Урод
Шрифт:
Граф расхохотался.
– Вина так вина, идем.
Только больше они ни о чем не говорили ни по дороге, ни во дворце, а граф ничего не спрашивал, видя, как Антракс вскрыл маленький полупустой флакон, долил в него вина, закрыл и взболтал. В полном молчании граф привел его к покоям Огюста.
– Он в очень тяжелом состоянии, - предупредил он у самой двери.
– Я знаю, - невозмутимо ответил эштарец и сам открыл дверь, не соблюдая церемоний.
У постели Огюста, сидел Велен-Лей. Он сразу встал и хотел было возразить, но на рубашке вошедшего увидел знак, с которым не смог спорить и вместо возражений просто
– Доброй ночи, Ваше Величество, - проговорил Антракс тихо и мягко.
– Ты, - со стоном прошептал Огюст. – Ты, правда, можешь меня спасти?
Антракс молча взял со стола кубок с водой, небрежно выплеснул остатки воды на пол, вскрыл флакон и вылил его содержимое в кубок, а потом подал его королю.
– Пейте.
Огюст с трудом сел. Антракс не стал ему помогать, а Велен-Лей сначала хотел, но почему-то остановился, продолжая только наблюдать. Король вцепился в чашу, не удивляясь тому, что содержимое пахло алкоголем, и тут же ее опустошил. По его телу прокатился жар. Бело-желтая кожа почти мгновенно порозовела. Зрачки стали узкими, а потом резко расширились. Огюст с огромным удовольствием сделал вдох.
Антракс выжидал, принимая чашу, ему нужно было, чтобы больной оценил всю перемену своего состояния, насладился ей, а только потом можно было говорить о деле.
– Какое счастье, - прошептал Огюст. – Ничего не болит и дышать легко, только голова немного кружится.
– Это скоро пройдет, - снисходительно проговорил Антракс, за которым внимательно наблюдали граф и придворный врач.
Эштарец же невозмутимо сел на край кровати, нагло закинул на нее левую ногу и оперся на свое колено.
– Это временный эффект, - сообщил он. – Вам нужно длительное лечение.
– Чего ты хочешь?! – вскрикнул Огюст, бросаясь к молодому человеку, хватая его за руку и почти рыдая. – Я дам тебе все, только не позволь мне умереть так скоро.
Антракс холодно смотрел на иссохшее лицо мужчины, без жалости и сострадания.
– Завра в Рок-Рен прибудет Лилайна Рен-Ро и вы должны признаться что причастны к ее лже-смерти.
Огюст отшатнулся:
– Ты спятил, - простонал он. – Моя племянница мертва!
Антракс не стал спорить, а молча встал и шагнул к двери. Перепуганный Огюст пополз за ним по кровати, нервно вскрикивая:
– Я дам тебе титул, земли. Чего ты хочешь? Золото? Герцогом тебя сделаю! Хочешь?
Антракс обернулся.
– Спокойной ночи, Ваше Величество, - невозмутимо сказал он и вышел, вместе с молчавшим графом.
Велен-Лей тут же выбежал за ними и кротко, несмело коснулся плеча эштарца.
– Позвольте спросить.
– Разумеется, - спокойно ответил Антракс обернувшись.
– Он отдал его при жизни или вы просто…
Велен-Лей не договорил от волнения.
Антракс невольно коснулся медальона, в очередной раз посмотрел на него и тихо ответил:
– При жизни, я, к большому моему стыду, отказался от него, чем наверно сильно его оскорбил.
Велен-Лей сложил руки ладонями вместе и поклонился.
– Вы простите, - проговорил Антракс, - что вам приходится наблюдать подобное применение знаний, но я не могу поступить с этим человеком иначе.
– Месть? – уточнил Велен-Лей.
Антракс только кивнул и, понимая, что говорить им все же не о чем,
пошел прочь. Граф растерянно осмотрел придворного врача, а потом поспешил за Антраксом, смутно понимая, о чем говорили ученики Фу-Диена.– Где мне лучше остановиться? – спросил Антракс, как всегда спокойно.
– У меня, - ответил граф. – У меня в столице небольшая квартира, снял ее на время.
Антракс понимающе кивнул. Они молча покинули дворец, а потом эштарец тихо заговорил:
– Сейчас он подумает, что все с ним хорошо, обрадуется, возможно, даже развлечется с какой-нибудь служанкой, что вообще доведет его до свинского восторга, а к полудню, ему снова будет плохо и он сделает что угодно, только бы не умирать.
Граф довольно фыркнул.
– И что ты ему дал?
– То, что обманывает разум, заставляя забывать об истинном состоянии тела.
Граф скривился.
– Все же странная эта болезнь. Когда я покидал двор, он был здоров, а потом быстро зачах.
– Ничего странного. Приезжая в Рейн с братом я привез новоиспеченному королю бутылку вина из Ливна и он, как и предполагалось, выпил ее один.
Граф застыл, с ужасом понимая, что сейчас ему сказали и в то же время, не веря в свою догадку:
– Ты отравил его? – с дрожью в голосе спросил граф.
– Если бы не восстание Дерана, даже помощь Эштара была бы не нужна, он сам бы все отдал, - невозмутимо проговорил Антракс, начавший партию за трон Рейна задолго до того, как сама Лил решила за него бороться.
– Это подло! – не выдержал граф.
Эштарец обернулся и холодно посмотрел на него.
– Волк достоин схватки, а шакалу и стрела, посланная в зад, большая честь, - металлическим голосом произнес Антракс.
– Лилайна этого не одобрила бы.
Эштарец не ответил, помолчал немного, а потом сказал:
– Лучше я остановлюсь в трактире, и помните: завтра в полдень.
Не дожидаясь реакции ошарашенного графа, Антракс скрылся в темноте улиц.
У Антракса не было настроения спорить с графом о морали, да и это был бы глупый спор. Может быть, граф действительно был натурой благородной и честной, но Антракс привык играть честно только с честными людьми, а подлым тварям - тихо резать глотки. К тому же подобные споры вызывали мысли, которые супруг наследницы гнал от себя. Что действительно сказала бы Лилайна, зная о том, как он уже обошелся с ее дядей? И что она скажет, узнав всю запланированную участь короля-самозванца? Он понимал, что едва ли отделается пощечиной и в то же время едва ли это стерпит.
Ускоряя шаг, Антракс снова напомнил себе, что сейчас не время думать об исходе. Если завтра Лилайна погибнет, то и исхода никакого не будет. Деран, как нестабильная проблема, был убран сразу. Огюст, как звено заключительное, должен был просто дойти на медленном огне своей собственной ничтожности. Оставалась главная, самая страшная проблема: знать. Сторонники Лилайны будут готовы, об этом Шмарн позаботится, тут можно было не сомневаться, но что делать с ее врагами?
Герцоги Ийван, Дюгон и Шадо едва ли рассчитывали на возвращение принцессы. Их отношение к своим землям, самым богатым землям Рейна, и стало хорошей почвой для появления Дерана. И если бы эти герцоги продались королю Эдифа, Антракс понимал бы их лучше, но они следовали одной лишь своей алчности.