The Agent
Шрифт:
—Спа… спасибо, Наруто-кун.
Джун скрипнула зубами.
—Наруто-кун, кажется ей стало заметно лучше и она может продолжать, — шипя, произнесла Учиха.
—Не-а, мне очень-очень плохо, — Ино обхватила мою руку своими, — Наруто-кун, тебе придется меня отнести домой.
Внезапно Ино задумалась и после поправила предложение, — Ну или к ближайшему киоску с мороженым.
—Нет, ей определенно лучше. У меня шаринган и я вижу, как течет в ней чакра. Она полностью, ПОЛНОСТЬЮ готова продолжать, Наруто-кун!
Я вздохнул и посмотрел на закатные облака.
—Пойдемте я вас обеих угощу.
Встал, отряхивая испачканное в песке колено и приглашающе махнул за собой.
Учиха Джун.
Джун была довольна и раздосадованна одновременно. День завершился ее справедливой победой над блондинистой дурой, но Наруто-кун не обратил на это достаточно внимания, а продолжился возиться с этой свиньей.
Неимоверно приятно было получить мороженое из рук Наруто, но горько из-за того, что бесполезная блондинка тоже его получила.
Последняя Учиха-девушка сейчас шла в свой клановый квартал, домой. Ей было стыдно, за то, что она не могла до сих пор спать в одиночку, настолько становилось страшно, но она была намерена показать Наруто-куну, что способна преодолевать свой страх, и не будет ему обузой. Сегодня она точно сможет, а не прибежит посреди ночи проситься переночевать.
В клановом квартале тишина резко давила на уши. Даже завывание ветра между домов казалось приглушенным.
Девчонке резко стало не по себе. Она несколько раз думала, что замечала движение в тенях деревьев или в окнах пустых домов. Она ускорила шаг, чтобы побыстрее оказаться в своем доме. Но не дошла.
За поворотом к ее дому обнаружился ждущий чего-то Саске. Парнишка вертел в руках кунай и не обращал ни на что внимание. Так со стороны казалось. Однако стоило рядом оказаться Джун, как тот поднял голову и обратил на нее внимание. Глаза наследника клана горели шаринганом с двумя томое.
—Явилась, тварь?
—Тварь? — всерьез удивилась Джун. Начинать с подобного разговор было слишком для Саске.
—Именно. Тварь. А как иначе называть предательницу, если не презренной тварью, неспособной оценить важность сохранения достоинства и будущего клана?
—Это ты то «достоинство и будущее» клана? — усмехнулась через силу Джун.
—Я много думал, как с тобой поступить, — встал с ограды, на которой тот дожидался Джун, Саске, — и самым гуманным мне показалось выгнать тебя из клана.
—Выгнать? Кто сказал что у тебя есть на это право?
—Я наследник клана и мужчина, значит я фактически уже его глава, — спокойно пояснил Саске, — Но не переживай, я не собираюсь тебя выгонять.
—Рада, — соврала девчонка, — И что же ты решил?
—Я тебя покараю.
Холодок прошелся по телу, и Джун нервно дернула уголком рта. Парень говорил слишком уверенно и спокойно, не давая предположить, что тот шутит.
—Ты станешь первым шагом на пути мести моему брату.
Джун внезапно
пробил озноб, она вспомнила ту роковую ночь, запах крови, крики людей, родных, друзей, звуки техник и непередаваемый скрежет стали о плоть.—Ты не понимаешь что творишь, — почти прошептала пораженная девочка.
Хлесткий свист оборвал ее мысль. Брошенный кунай летел ей уже в голову и оставалось теперь только уворачиваться. Она это сделала, но, отвлекшись на непосредственную угрозу, упустила из вида Саске, который возник неожиданно сбоку и провел удар в печень.
Джун согнуло, и ей тут же прилетел удар с колена в лицо, сваливший ее на землю. Саске был быстр, тяжелее, что в сравнении невеликого веса молоденькой ученицы академии вообще был тяжеловесом.
Опомниться после удара в лицо ей не дали. Она, едва открыв глаза, уже следила за стремительно приближающимся лезвием к ее глазу.
Кара. Вот о чем он говорил. Он хочет лишить ее глаз. Глаз, подаренных Наруто-куном.
Но она ничего не успевала сделать. Слишком быстрым был удар и слишком мало оставалось от ее глаза до лезвия куная. Саске хочет отнять ее свет, после месяца мрака, свет, который вернул ей Наруто. Она не может позволить ему угаснуть. Не так.
Короткая вспышка отчаянной ярости. Стук сердца. Удар. Единственный в абсолютной тишине и вместе с ним на багровой радужке ее шарингана вращаются тамое, плавно обретая мистический узор. Мгновение позже приходит боль, но вместе с ней и звук удара стали о землю.
Выражение на лице Саске медленно меняется со злорадного удовольствия, на озадаченность. Что-то пошло не так.
Джун же чувствует себя невесомой, пленкой на глади реальности, такой, что способна проскочить в мельчайшие трещины, недоступные остальным разумным, и в этих трещинах лежит новая реальность, доступная лишь ей.
Учиха, под ошарашенным взглядом Саске, проваливается в землю, чтобы плавно возникнуть из нее же, но в пяти метров по улице дальше.
—Вот значит как, — тихо произносит девочка.
Ее одежда в пыли, нос разбит, и из него течет дорожка багровой крови, в противовес свежему на вид Саске. Однако, у Джун в глазах горит узор высшей силы шарингана.
—Эти глаза, — пораженно произносит Саске. Он узнал этот узор, не его конкретно, но похожий, который был на радужках глаз его брата и его же слова, что он может прийти за ним, только когда обретет такие же глаза.
—Как ты смогла?! Отвечай! — орет на разрыв голосовых связок, его крик отражается в пустых улицах кланового квартала.
—Эта сила, рожденная болью надежды, — спокойно произносит девчонка.
—Что… что ты несешь?!
—Тебе, высокомерному засранцу, этого не понять! — почти рычит Джун. — Думаешь ты единственный кому хреново сейчас? Ты вопишь о клане, но правда ли ты о нем думаешь?! Соклановцы должны быть опорой друг другу, помогать, защищать, но не ты меня нашел в подземелье, не ты спас меня, не ты дал надежду на будущее. Поэтому не смей заикаться о клане! Ты просто трусливая сволочь, перекладывающая вину на всех вокруг!