Урбания
Шрифт:
–А что?
– фантазировал дахрейец.
– Король Аратан ещё не женат, выдадим за него замуж нашу Эйну, вот Деллари нам и поможет…
–Тролль тебе!
– в один голос воскликнули Ника и Кхарто.
–Ладно, остаётся Алманир. Рита договорится с…
–Лично я ни с кем договариваться не буду.
–Неужели ты не хочешь?…
–Хочу, но не того, о чём ты думаешь.
–А чего?
Я плотоядно облизнулась:
–Мало тебя в детстве по заднице лупили! Очень хочется восполнить пробел в твоём, гм, воспитании! Вроде бы ещё не поздно…
–Понял, - Зейтт ловко отпрыгнул, - понял, не дурак. Рыбой молчу!
–А если серьёзно, - продолжила я, -
–Ты разве умеешь читать мысли?
– поинтересовался Клейтас.
–Обхохочешься… нет, не умею. Зато умею слушать и запоминать то, что слышала.
Дайнрил вопросительно поднял брови. Я уже приготовилась к тому, что он выдаст очередное суждение об уровне интеллекта представительниц прекрасного пола вообще и моего в частности, но он ограничился высказыванием:
–Если дама просит - терпи, но дай!
Все засмеялись. Я пожала плечами, внешне сохраняя невозмутимое выражение лица:
–А, по-твоему, мужчины способны на большее?
–Нет, что ты! Я просто вспомнил одну примету: когда некому отдаться, женщина полностью отдаётся работе.
–Ох, душа моей жизни! Это не примета, а так, наблюдение, и у меня тоже есть кое-что… Большинство мужчин гордятся двумя вещами, которые любой другой мужчина может делать в точности так же: напиваться и зачинать сыновей. Впрочем, это не только тебя касается, но и вообще всех любителей "Домостроя", которые случайно оказались в пределах слышимости.
–Объяснишь им потом заодно, что такое "Домострой", - он подмигнул мне, - только не сейчас. Лучше расскажи, что ты имела в виду, когда говорила, что умеешь "слушать и запоминать"?
Я перевела дух. Вроде пронесло! Особенно, если учесть процентное соотношение мужчин и женщин в нашей компании. Бр-р! Неужто ему по сю пору неясно, что я хотела сказать?
–Хочу немножко пошпионить в пользу нас, несчастных и осаждённых.
–Как?!
– Кхарто захлопал глазами.
–Как, как… просто. Зайти в лагерь этих… рогатых или монголоидов, не суть важно, и найти ставку командования, чтобы послушать, что они говорят о предстоящем сражении. А потом вернусь назад и всё рассказать за отдельную плату. Это же естественно! Шпионаж - одно из главных средств, используемых для победы. Или даже это не дозволяется кодексом эльфийской чести?
–А ты будешь просто так бродить по лагерю?
– поинтересовался Дайнрил.
– И командиров найдёшь, и планы узнаешь? Как же это раньше нам всем в головы не приходило?
–Ха-ха-ха.
–Говори яснее.
–Сдамся им в плен. Якобы - сдамся.
–Ну, нет!
– Клейтас покачал головой.
– Не отпущу! Слишком велик риск того, что тебя узнают.
–Думаешь?
–Ты устроила им такое купание, что даже те, кто не верил в легенду о Солле, поверили во всё, что услышали от приятелей.
–Да я же стояла на крепостной стене!
–Рисковать не стоит.
–А что, если меня никто не узнает? Я могу замаскироваться.
Дайнрил щёлкнул пальцами:
–Почему нет? Оно же сработало в случае с Хирургом. Однако вынужден тебя расстроить: как бы долго ты ни валялась в грязи, ни на орчанку, ни на муатийку ты всё равно не похожа. Попробуй другой вариант: например, самка грелла…
–Вот gren! Я же сказала - в плен, а не младшим сержантом в регулярную армию. Знаешь, кто ты? Гиббона мать, вот кто!
–Слушайте!
– Астра оживилась.
– Ведь это мысль!
–Насчёт самки грелла?
–Нет, насчёт орчанки. Наставник -
прежний наставник - научил меня иллюзиям внешности. Вот, смотрите!Несколько пассов в воздухе, и вместо нашей ведьмочки перед нами оказалась рогатая красавица. Нет, не корова! Красавица - в переносном смысле. Наверное, Астра скопировала какую-нибудь бродяжку орочьей национальности. Зубы - через один, патлы нечёсаные, а запах… все подивились, и тогда Астра вернула себе прежний облик.
–Нет, спасибо!
– возразила я.
– Орчанкой быть не хочу, особенно такой, как эта. Я уже другое придумала. Вот оденусь я попроще, лук и Сантар оставлю в крепости… Да, кстати, Таликор! Мне нужен реквизит, который не жалко. Где там твой короткий лук?
–Вот. Но я его сломал, когда со стены летел…
–Давай. Мне не оружие, мне реквизит нужен. Так. Думаешь, сойду я за минройскую дурочку?
–Без труда, - ухмыльнулся Дайнрил.
–Тебя не спрашивают.
Таликор придирчиво прищурился, обошёл вокруг и покачал головой:
–Плащ не такой.
–Одолжу у Колира, мы с ним примерно одного роста. Дальше?
–Причёска.
–Переделаю. Ещё что?
–Ты слишком похожа на эльфа…
–Я вспомню "доброго и отзывчивого" Дайнрила и та-акую зверскую рожу сострою! Это будет уж вовсе нетрудно. Ещё что-нибудь?
–Вроде нет.
–Вот и отлично! Колир! Нет, обниматься не будем. У тебя проблемы со слухом? Вынь бананы из ушей и покажи мне стриптиз. Нет! Штаны снимать не надо, я предпочитаю "стриптиз-лайт".
Колир покраснел, но плащ всё же отдал. Несколько второстепенных деталей, и я превратилась в минройскую наёмницу в возрасте от семнадцати до двадцати, отличающуюся прямыми извилинами и чрезмерным самомнением. Какой ещё может быть девчонка, решившая со сломанным луком покорить целую армию врагов?
–Блеск!
– констатировал Зейтт.
– К кому идёшь? Греллы, орки?
–Понятия не имею.
–А ты, Астра?
–Мне вообще до тролля. Давайте жребий бросим, что ли…
Пятигировая монетка легла профилем императора вверх, и это означало, что я иду в лагерь муати, а Астра, соответственно, к оркам. Зря практиковалась, что ли? В грелльское становище решено было вообще не ходить. Какие тут государственные тайны можно выведать у полуразумных?
Когда дело дошло до жребия, Клейтас - и тот махнул рукой на всю затею и послал первого попавшегося стражника за картами расположения "гадов". Пока стражник бегал, Ош Даруш высказал желание присоединиться к разведотряду в память об отце.
–И речи быть не может!
– категорично заявил Фрекатта.
–Почему? Вы мне ещё не доверяете?
–Доверяй, но проверяй!
– хохотнула Ника.
Ош Даруш надулся индюком. Конечно же, дело не в доверии. Во-первых, есть такая вещь, как возрастные ограничения, а во-вторых, уж его-то ни с кем не перепутают. Много ли в муатийском войске рогатых солдатушек десяти (ладно, одиннадцати) лет от роду? Что-то сомневаюсь, что больше нуля. Астра попыталась ему сие растолковать, но первое мнение обычно - самое устойчивое, и Ош Даруш продолжал дуться и даже попытался ускользнуть через чёрный ход в коридор. Наконец он всех достал до такой степени, что Оддар, как самый несдержанный, схватил его за ремень и отнёс в "спальню". А чтобы не было непредвиденных осложнений с "побегом из курятника", прислонил к двери огромную вазу, которую я сама, наверное, не подняла бы и в том случае, сели бы под ней лежал миллион баксов. Силён, ничего не скажешь. Или зол. А, скорее, и то и другое вместе.