников. Надеюсь в пьяный ум редко приходят хорошие идеи.
— Ты посмотри где-то рядом спрятаться могли, —
— Глаш, держи, — находчивая сестрица, всунула мне в руку какую-то кочергу. Перехватила удобнее и над плечом занесла. Чтобы сподручнее бить было. Главное по своим не попасть.
По коридору раздались тяжелые шаги.
— Готовы? — спросила Лизавета. Молча кивнули и в ту же секунду дверь распахнулась, а глумливый голос сказал.
— Вот где наши голубки свили себе гнездышко.
Мужик сделал шаг переступая порог и тут же наша троица накинулась на него. Очень быстро стало понятно, что руками цепляться за волосы намного удобнее, чем в живой куче размахивать железякой, поэтому за ненадобностью отбросила ее в угол. Буйный видя численное превосходство противника попытался сбежать, но был перехвачен бдительной Забавой. Одна удачная подножка и поверженный противник лежит на полу, а разъярённая девица лупит, не глядя по чему попадает, ножкой.
Царевна, видя, что основные боевые силы разделились приняла собственный маневр и теперь с диким визгом носилась между мной и Забавой от души угощая ударами противников.
— Ты нас торопил, а девчонки и сами хорошо справляются, — донесся сквозь шум боя насмешливый голос Еремея.
Царевна мгновенно отскочила в сторону, незаметно выкидывая свое оружие.
— Отойди-ка в сторонку, — подвинул меня князь.
Мужик попытался вдогонку пнуть ногой, но от одного удара пудового кулака растянулся на полу.
— Так-то лучше будет, — связывая похитителей прокомментировал Еремей.
Сестрица, словно вспомнив о чес-то стала оседать, да так темнёхонько, что Михею только руки подставить-то и осталось.
— Если бы не вы… — она захлебнулась от деланных слез с обожанием глядя в глаза держащего ее мужчины. — Вы наши герои.
Михей от неожиданной похвалы зарделся. Это стало заметно даже в тусклом свете единственного факела, закрепленного на стене.
— Радуйтесь пока можете, — зло прошипел Третий и сплюнул кровавую слюну. Губу разбил не иначе.
— Точно! Тут еще два мага, — мгновенно собираясь отрапортовала подоспевшей подмоге.
Только сейчас почувствовала, как начинает болеть тело. Мужик-то отбиваться пытались, а я и не почувствовала, вот что значит азарт.
— Подлечишь? — заметив, как я скривилась спросил князь.
— Некогда. Потерплю.
На этом короткая передышка закончилась. Со стороны лестницы послышались торопливые шаги и через секунду мы смогли видеть довольную рожу Горлика.
— Набегалась напоследок, крошка? — ласковым голосом спросил у меня, будто и не было остальных. В коридоре появился Кулик и стал чуть позади собственного начальника.
Теперь от этого слова всю жизнь воротить будет.
Странно, а почему Кулик ухмыльнулся именно сейчас? Все больше кажется, что…
— Иди
ко мне сама, тогда я не трону твоих друзей, — он издевается? Я что на такую наивную дурочку похожа?«Вероника, ты защитить нас сможешь?»
«Одну атаку, по силе как прошлую выдержу. Остальное — прости, только если бы была обычной ведьмой»
«Тогда прикрывай».
«Что…», — договорить ей не дала, а просто рыбкой нырнула вперед. Надеюсь Гред сможет помочь.
О том, что случиться если Кулик решиться заступиться за начальника думать не хотелось. Но все обернулось совсем не так, как я ждала. Увлекаемый моим весом Горлик пошатнулся, сделал неловкий шаг назад и стал заваливаться назад. Вот только достаточного места на полу для него не оказалось, и мы оба рухнули с лестницы. Мне немного повезло, потому, что летела я сверху, но все равно несколько раз приложилась плечом о каменные перила. И головой о стену площадки. Кто только придумал делать в домах высокие потолки?
— Глашка! — истошно завопила подруга, но оглушенная сразу не смогла пошевелиться или сказать что-то. Перед глазами летали разноцветные мухи. Красивые такие. Желтенькие, зелененькие, фиолетовенькие…
— Ну ты даешь! — восхитился Михей.
Оказывается, меня давно уже сняли с Горлика и посадили на чьи-то колени.
— Горлик… — встрепенулась я, вырываясь из крепких объятий.
— Он оказался не готов к такому счастью, — засмеялся Еремей, а видя мое недоумение князь пробормотал в макушку:
— Такие полеты не каждому дано пережить, — и еще сильнее прижал меня к себе. Положила голову ему на плечо. Я больная и имею право на утешение.
— А остальные? — закрыла глаза. В голове еще шумело, и приятно было лежать чувствуя, что эти сильные руки, обнимающие за талию, защитят от любых невзгод.
— Пока повязали, а дальше подумаем, что делать.
— Только Кулика не трогайте, он мне сбежать помог… — пробормотала, проваливаясь в сон.
Глава десятая
Спала я видно недолго. Даже рассвет наступить не успел.
Михей не стесняясь рылся в холщовых сумках наших похитителей. С детской непосредственностью радуясь найденному караваю и большой головке козьего сыра. После всего пережитого за эту ночь есть хотелось всем. Даже царевна не стала морщиться, отламывая себе по кусочку, что уж говорить об остальных.
«Что я пропустила?» — спросила у Вероники, но неожиданно в голове услышала совсем другой, мужской голос.
«Ничего интересного, мы только спустились, да этих получше связали».
«Кулик?»
«Я».
Значит права была в своих подозрениях.
Села. Лежать у князя на коленях приятно, но надо бы тоже перекусить. С самым серьезным видом забрала оставшуюся еду себе.
— А совесть? — попробовал возмутиться Михей.
— Мне нужнее, — показала язык и вгрызлась в свежий, сочный сыр.
Такую обиженную рожицу мне давно не приходилось видеть. Даже у детей.
— Сам говорил в моем положении нужно хорошо питаться, — с набитым ртом попробовала пошутить. Получилось еще хуже. Князев брат надулся не хуже хомяка на поле с поспевшей пшеницей.