Чтение онлайн

– Не совсем. Я…

Налоговый инспектор щелкнул пальцами. Солдаты немедленно двинулись вперед на луга и начали хватать все, что только им попадалось под руку. Лошади, овцы, рогатый скот, козы – все было согнано в стадо посреди дороги.

– Так, – проговорил инспектор, окидывая взглядом клочок пергамента в руке, – Фиррал, двадцать пять лошадей, пятьдесят голов рогатого скота, и пятьдесят овец или коз.

Валориан неожиданно подскочил в седле. Солдаты рыскали по полям, хватая любое попадавшееся им животное, в том числе и тех, которые принадлежали его семье.

– Нет! – закричал он. – Подождите! Некоторые из этих животных принадлежат мне!

Он обернулся к Фирралу, надеясь,

что старик подтвердит его слова и объяснит произошедшую ошибку, но, к своему ужасу, обнаружил, что Фиррал покорно уставился в землю.

Налоговый инспектор поднял тяжелые узкие глаза на Валориана.

– А ты кто такой?

Охотник колебался. Ему не хотелось привлекать к себе внимания. Но уже было поздно.

– Валориан, – пробурчал он.

– Валориан, – передразнил его инспектор. – Хм-м-м… Звучит знакомо. Однако у меня не было времени как следует изучить все налоговые документы. Если ты уже заплатил свой налог, то считай это пожертвованием в помощь твоему верховному вождю.

Фиррал напрягся и молчал. Мордан смотрел на Валориана, словно хотел попросить у него прощения.

Валориан решил рискнуть еще один раз:

– Мой господин, пожалуйста. Мы не можем отдать этих животных. Это все, что у нас осталось.

Но легче было разжалобить глухого. Фиррал продолжал тупо смотреть в землю. Налоговый инспектор засмеялся и сделал знак своим людям продолжать. Методично солдаты собирали нужное количество животных, и добрая их часть была из стада Валориана. Пораженный в самое сердце, охотник мог только стиснуть зубы и молчать. Он не осмеливался протестовать или бороться из страха привлечь к себе и своей семье внимание.

– Похоже, что мы набрали нужное количество, – наконец проговорил налоговый инспектор. – Пока. Фиррал, тебе следует быть более внимательным при сборе подати. Мне не нравится, когда я сам это делаю. – Он повернул коня, но в последний момент обернулся: – Кстати, генералу Тирранису совсем не нравится твой маленький городок на этом месте. Эти палисадники должны исчезнуть.

Его лошадь побежала по дороге, догоняя солдат, и все они погнали стадо прочь.

Валориан не стал дожидаться извинений или объяснений, которых, он знал, все равно не последовало бы. Его переполняла холодная ярость. Он пустил своего коня галопом в лагерь.

– Собирайте, что еще осталось, в стадо! – прокричал он мужчинам. – Собирайте лагерь. Мы уходим.

Спустя немного времени Валориан и его семья оставили позади гранитный холм и его поселение.

Из ворот гибнущего города лорд Фиррал смотрел вслед исчезавшему каравану. Когда маленькое шествие растаяло в тени деревьев у подножия холма, он повернулся, чувствуя холод и боль в груди.

– Сколько мы потеряли? – спустя две ночи спросил Айдан. Он удобно устроился на подушках и следил за своим братом. Валориан же гневно расхаживал взад-вперед.

– Куда больше, чем можем себе позволить, – сквозь стиснутые зубы ответил Валориан. – Двенадцать кобыл, включая холостых. Восемь коз, и среди них – наш последний племенной козел. Шестнадцать лучших тонкорунных овец вместе с приплодом.

Он зашагал быстрее, но сделал всего лишь несколько шагов по палатке и повернулся.

Айдан присвистнул. Эта потеря нанесла серьезный урон и без того скудным запасам семьи. Он сделал глоток вина, ожидая, пока Валориан остынет.

Холодным весенним вечером в палатке собрались Айдан, Кьерла и Валориан. В полдень караван клана достиг высокого альпийского луга на Черном Утесе, который получил свое название из-за остроконечной вершины из черного камня, словно наконечник копья одиноко возвышавшейся посреди

зеленой травы луга. Айдан и мальчишки очень обрадовались, увидев своих, и с готовностью доложили, что Хуннул и все племенные кобылы чувствовали себя хорошо. У многих кобыл уже появилось на свет потомство. Еще две кобылы харачанской породы должны были вот-вот родить. Но, к несчастью, даже эти радостные известия не смогли притупить боль от совершенного предательства, которую чувствовал Валориан.

– Меня бы это не так беспокоило, – продолжал Валориан резким голосом, если бы он с самого начала попросил помочь ему рассчитаться с данью или если он хотя бы попытался спорить с налоговым инспектором. А он просто сидел и позволил им украсть наше стадо.

– Разве ему своего не хватало?

– С трудом.

Кьерла взяла его за руку, принуждая остановиться.

– Ты судишь предвзято, – мягко сказала она. – Может быть, стоит подумать об этом иначе?

Приподняв бровь и скрестив на груди руки, Валориан спросил:

– И как же?

– Как о помощи всему племени. Если бы тарниши забрали скот, принадлежавший только жителям поселка, осталось бы у них что-нибудь, чтобы свести концы с концами?

Охотник долго смотрел на жену, пока смысл ее слов окончательно не дошел до его сознания. Весь его гнев тут же испарился.

– Наверное, нет, – наконец согласился он.

– В таком случае ты предоставил им отсрочку. И себе тоже. У нас хватит животных, чтобы восстановить наше стадо, и у них тоже. А если боги будут с нами, то к следующим платежам нас уже здесь не будет.

Валориан неожиданно рассмеялся. Он уселся на подушки рядом с Айданом, вытянул вперед ослабевшие ноги и слегка улыбнулся жене.

– Хорошо. Не будем больше ворошить старое. Ты, как всегда, права.

Он потянулся к миске с орехами и задумчиво начал грызть их.

– У нас есть Хуннул и племенные кобылы. У Линны есть длинношерстые козы в ее загоне в лагере. Их не взяли. Одно из этих животных, по-моему, козел?

Айдан согласно кивнул:

– Черно-белый.

– Мы могли бы скрестить его с оставшимися у нас козами. Должна получиться очень интересная смесь.

– Я мог бы привести несколько козликов из долины, – предложил Айдан.

Валориан опустил руки.

– Нет. Я не хочу, чтобы ты показывался вблизи городов, чадарианских ли, либо любых, где могут быть тарниши. Нам не следует делать ничего, что могло бы привлечь к нам внимание. Фиррал прав в одном. Если до ушей Тирраниса дойдет хотя бы намек на то, что мы собираемся исчезнуть, он предпримет все, что в его власти, чтобы нас остановить.

Он откинулся на подушки и уставился в потолок.

Оба мужчины некоторое время молчали, каждый погруженный в свои мысли. Снаружи до них доносился шум лагеря, готовившегося к ночлегу. Это были голоса родителей, зовущих своих детей, сонные зевки собак, приглушенный топот копыт лошадей охранников, когда они объезжали по периметру лагерь дозором, и откуда-то издалека ветер доносил приглушенное завывание волка.

Кьерла вздрогнула, услышав волчий вой. Она с детства не любила этих зверей, особенно после того, как ее двоюродная сестра рассказала ей, что волки были посланцами богини Крат и ели маленьких девочек в наказание за непослушание. Она постаралась прогнать мрачное чувство и решила, что горшочек с целебным травяным чаем Матери Виллы рассеет все ее страхи. Держа в руках покрытый глазурью чайник и небольшую каменную миску, она выскользнула из шатра.

Айдан наконец-то нарушил молчание:

– И что теперь мы будем делать? С помощью нашего стада Фиррал выиграл немного времени для себя, но он все-таки не двинется с места, пока Тирранис не уничтожит его стоянку до основания.