Чтение онлайн

Я почему-то перевожу взгляд на сидящую рядом со мной девушку. Сейчас она единственная, кто на моей стороне и поддерживает меня. Даша права, вчера я подковырнул этот пластырь, а сейчас пора полностью его содрать, ко всем чертям собачьим. Пусть болит и кровоточит, но лучше так, чем изо дня в день, из игры в игру ломать себя.

— Не нужно никуда ехать, — произношу я, не отводя глаз от нежных и желанных темно-карих глаз Даши. — Я сам приеду.

— Хорошо, — отвечает он, и я нажимаю кнопку отбой.

— Марк, — девушка слегка сжимает мое плечо. — Я горжусь тобой.

— Но я ничего не сделал, — пожимаю плечами.

—

Это ты так думаешь, — она улыбается во весь рот. Я завороженно смотрю на ее улыбку и сам улыбаюсь в ответ.

— Даш, я так хочу тебя поцеловать, ты бы только знала, — говорю я, вставая с кровати.

— А если хочешь, почему не целуешь? — я резко разворачиваюсь и несколько раз моргаю, глядя на нее в полном недоумении.

— То есть ты не против?

— Мне кажется ты еще вчера… — Даша прикусывает нижнюю губу… — то есть сегодня, получил ответ.

— Ох, Дашка, — выдыхаю я и сажусь обратно на кровать. Сначала я целую ее плечо, затем шею и наконец нежные и пухлые губы. Она мягкими и холодными ладонями дотрагивается до моего лица, углубляя поцелуй. — Я обещаю тебе, мы обязательно поговорим обо всем, что произошло между нами.

— Обаятельно, — повторяет она и снова привлекает меня для поцелуя.

— Даш, — зову ее я между поцелуями.

— М-м-м, — стонет она, нехотя отрываясь от меня.

— Это самое лучшее утром в моей жизни и самое восхитительное начало года, — улыбаюсь я ей в губы, — но мне нужно закончить с одним непростым делом, и ты знаешь с каким.

— Знаю, — Даша отпускает мое лицо и в этот момент одеяло падает вниз, открывая вид на ее обнаженную грудь. Она возвращает одеяло на место, смущенно улыбаясь. Этого хватает, чтобы все мои мысли снова пошли кувырком.

— Поехали со мной? — я нахожу в себе силы сдержаться.

— Ты уверен? — с опаской спрашивает она, глядя на меня

— Твое присутствие меня успокаивает, — искренне признаюсь я. — Да и Андрей Владимирович, думаю, захочет с тобой поговорить.

— Наверное, — хнычет она, заставляя меня рассмеяться.

— А который час? — задаю вопрос я, ходя по квартире и собирая нашу одежду.

— Начала восьмого.

— Чего? — я смотрю на Дашу, как на сумасшедшую.

— Начало восьмого, — повторяет она, смеясь.

Марк

Подождав, пока девушка умоется, наденет теплый серый костюм с брюками клеш и заберет волосы в высокий хвост, мы выезжаем от жилого комплекса. На улице стоит солнечная погода и в воздухе приятно пахнет морозной свежестью. По мере приближения к родительскому дому, неприятные ощущения в моем животе начинают расти. Хорошо, что я не стал ничего есть, иначе все содержимое давно попросилось бы наружу.

Паркуюсь возле дома и выключаю зажигание и, поворачиваюсь к Даше и наши лица оказываются так близко, что я чувствую ее горячее дыхание и за пару секунд забываю, где нахожусь и зачем приехал.

— Один поцелуй на удачу? — прошу я, включая в работу свою фирменную улыбку.

— В лоб будет достаточно? — шутит Даша.

— Как покойника что-ли? — недовольно ворчу я.

Девушка быстро смеется и слегка, почти невесомо касается моих губ.

— Нет, так не пойдет, —

говорю я и нежно прижимаюсь к ее губам, притягивая девушку ближе. Она без сожаления отвечает на поцелуй.

Мы вместе выбираемся из теплого салона. Я ставлю машину на сигнализацию, переплетаю наши с Дашей пальцы, и веду нас к забору. Мы без труда попадаем на территорию дома, открывая ворота собственным ключом. Я нажимаю кнопку дверного звонка и внутри дома разносится продолжительный звон.

Я делаю глубокий вдох, готовя себя на неприятный разговор. Но происходит то, чего я не ожидаю, Даша расцепляет наши пальцы прямо перед тем, как мама открывает дверь.

Недовольно свожу брови на переносице и поворачиваю голову в сторону девушки, на что она опускает глаза. Это вообще, что такое сейчас было?

Ладно. Сначала разговор с отцом, потом с ней.

— Марк, — родительница почти делает шаг вперед.

— Ма, на улице холодно, — я не даю ей выйти на крыльцо, первым заходя внутрь, целуя ее в щеку. — Все хорошо.

— Дашенька, еще раз здравствуй, — мама приглашает Дашу зайти внутрь.

— Доброе утро, — застенчиво улыбается она.

Пока мы снимаем обувь и верхнюю одежду, мать продолжает стоять возле нас. Боится, я убегу что ли?

Все это время Даша избегает встретиться со мной взглядом, и мое настроение стремится к нулю.

— Ма, да никуда я не уйду, — говорю я ей, выдавливая улыбку. — Можешь ослабить надзор.

— Да, прости, — она топчется на месте. — Но у меня сердце разрывается за вас двоих. Сначала ты, потом Дима. Я его впервые таким грустным вижу.

— Грустным? — со злостью усмехаюсь я. — Ну да, конечно.

— Марк… — начинает мама, но я не даю ей продолжит.

— Я понял, идем, — мы втроем молча выходит из прихожей. Когда родительница уходит чуть вперед, я наклоняюсь к уху девушки и шепчу. — Не знаю, что изменилось и почему ты отпустила мою руку, но выброси это из головы.

Она наконец-то встречается со мной взглядом и медленно кивает.

— Вот и чудно.

Мы заходим в гостиную и на нас направляются взгляды всех присутствующих. Андрей Владимирович смотрит на меня, хмуря брови, но затем смягчается, когда видит рядом со мной свою дочь. Мишель улыбается, хоть и качает головой. Макс приветствует, слегка наклонив голову и обнимая сестру за талию.

— Где отец? — обращаюсь к матери.

— У себя, — негромко произносит она.

— Я пойду с тобой, — говорит Мишель, вставая с дивана.

— Не за чем тебе слушать мужские разговоры, — отвечаю я, метнув взгляд на ее мужа. — Макс, проследи за сестрой.

— Хорошо, — кивает он и нежно берет за руку Мишель, усаживая обратно рядом с собой.

Я молча выхожу из гостиной, и иду по длинному светлому коридору в кабинет отца. Страшно вспомнить, когда я в последний раз бывал у него. В детстве он всегда звал меня к себе и любил рассказывать про свои увлечения помимо хоккея. После того как отец перестал посещать мои матчи, я перестал бывать у него в кабинете. Я знал, ему нравятся наши вечерние беседы отца с сыном. Поэтому специально искал причины и предлоги не ходить к нему, тем самым обижая его так же, как делал это он. Со временем он бросил все попытки и перестал звать меня вовсе. На самом деле, мне самому нравились наши разговоры, но я ничего не мог с собой поделать, обида пересилила меня.