Ты - приоритет
Шрифт:
Я сижу еще два часа, пока напоминающий режим не дает о себе знать. Меня ужасно клонит в сон, а выпитые два коктейля ускоряют процесс. Еще и голова болеть начала, а это еще один признак, что пора закругляться.
— Ребята, я спать, — встаю с дивана, кладя на стол стакан с остатками содержимого, и иду к лестнице.
— Слабак! — весело кричит Снегирь.
— Фу таким быть! — поддерживает его Моисей.
Я молча показываю им средний палец и поднимаюсь наверх.
— Уже уходишь? — на втором этаже меня догоняет Надя.
—
— Хочешь я тебя расслаблю? — на ее лице сияет улыбка, намекая на не простой массаж.
Оценивающим взглядом прохожусь по ее телу: длинные ноги, спортивное тело, пышная грудь, миловидное личико и серые глаза. Девушка безусловна привлекательна, но ловлю себя на мысли, что меня она не цепляет.
В последнее время девушки стали для меня какими-то поверхностными что-ли. В них нет огонька, способного зажечь все внутри меня. Поэтому я принял позицию пока побыть один и сконцентрироваться на хоккее и выходе в плей-офф.
— Если честно, то не нуждаюсь, — отвечаю я, проходя мимо ее.
— Ты серьезно? — она вскидывает бровь.
— Абсолютно, — спокойно произношу я. — Спокойной ночи.
За спиной слышу быстрые шаги по лестнице и с облегчение вхожу в тихую комнату. Внутри приятно пахнет морозным ночным воздухом, и головная боль сразу становится не такой ощутимой. Прикрыв окно, я быстро чищу зубы и ложусь под одеяло. Но как на зло сон не приходит. Пролистав ленту в социальной сети, проверяю сообщение от моего лучшего друга — Марка. С прошлого дня не был в сети. Решаюсь уже позвонить, но вовремя себя останавливаю, на часах уже почти три часа ночи. Наверное, он спит. Позвоню ему утром.
Положив телефон на тумбочку, закрываю глаза и пытаюсь ни о чем не думать. Но только задремав, я слышу тихий стук в дверь. Игнорировать не получается, так как стук повторяется несколько раз. Раздраженный я встаю с кровати и распахиваю дверь, готовясь высказать не самое хорошее мнение о человеке, встревожившего мой сон.
Но когда на пороге я вижу улыбающуюся Полину, все раздражение уходит сразу. Она держит в руках стакан с водой и слегка покачивается.
— Знаю, знаю, разбудила, но мне нужные мои ве… — останавливает она себя на полуслове, стоит ей только взглянуть на мое тело. — Матерь бо..
Ну да, я сплю в одних трусах и что? Как будто я один так делаю?
— Раз пришла, то заходи, — весело улыбаюсь и пропускаю девушку внутрь.
Полина несколько секунд мнется на месте, но в конечном итоге все равно заходит в комнату.
Вместо того, чтобы взять свои вещи и уйти, девушка ставит стакан на небольшой стеклянный столик и садится на край кровати, скрещивая руки на груди, и по-детски надувает нижнюю губу. Эти действия почему-то вызывают у меня улыбку, и я закрываю дверь. Комнату освещает только тусклый свет уличного фонаря, но и его достаточно, чтобы разглядеть в этом освещении каждый сантиметр тела Полины. Особенно глаза.
— И почему мы такие надутые? — мой рот растягивается еще шире. — Кто-то успел обидеть Полину Романовну?
— Меня? — она вскидывает бровь. — Ты же знаешь, что
я сама могу обидеть, кого хочешь?— Знаю, — я издаю смешок.
— Честно говоря, — Полина расслабляется, расцепляя руки и ставя их на кровать возле себя. — Думала, застукаю тебя тут с кем-нибудь из девчонок.
— Ревнуешь?
— Мечтать не вредно, — тут уже издает смешок она. — Слегка удивлена и может немного разочарована.
— Разочарована? — делаю пару шагов, сокращая расстояние между вами. — Это почему?
— Не знаю, — Полина пожимает плечами, — может, потому что ты всегда этим занимаешься.
— Не всегда, — смотрю на нее сверху вниз. она бросает на меня уверенный взгляд из-под черных длинных ресниц и слегка прикусывает нижнюю губу. От нашей позы в моей голове сразу мелькают сотня пошлых фантазий. Я мучительно сглатываю. — Большая часть моей жизни — это хоккей.
— Поэтому я вообще с тобой разговариваю.
— Хочешь сказать, если бы я не был хоккеистом, ты бы со мной не разговаривала? — иронично спрашиваю я.
— Разговаривала бы, — девушка кивает, улыбаясь. — Но не более.
— Что значит, но не более? — парирую я, играя бровями.
— Ну знаешь ли, — Полина встает и делает пару шагов навстречу. — У меня слабость к хоккеистам.
— Да? — слегка протягиваю слова я.
— Да, — она кивает, смотря на мою голую грудь. — Вы такие спортивные, быстры и мощные. От вас веет тестостероном.
— От меня тоже? — ухмыляюсь я, не веря всему, что происходит.
— Ты же хоккеист, значит да, — Полина подушечкой указательного пальца дотрагивается до моей груди, проделывает небольшой круг, а затем резко, словно от удара током, отдергивает руку. — Но во всем есть исключение. А сейчас это исключение — ты.
— Что это вообще значит? — недовольно произношу я, до сих пор чувствую прикосновения ее пальца.
— Я всегда хотела попробовать с хоккеистом, — признается девушки, и мои брови удивленно ползут наверх.
— Я хоккеист и ты можешь попробовать со мной, — решительно заявляю я. — Я всегда в твоем распоряжении.
Мысль о том, что я могу провести ночь с девушкой, на которую у меня всегда готово, заставляет адреналин кипеть у меня в крови.
— Но только не с тобой, — она смотрит на меня своими ярко-зелеными глазами.
— А вот сейчас обидно было. Это еще почему?
— Потому что ты — Лукин.
— Что вообще это значит? — спрашиваю один и тот же вопрос за последние пару минут. — Ну да, это моя фамилия.
— Да не в этом смысле, — Полина улыбается. — Фамилия у тебя хорош…
— Хочешь себе такую же? — лукаво улыбаюсь я.
— Каждый день мечтаю, — фыркает она, сверля меня взглядом. — Для меня — ты последний, к кому я обращусь за осуществлением этого пункта в своем списке.
— Какого еще списка? — мы продолжаем стоять в полумраке, смотря друг другу.
— Неважно, — Полина разворачивается и делает шаг назад. — Я уже тебе и так много лишнего сказала.
— Нет уж, — успеваю поймать ее руку и остановить. — Проговорилась, значит рассказывай до конца.