Три Толстяка
Шрифт:
– - Мы можем это упущение быстро исправить, - вклинился Интерпол.
– - Можете, но только в рамках законности. Если правительство Мохаве отзовёт свой иск, то ни какого дела вообще не будет, так, мелкий инцидент с неисправностью корабельной навигации. А отзовёт оно его на основании отсутствия ущерба, и останется только дисциплинарное взыскание в отношении капитана корабля, каковым я на тот момент не являлся.
Все уставились на Главного Казначея. Тот напустил на себя важный вид.
– - В мире нет ничего невозможного. Мы не исключаем и такой вариант.
– -
Базилиус не удержался и отрепетированным театральным жестом извлёк из внутреннего кармана кителя свёрнутый трубкой документ и протянул его Главному Казначею.
За столом переговоров повисло тягостное молчание. Главный Казначей не спеша нацепил на нос очки в металлической оправе и принялся за чтение. Все нетерпеливо ждали, когда он закончит. Кто-то пытался заглянуть через плечо в документ, кто-то барабанил пальцами по столу, остальные ели горящими взглядами виновника - Базилиуса.
Главный Казначей дочитал до конца и медленно обвёл стеклянным взором всю компанию.
– - Ну, и?
– удивительно, но это подал голос "Чёрный Казначей".
Базилиус очередной раз поразился живучести господина, - "Ничего его не берёт".
– - На мой взгляд, и по форме и по содержанию документ соответствует всем требованиям.
"Ещё бы, лучший юрист Сектора составлял, не подкопаешься", - Базилиус ждал, что будет дальше.
– - Конечно, я обязательно передам заявление в нашу Миграционную службу и Департамент юриспруденции. Там его рассмотрят, и в соответствии с процедурой и установленным сроками...
– - Я хотел бы добавить кое-что к своему заявлению, - Базилиус прервал Главного Казначея, готовящегося начинать вить словесные кренделя, пытаясь попутно уйти от конкретного ответа на неожиданно развернувшиеся события.
– - Поскольку полномочия руководителя группы по розыску сокровищ церкви и золотого запаса Мохаве с меня никто не снимал, а и то и другое найдено, то я, в соответствии с заданием, передаю находку заявителям, а именно - законному Правительству Мохаве и Церкви планеты Мохаве. На этом мою миссию считаю исполненной, - Базилиус в конце речи даже слегка поклонился.
Что тут началось. Какой поднялся крик. Все почему-то набросились не на Базилиуса, что было бы логично, а на Главного Казначея. Звучало что-то вроде обвинения в заранее подготовленной провокации. Кричали, что провал переговоров несмываемым пятном ляжет на Конторе, Интерполе и даже на трёх проходимцах. Отец Михаил посмеивался в бороду. А Главный Казначей на обвинения отвечать не стал, снял очки, расправил заявление Базилиуса и спрятал его в кожаную папочку.
– - Вы не имеете права!
– это визжал старикашка "Чёрный Казначей".
Вовремя он об этих правах вспомнил.
Главный Казначей поднялся и, как председатель сегодняшнего заседания объявил о его закрытии до особого распоряжения. Отец Михаил пробрался наконец к Базилиусу и хлопнул того изо всех сил по спине.
– - Ну, ты даешь, бродяга! Целый спектакль устроил. И зачем такие сложности
надо было возводить?Бывший агент Конторы, а теперь претендент на гражданство планеты Мохаве корчился после могучего хлопка служителя Церкви - спина ещё давала о себе знать.
– - Это ещё не всё, - дыхание перехватило, но Базилиус выстоял, - я готовлюсь дать развёрнутое интервью, хотелось бы, что бы вы меня поддержали. Будут все электронные галактические сплетницы.
– - Ты хоть приоткрой свой план, а то орудуешь в одиночку. Вон нашего дорогого Казначея чуть Кондратий не хватил после твоего заявления.
– - Извини, отец Михаил, но после всего, что произошло, я весьма сомневался, кому можно доверять, а кому нет. Последнюю фазу операции по перепрятыванию крейсера я действительно один производил. Может потому его до сих пор и не нашли. И переговоры назначили.
– - Пожалуй прав ты, брат мой. В наше новое правительство пролезло столько старой нечисти, прости, Господи, что его и новым-то назвать было трудно. Зато, как только стало известно, что золотой запас улетел, и кормушка закрылась, кандидаты на все виды выборных должностей разбежались кто куда. Осталась более-менее приличная публика. Так что помимо спасения золота Мохаве и сокровищ Церкви, ты уже хоть и косвенно большое дело сделал. И из правительства тогда многих попёрли. Думаю, теперь легче пойдёт. С Божьей помощью.
Отец Михаил осенил себя крестным знамением.
– - У меня ещё одна просьба будет, - Базилиус смущённо почесал затылок, - я там, в пылу полемики слегка перестарался с заявлением, что продолжаю оставаться руководителем группы по проведению операции "БУМАГА".
– - Понимаю, понимаю, на этот счёт можешь не беспокоиться, Церковь от дела тебя никогда не отлучала, а тех ретивых чиновников, что лишали тебя полномочий, давно уж след простыл. Если же новые головы поднимут - найдём управу.
– - Вот и славно.
Интервью получилось шумным, удивительно скандальным, с разоблачениями, оно Базилиуса расстроило. Собственно говоря, получилась целая пресс-конференция, где с одной стороны присутствовала неожиданно многочисленная и не только "жёлтая", падкая до любых сенсаций пресса, вперившая свои микрофоны и объективы в смущённого таким внимание бывшего агента Конторы. С другой, кроме Базилиуса на вопросы отвечали Главный Казначей, отец Михаил и неведомо как объявившийся Секторальный Комиссар по экономическим вопросам.
Базилиус затеял интервью с целью просто и без затей отвесить напоследок оплеуху Конторе и где-то окопавшимся "Толстякам", а вышло целое побоище. Клеймили не только "Трёх Толстяков" и их прихлебателей, публично обвинили Контору в пособничестве расхитителям сокровищ Мохаве. Церковь, в лице отца Михаила, возносила хвалу Господу за возвращённые сокровища и насылала кары небесные на грабителей. Народ Мохаве в лице Главного Казначея теперь твёрдо смотрел в своё будущее и надеялся на экономический рывок. А Секторальный Комиссар призывал найти и строжайшим образом наказать преступников, не уточняя их имён.