Чтение онлайн

Ранги напряглась.

— Значит, Юн… все кончено?

Другие притихли, заметив ее эмоции. Киоши задавала этот вопрос давно, когда в последний раз видела Цзянжу и Юна под одной крышей. Один был ее величайшим страхом, другой — величайшим сожалением. Теперь обоих не было.

Пустота, оставшаяся вместо них, давала уверенность в ответе.

— Все кончено, — сказала она.

Ранги прижала ладони к своему лицу. Она тихо всхлипывала под руками. Киоши прижалась лбом ко лбу Ранги.

Они вместе плакали по другу. 

Киоши

сидела на коленях перед камнем.

С помощью вееров она пыталась вырезать на нем информацию, которую обычно писали об умерших, но это было невыносимо.

Год его рождения — тот же, что и у нее, год смерти Курука. Фамилия — как и у нее, у Юна ее не было. Легкость, с которой он влился в высшее общество, убеждала многих гостей, что он был из выдающейся семьи аристократов, но он был простолюдином, как Киоши. Дара смерти…

Порой люди использовали календарь Аватара, чтобы точно отметить день смерти любимых. Это означало бы, что Киоши написала бы свое имя на надгробии Юна. Придется оставить там пустое место.

Так что подпись была короткой. «Юн. Из Макапу». Остальной камень был пустым, словно его еще можно было заполнить описанием судьбы. Она похоронила его на холме, откуда он мог видеть деревню внизу и облака на небе сверху.

Все ушли, только Ранги задержалась с Киоши. Они были снова втроем, как в самом начале.

— Я была права? — спросила она у Ранги и духов, которые могли слушать. В груди собралась боль от горя. — Я была хоть в чем-то права? Что обо мне скажут? Аватар Киоши убила друга, потому что не смогла его спасти?

— Не знаю, — сказала Ранги. — Я не знаю ничего о будущем. Только то, что я буду там с тобой, — она склонилась, опираясь на костыль, взятый из лазарета, и поцеловала Киоши в макушку. А потом спустилась с холма, хромая, оставила Киоши наедине с воспоминаниями.

Киоши ждала, пока не придумала правильное прощание.

— Хотела бы я, чтобы это мог быть ты, Юн. Чтобы это была не я, — это не было ложью.

Порыв ветра подхватил ее волосы. Она услышала чириканье, может, ветер побеспокоил птицу в гнезде. Она оглянулась.

Из ближайшего куста выглянул нос. Его хозяин вышел на поляну. Зверь с четырьмя лапами, похожий на лисьего сокола, но без клюва и перьев, только с шерстью.

Зверь смотрел на Киоши сияющими зелеными глазами. Он прошел к ней, нюхая все время воздух, пока не уткнулся носом в нее.

Она не знала, что делать, только протянула руку. Лис… лизнул ее ладонь, его шершавый язык щекотал ее кожу. Она рискнула и почесала его за ушами. Такие существа не жили в Йокое.

Странный зверь прильнул к ее ладони, наслаждаясь, а потом резко решил, что ему хватило. Он чирикнул ей, широко раскрыв пасть, показывая острые зубки. А потом побежал в кусты.

Через несколько секунд он вернулся. Он умудрился посмотреть на нее раздражённо. Лис прошел по кругу.

— Ты… хочешь, чтобы я пошла за тобой? — сказала она.

Он

нетерпеливо почесался об траву. Киоши встала.

Киоши пошла за лисом по лесу, по холмам и полянам. Тропы не было, пару раз она чуть не упала на скользких камнях и гниющих бревнах. Она не знала, куда они шли, и хоть она почти десять лет провела в деревне, она не знала каждый дюйм горы. Бродить было опасно, это тратило силы. Она в детстве предпочитала не гулять далеко.

Но и во взрослом возрасте она не хотела заблудиться.

— Мы далеко зашли, — сказала она лису. А потом поняла, что говорила со зверем. Она точно зашла слишком далеко в голове.

Лис прыгнул меж двух широких деревьев. Киоши вздохнула и протиснулась там. Она прошла на поляну.

Посередине был ручей, маленький пруд с чистой свежей водой, с журчанием текущей из земли. Он был обрамлен камнями, покрытыми мхом, булыжник выпирал из склона горы. Было красиво.

Киоши поняла, увидев воду. Курук послал лиса привести ее к месту, где они могли поговорить. Ее связь с Аватаром Воды, что было очевидно, была сильнее рядом с его стихией.

Она увидела плоский камень, идеальный для медитации. Лис смотрел, как она забралась на него, села, скрестив руки. Она соединила ладони так, чтобы большие пальцы соединились, образовав круг, это ей нравилось больше, чем контакт костяшками, которым мастера-маги воздуха соединяли татуировки.

Как Ньяхита отметил, не нужно было много времени, чтобы отделиться от тела и физического мира, когда она закрыла глаза. Может, потому что мир людей не стал ей близким, было легко отделиться от него. Или она просто стала опытнее. Было сложно признаться, но, если стараться, порой прилагать нечеловеческие усилия, можно было наладить ситуацию.

Она улыбнулась, ощутив присутствие напротив нее.

— Я не хочу смотреть воспоминания, как ты плавал в этом пруду, — сказала она Куруку.

— Да? — ответил растерянно женский голос.

Киоши открыла глаза. Перед ней сидел не Курук.

— Нет, — прошептала Киоши. Сердце колотилось, оглушая. Желчь подступила к языку. — Нет, нет, нет, НЕТ!

Она не была готова. Она не была готова увидеть призрака матери. Что за жестокую шутку над ней разыграли? Как Джеса из Восточного Храма Воздуха смогла прийти к ней?

Киоши отодвинулась по грубому камню. Она махала руками, пытаясь отогнать красивую женщину из воздушных кочевников, которая бросила ее в Йокое и не вернулась.

— Тебя тут нет! Ты должна быть мертва!

Дух открыл рот и приподнял темно-каштановые брови. От этого голубая татуировка стрелы на бритом лбу сморщилась.

— Я… знаю? Киоши, кто я, по-твоему?

Киоши глубоко вдохнула. Она сжала кулаки, чтобы успокоить их дрожь. Она заставила себя подумать, а не паниковать из-за тех же морщинок смеха у глаз, какие были в Джесы, с серых глаз, которые не могли передать статуи в Храмах Воздуха. Люди могли быть похожими на других. Ничье лицо не было уникальным, как они думали.