Ударь по больному месту
Шрифт:
– Да, – ответил мужчина. – Послушай, поговорим позже. Я хочу получить деньги и убраться отсюда.
Она утвердительно кивнула:
– Конечно, Терри. – Повернувшись к Акленду, который продолжал сиять как медный таз, она воскликнула: – Это мой брат! Пожалуйста, выдайте ему деньги. Нам с ним надо о многом поговорить.
– Конечно, мисс Торнсен. Вы подтверждаете, что это ваш брат? – спросил Акленд.
– Я же сказала «да». – Ее голос стал резким. – Нам нужно поговорить с братом.
Глубоко взволнованный, мистер Акленд подвинул через стол какой-то документ.
– Подпишите
– Наличными, – прохрипел длинноволосый и, схватив предложенную Аклендом ручку, нацарапал подпись в том месте, где указал управляющий банком.
В то время как он это делал, я подошел к двери и выглянул. В коридоре стояли Билл и с ним двое: мужчина и женщина. Очевидно это и были мистер Гарри Рич и мисс Лиза Манчини.
– Мистер Рич, войдите, пожалуйста, – проговорил я, давая Биллу знак задержать мисс Манчини.
Подтянутый, тщательно одетый Гарри Рич вошел в кабинет Акленда.
Акленд несколько смутился.
– Кто этот джентльмен? – спросил он.
– Это мистер Гарри Рич, владелец ночного клуба, – ответил я. – Мистер Торнсен выступал у него как пианист и был тогда известен под именем Терри Зейглера. Я счел необходимым, чтобы мистер Рич тоже опознал мистера Торнсена, прежде чем вы решитесь выдать ему деньги.
– Но ведь мисс Торнсен уже опознала его! – воскликнул Акленд.
Я повернулся к Ричу:
– Этот человек – Терри Зейглер?
Рич долго вглядывался в длинноволосого, а затем покачал головой:
– Он одет как Терри, но это не Терри. Я не знаю, кто он такой, но только не Терри Зейглер.
– Вы уверены, мистер Рич?
– Абсолютно уверен. Терри работал у меня много месяцев. Каждую неделю я передавал ему в руки зарплату. Не знаю, что вы от меня хотите, Уоллес, но я только зря потратил время. – Проговорив это, Рич удалился.
Не давая Акленду прийти в себя от потрясения, я подошел к двери и подал знак Биллу.
– А это мисс Манчини, – сказал я, когда та вошла. – Она какое-то время была близка с Терри Торнсеном, которого знала под именем Терри Зейглер.
Я повернулся к Лизе, лицо которой горело от нетерпения вновь увидеть своего возлюбленного. Она бросилась вперед, но резко остановилась, уставившись на длинноволосого, который, в свою очередь, смотрел на нее.
– Мисс Манчини, – обратился я к ней. – Вы узнаете Терри Зейглера?
Ее разочарование и возмущение, безусловно, были неподдельными.
– Этот жлоб – Терри?! Да вы что, думаете, я не узнаю Терри, если вновь увижу его?
– Вы утверждаете, что это не Терри Зейглер?
– Конечно, нет. Неужели вы думаете, что я могла лечь в постель с таким типом? – Ее голос перешел в крик: – О Господи! А я-то думала, что действительно встречусь с моим Терри. – И она расплакалась.
Последовало долгое молчание. Я смотрел на человека, который выдавал себя за Терри. По его лицу струился пот, глаза его горели яростью. Анджела Торнсен словно окаменела, спрятав глаза за большими очками. Акленд сидел как парализованный в своем кресле.
Как я и
ожидал, первой пришла в себя Анджела, тотчас же попытавшаяся овладеть обстановкой. Подойдя к столу Акленда, она воскликнула:– Мистер Акленд! Я знаю, что этот человек – мой брат. Уж не хотите ли вы сказать, что поверите показаниям владельца захудалой ночной забегаловки или этой шлюхи против моих?
«Прекрасная работа», – подумал я, видя реакцию Акленда.
– Конечно, нет, мисс Торнсен. Должно быть, произошла какая-то ошибка, – промямлил Акленд.
– Никакой ошибки не произошло! – резко оборвала его Анджела. – Эти двое не хотят, чтобы Терри получил оставленные ему деньги. Они намеренно лгут. Пожалуйста, распорядитесь, чтобы Терри выдали деньги.
Я понял, что надо выручать Акленда, а то его мог хватить удар.
– Мисс Торнсен! – отчеканил я своим «полицейским» голосом. – Мистер Акленд не уполномочен сам выплачивать деньги, оставленные по наследству. Я представляю здесь доверенное лицо, исполняющее волю мисс Ангус – адвоката мистера Солли Льюиса. Я не удовлетворен. Вы говорите, что этот человек – ваш брат, а эти двое, которые, безусловно, знают вашего брата, утверждают, что это самозванец. При таких обстоятельствах мистер Акленд не может выдать деньги, пока я не удостоверюсь, что этот человек Терри Торнсен.
Теперь она повернулась в мою сторону. Мне бы очень хотелось сорвать с нее огромные очки, закрывающие почти все лицо, но даже по дрожи ее худого тела я видел, в какой ярости она была.
– Я требую, чтобы мой брат получил деньги, – прошипела она глухим голосом, полным злобы.
– Пожалуйста, никаких проблем, – проговорил я спокойно. – Через дорогу находится «Дэд-Энд клаб». Пойдемте туда, и я договорюсь с владельцем о том, чтобы этому парню разрешили поиграть на рояле. Если он играет хотя бы как Фэст Уоллер, то пусть получает деньги, я не буду возражать. По-моему, это вполне справедливо.
Человек, выдававший себя за Терри Зейглера, вдруг вскочил и завопил:
– Я говорил этому сукиному сыну, что такой номер не пройдет! И тебе, тупая сука, говорил, что не пройдет! – И он выскочил из комнаты.
– Ну что ж, по-моему, все ясно, мистер Акленд, – сказал я, искренне жалея этого совершенно раздавленного человека, с лицом белым как простыня. – Когда Терри Торнсен появится, я вам об этом сообщу. – Затем, повернувшись к Анджеле, которая стояла как истукан, добавил: – Неплохо, мисс Торнсен, но не до конца продумано.
Она медленно повернулась.
– Я заставлю тебя об этом пожалеть, – прошипела она. – Бог свидетель, ты очень пожалеешь!
Интонация, с которой была произнесена эта угроза, не оставляла ни малейшего сомнения в ее серьезности.
– Пора бы уже повзрослеть, мисс Торнсен, и понять, что деньги еще не все в жизни, – сказал я спокойно и вышел из кабинета, сочувствуя бедному Акленду, которому придется иметь дело с этой порочной особой.
Я надеялся застать Билла на улице, но его там не было. Пройдя к месту, где оставил свою машину, я убедился, что она исчезла. Остановив такси, я поехал в агентство. У меня было что написать в отчете для досье Торнсенов.