Чтение онлайн

Она кинулась к предводителю этого разврата, практически упала в ноги.

— Ты обещал её не трогать, — простонала она. — Отпусти мою сестру.

Но он легко пнул её ногой и рассмеялся:

— Всё меняется, дорогая, ты предательница, значит, твоя семья так же семья предателей.

— Нет, не правда, с чего ты взял, что я предала вас.

— Ни для кого не секрет, что ты в сговоре с Брандом с этим гордым дураком, который не понимает, что завтра его ждет смерть.

— Нет, нет, — застонала Ольга, понимая, что её выкрыли и придумали столь изощренное наказание.

Их насиловали в одной комнате. Ольге было безразлично, что делают с её телом, она слышала только ужасные, душераздирающие крики младшей сестры и сходила от них с ума. Эти два часа превратились для неё в настоящий ад.

Способность трезво мыслить вернулась, когда всё стихло, только кое-где слышался храп. Инес уже не кричала. Ольга медленно поднялась и, шатаясь, побрела к кровати, хотя всё тело саднило и болело. Нужно бежать пока все спят, забрать сестру и уходить. После она вылечит Инес, расскажет, как скорее всё забыть, но сперва нужно уйти. Она едва добрела до кровати, где лежала Инес рядом с каким-то храпящим подонком. Оля не сразу заметила пустые невидящие глаза сестры и нож, торчащий из её горла, попыталась разбудить её, считая, что девушка просто потеряла сознание, но, когда на руке у себя заметила кровь, отшатнулась, как ужаленная. Она неотрывно смотрела на нож, в голове не помещалась мысль, что сестра мертва, что убили её эти подонки. Как во сне она вытащила клинок из горла Инес и, как безумная смотрела на стекающие по нему капли крови. И вдруг демон ярости вселился в неё. Она всадила нож в сердце, храпящему рядом парню, он даже вскрикнуть не успел. Нож опускался ещё много раз, терзая горячую плоть. Когда силы окончились, Оля отступила на пару шагов и взглянула на свои руки. Они по локоть были в крови, да она вся была в крови, даже на лице виднелись брызги крови. И она почувствовала ни с чем несравнимое удовлетворение. С холодным хладнокровием она перерезала глотки спящим и упивалась проливаемой кровью. А когда никого не осталось в живых, рассмеялась истерически и начала крушить всё вокруг, палила шторы, но пламя не хотело разгораться и гасло. В какой-то момент она замерла на месте, будто пришла в себя. В глазах появился ужас, когда увидела вокруг лужи крови, нож упал со звоном на пол. Воспоминания возвращались. Четыреста лет одного и того же кошмара, переживаемого снова и снова. Она в который раз не смогла разорвать цикл. Не смогла сдержать руки, предотвратить массовую резню. Девушка схватилась за голову и застонала. Медленно отходила к стене, осела на пол, закрыла голову руками и начала тихо подвывать. Сейчас начнется… Восемьдесят… уже восемьдесят часов агонии. Трое суток она будет переживать смерть своих жертв, чувствовать, как холодное лезвие кромсает внутренности. Восемьдесят часов пытки и… новый цикл. Цикл, который ей не разорвать… И через пять лет относительного забытья — воспоминания о всех циклах и восемьдесят один час мучений… Резкая боль пронзила сердце — это первый удар, который она нанесла убийце сестры, печень взорвалась болью… Ольга закричала… Её безумный крик скатывался к хрипу. Новый удар, боль… сознание в агонии, реальности не существует. Это не честно, её жертвы умерли во сне… Боль… ужас… кровь… сумасшествие…

— Сними с неё проклятие, — чей-то испуганный голос рядом.

Галлюцинации!

— Сними!!! Она заслужила!!!

Ри… ты и тут пытаешься быть рядом, моя сладкая и недостижимая иллюзия.

— Олечка, потерпи…

Сталь прошлась по горлу, вместо крика получился булькающий звук. Как страшно… как больно. Её жертвы так же страдали?

Что-то теплое касается губ… Обжигающе теплое…

— Пей!

Чей-то резкий приказ пробивается через агонию смерти.

— Глотай, все демоны Бездны!!! — рык, такой знакомый рык Бранда.

Она с трудом сделала первый глоток.

Обжигающий, соленый вкус, разрывающий внутренности. Она уже пила это… Тогда… на эшафоте. Её проклинал видгар… Дальше будет холод стали внутри и цикл… Ольга попыталась убрать голову, выплюнуть проклятый напиток, жгучую кровь, дающую бессмертие и муки… вечные муки без права на освобождение…

— Пей, мать твою! — заорал Бранд, закрывая нос рукой и прижимая губы к ране на запястье.

Её пришлось ещё раз обжечь горло несколькими глотками видгарской крови.

— Освобождаю…

Боль её жертв перестала терзать тело. Со стоном Ольга рухнула на холодные камни пещеры. Нет дома… его не было уже четыреста лет, все лишь

непрекращающаяся иллюзия. Она жадно хватала ртом воздух, впервые за четыреста лет ощущая запах сырого мха.

— Бедная моя девочка! — её сердце сжалось от щемящей нежности в голосе Сирила.

Рыдания вырвались из груди. Она билась в истерике, переживая освобождение также тяжело.

— Нужно идти! — глухой голос Бранда рядом. — Приводи её в чувство, скоро рассвет.

Сирил поднял её на руки, на его груди так уютно и тепло… Ри… Она продолжала всхлипывать… С трудом понимая, что они пересекли портал… Не соображая ещё, что ей дали последний шанс прожить жизнь… без цикла.

Лелана не могла понять, где находится, что за картины с участием персонажей из её жизни разворачиваются перед глазами. В этом мире не действовали законы физики. Движения то замедлялись до неприличия, то с бешенной скоростью проносились. В ближайшем фиолетовом лесу, часть деревьев росла вверх ногами, летали камни, тек огонь, пылала река. Сила притяжения исчезала внезапно, а через мгновение прижимала к земле, воздух расширялся, заставляя легкие ныть от разреженности, либо же становился вязким, как мед и заставлять плыть, разгребать газ атмосферы руками. Вот эти странные сцены… о "царстве теней"… они иногда вырывали Лелану из странного мира. Сейчас она наблюдала за тем, как Бранд, Сирил, Ольга и Кора покидали "царство теней".

Кто-то коснулся её руки. Лелана вздрогнула и повернула голову, так быстро, насколько позволил ей густой в данный момент воздух. Её взяла за руку маленькая девочка. Черные кудрявые волосы опускались ниже талии, а яркие изумрудные глазки смотрели с обожанием.

— Мама, это был наш папа, — шепелявя, забормотала она. — Папа смелый… я буду такой как он…

— Кто ты? — вскрикнула Лелана.

— Мама… я появилась недавно… я рядышком… ты не знала?

Лелана посмотрела с зеленые глаза симфов и невольно положила руку на живот.

— Ты моя дочь…

— Я буду ею… только нам нужно туда… к папе. Ты должна вернуться. У тебя болит голова, я помогу. Папа видгар… мы неуязвимы. Возьми меня на руки…

Лелана дрожащими руками подняла девочку и осторожно прижала к себе.

— У тебя тут болит, — девочка положила руку на лоб. — Я помогу, мамочка.

Лелана почувствовала, как из глубин сознания, по телу разливается приятная энергия. Как затихает боль. Пространство начало искривляться и через мгновение она открыла глаза, в пещере, где едва не распрощалась с жизнью.

Ольга сидела на камне и тихо всхлипывала. Тяжело переживать заново то, что давно пыталась оставить в прошлом. А всё же Лелана заставила воскресить в памяти кровавое преступление, которое едва не свело тогда её с ума. Оля была готова пережить это тысячу раз, если бы подруге это помогло прийти в себя, но магистр замка так же не подвижно лежала на кровати. Ощущение безнадежности было таким сильным, что не смогла сдержать слез. Обняла колени, спрятала лицо и зарыдала так, как никогда не разрешала себе.

— Оля?! — она не сразу расслышала удивленный вскрик: он показался игрой больного воображения.

Ольга недоверчиво подняла голову. На кровати сидела Лелана и ошарашено смотрела на неё.

— Наконец-то, ты пришла в себя, — вскрикнула Ольга.

Сегодня было не до разговоров. Лелана, измученная болезнью, с трудом поела и заснула, восстанавливая силы. Но на утро объяснений было не избежать. И Ольга боялась настолько, что ладони становились холодными и липкими от пота. Не все могли принять правду её настоящего прошлого.

Лелана проснулась, Ольга тут же подсунула ей легкий завтрак, надеясь оттянуть разговор. Сама не могла съесть ни кусочка, нервно постукивала ногой, наблюдая, как жует Лелана. Лела изредка бросала на неё задумчивые взгляды и молчала. От этого хотелось лезть на стену.

— Оля… то что я видела… Я была в каком-то странном месте и мне показывали странные картинки о тебе, Сириле и Бранде. Это все…

— Правда, — на выдохе закончила Ольга. — Все что ты видела правда…

— Я не совсем поняла…