Вам письмо...
Шрифт:
Всё утро я примеряю перед зеркалом один наряд за другим. Мой сегодняшний визит в благотворительный фонд носит официальный характер, именно поэтому для меня так важно не ошибиться с выбором платья. Не зря в России существует поговорка: «по одёжке встречают, по уму провожают». За свой ум я абсолютно спокойна, а вот насчёт одежды не очень. Мне повезло, практически восемьдесят процентов здешнего населения свободно общается на двух языках: на арабском и английском, поэтому с общением у меня не должно возникнуть никаких сложностей. Уж с разговорным английским у меня всегда был полный порядок. Дело остаётся за малым – выбрать подходящий наряд для аудиенции. Перебрав всё по нескольку раз, я всё же решаю остановить свой выбор на синей тунике с
ГЛАВА 37
Мой вчерашний знакомый уже ждал меня на парковке, сидя за рулём тёмно – синего седана. Как только я поравнялась с автомобилем, он тот час же выскочил из салона и открыл дверь со стороны пассажирского сидения.
– Благодарю, - машинально киваю в ответ, после чего усаживаюсь в довольно уютное автомобильное кресло с кожаной обивкой.
– Позвольте сделать вам комплимент, - устроившись слева от меня, подаёт голос мужчина.
– А разве для этого нужно брать разрешение? – заломив одну бровь в изумлении, интересуюсь я.
– В нашей стране, да, - утвердительно выдаёт мой собеседник.
– Что ж, считайте, что я вам это разрешение дала, - добродушно улыбаюсь я.
– Вам очень идёт этот наряд, - ответная улыбка озаряет лицо мужчины, делая его моложе.
– Спасибо… - я делаю паузу прежде, чем самой задать интересующий меня вопрос. – Вообще-то, меня до самого выхода терзали сомнения, стоит ли мне вообще надевать абайю. Всё-таки я представительница другой страны, других правил и устоев. Не будет ли это выглядеть с моей стороны, как неуважение к восточным женщинам? – с сомнением в голосе произношу я.
– Что вы! Никакого неуважения с вашей стороны нет, - громко восклицает мужчина. – Абайя лишь платье, призванное скрывать женское тело от взглядов мужчин, как и от опасных лучей солнца, которого в моей стране слишком много, особенно в летную пору. И на мой взгляд, вы выбрали прекрасный наряд для прогулки, - он сделал паузу и бросил мимолётный взгляд на мои руки, после чего вновь перевёл его на дорогу. – Прости, я заметил, что вы так и не решились надеть на голову платок.
– А разве абайю нельзя носить без платка? – резко разворачиваюсь в кресле и пристально вглядываюсь в профиль мужчины.
– Ну, что вы! Конечно можно, - его ответ слегка успокаивает меня. – Вот только…
– Что? – видя его смущение, подталкиваю его к ответу.
– Простите, если мои слова прозвучат двусмысленно, - заранее извиняется он. – Ваши волосы настолько прекрасны, что вызывают восторг у мужчин и зависть женщин. Они как расплавленное золото. Настоящая драгоценность. И боюсь, у любого мужчины в радиусе пятидесяти метров может возникнуть желание заиметь такую драгоценность.
– Ой, бросьте, - отмахиваюсь я от его слов, как от глупой шутки. – Волосы как волосы. В нашей стране блондинки вообще не редкость.
– В том-то и дело, - с совершенно серьёзным видом произносит мужчина. – В моей стране женщины сплошь брюнетки, чтобы заиметь такой оттенок волос, им приходится идти к стилистам и ежемесячно тратить баснословные деньги для поддержания красоты и здоровья своих волос. Вам же повезло, природа щедро одарила вас при рождении.
– Хмм… я даже не задумывалась над этим, - задумчиво заключаю я. – Может, вы и правы. Вот только я абсолютно не умею повязывать платок, - искренне признаюсь я.
– А вам и не нужно. Просто накиньте его на голову и перекиньте один конец платка через плечо, - советует мне собеседник. – Таким образом вы скроете от нежелательных взглядов свои волосы и спасёте голову от солнечных лучей.
– Эмм… спасибо, я приму к сведению, - тихо произношу слова благодарности, после чего отворачиваюсь к окну,
разглядывая красоты города.Свернув на кольце, мы ещё какое-то время едем по прямой, после чего останавливаемся возле комплекса из нескольких зданий, расположенных по кругу. В следующую секунду, водитель покидает автомобиль, чтобы обойти его и открыть дверь с моей стороны.
– Прошу, - мужчина протягивает мне открытую ладонь.
– Спасибо, - принимаю я с благодарностью его помощь.
Опершись на его крепкую руку, покидаю салон автомобиля. Оказавшись на улице, я всё же набрасываю на голову платок. Нет, не потому что этого якобы требовали какие-то правила приличия. Тем более, что ко мне они уж точно никакого отношения не имели. Видимо слова моего нового знакомого возымели надо мною свои действия, и я сделала это на чистом автомате. Видя искреннюю улыбку на лице мужчины, отворачиваюсь и делаю несмелый шаг в сторону входных дверей, но тут же останавливаюсь.
– Простите, - резко разворачиваюсь и смело смотрю в лицо молодого человека, так любезно предложившего мне свою помощь. – Я так и не спросила вашего имени.
– Азиз, - продолжая улыбаться, представляется он.
– Людмила, - машинально киваю в ответ. – Ещё раз спасибо за помощь.
Попрощавшись с Азизом, я смело двигаюсь в сторону входа. Оказавшись внутри, предъявляю свои документы и официальное приглашение, которое было заранее распечатано мною на цветном принтере. В следующее мгновение меня окружают улыбающиеся женщины и, беспрерывно болтая на языке, похожем на смесь английского с арабским, уводят за собой вглубь здания.
Спустя двадцать минут общения с работницами фонда, матерями и малышами, проживающими на территории, принадлежащей «Дубайскому фонду помощи женщинам и детям», я прихожу к выводу, что готова отдать этим людям не только свои сбережения, но и всю нерастраченную любовь, что хранится в моей душе и сердце. А ещё, впервые за последние пять лет меня посетила дикая мысль. Почему дикая, да потому что никогда в своей жизни я ещё ни разу не задумывалась о таком.
Так уж получилось, что последствия тот трагической аварии, унесшей жизни моих родных, оказались слишком печальными. Смерть родителей и младшего брата стала для меня настоящим ударом, от которого я до сих пор не могу окончательно оправиться, да и не оправлюсь уже никогда. Но есть ещё одна причина, по которой прошлое никогда не сможет отпустить меня, и эта причина кроется во мне, точнее в моей физической неполноценности. Как бы мне этого не хотелось, но я никогда не смогу забеременеть, наверное, поэтому все мои отношения до сегодняшнего дня терпели крах. Но сейчас, глядя в улыбающиеся лица малышей и их матерей, мне захотелось пойти наперекор своей судьбе. И если я не могу родить ребёнка, это еще не значит, что я не смогу стать матерью для малыша, нуждающегося в моей любви, ласке и заботе.
Покинув жилой корпус, я вновь направляюсь к административному зданию, чтобы сделать очередное пожертвование, пусть и небольшое, но зато от чистого сердца. Оказавшись внутри, медленно двигаюсь по широкому коридору в сторону высоких дверей и тут же застываю на месте. В эту самую секунду из-за угла показываются четыре мужские фигуры, которые уверенным размашистым шагом двигаются в мою сторону. Высокие, статные, облаченные в белоснежные дишдаши, они неспешно ровняются со мной. Мельком бросая взгляды в мою сторону, мужчины проходят мимо, а я, словно громом пораженная, продолжаю гипнотизировать их спины. Мне кажется, что в эту самую секунду я забываю, как нужно дышать. Нереальность происходящего давит на мозг, отчего мои ладони сами по себе тянутся к вискам. Только сейчас я замечаю отсутствие платка на моей голове. А ведь я точно помню, что минут десять назад он невесомым облаком покрывал мои светлые волосы. Но сейчас меня мало волнует, куда он подевался. Меня больше заботит другой вопрос: узнал ли меня Хеймдел? А в том, что среди этих четверых мужчин был именно он, у меня нет никаких сомнений.