Чтение онлайн

Осколье и Рокай превосходные бойцы Черной свиты. Молодые, резкие и бесстрашные. Статные красавцы, любимцы женщин, дуэлянты и верные друзья. Такими я их запомнил. А теперь передо мной стояли уже не юноши, а мужчины. Плечи стали шире, руки огрубели, а взгляд жесткий и колючий. У Рокая седая прядь на виске, а Осколье слегка, еле заметно, прихрамывал.

— Да уж, друзья, гляжу, потрепала вас жизнь, — сказал я, начиная разговор.

— А тебя, наоборот, — мне ответил Осколье, — приподняла и приблизила к государю.

В разговор вступил Рокай:

— Ты

нас звал и вот мы в столице.

Я кивнул:

— Это так. Однако я ждал, что вы появитесь на квартире, которую для вас сняли.

— Мы решили сами выбрать место и время встречи.

— Долго меня поджидали?

— Час. Как только ты вошел в дом Мадирэ, осмотрелись и заняли позицию. Тут спокойно, шпионов канцлера нет, они позади твоей кавалькады, а своим людям ты доверяешь.

— Значит, вы все-таки опасаетесь графа Руге?

— Есть немного.

— Прошу, в карету. Поговорим без лишних глаз и ушей.

Друзья обменялись взглядами и согласились.

Вскоре мы снова начали движение и Осколье сказал:

— Нам известно, чем ты занимался после отставки, и мы догадываемся, чем занимаешься сейчас.

— Ну и чем же, по вашему мнению, я занимаюсь?

— Ты помогаешь императору осадить канцлера. Если бы не это, мы бы не встретились. Говори сразу, чего ты хочешь от нас?

— Сначала пара вопросов.

— Валяй.

— Как давно вы за мной следите?

— Три дня.

"А мои агенты их не заметили", — отметил я и продолжил:

— Почему граф Руге на вас взъелся?

— Когда еще служили в гвардии, кое-что увидели, что не должны были, и ушли в отставку. На всякий случай, чтобы не привлекать внимания и не мозолить графу Руге глаза. Ушли спокойно, без нареканий и упреков, а Гедмин Сид нам даже руки пожал и сказал, что мы всегда можем вернуться. Какое-то время было тихо, а недавно на нас стали давить.

— Угрожали и денег требовали?

— Да.

— Много?

— С меня сто тысяч, почти все, что в наследство от покойного батюшки получил, — Осколье поморщился.

— А с меня триста тысяч и весь пай моей семьи в промышленной компании Марика Стурхолля, — добавил Рокай.

— И что вы?

— Была мысль поговорить с канцлером по душам и напомнить, что мы все еще "имперцы", хотя от дел отошли, или оказать вымогателям сопротивление, но решили немного выждать. А потом получили от тебя письмо.

— Ясно. Что вы увидели, раз приняли решение покинуть гвардию?

Осколье покачал головой:

— Так дело не пойдет, Уркварт. Ты спросил — мы ответили. Теперь твоя очередь.

— Не доверяете?

— Именно, что не доверяем. Поэтому выкладывай, что от нас хотел, или мы уйдем.

— Секрета особого нет, вы и так уже обо всем догадались. На меня, как и на вас, наехали. Император узнал об этом и прикрыл меня. Теперь я его человек. Не воин "Имперского союза", а доверенное лицо государя и собираю для него людей, которые будут преданы только ему.

— И ты решил, что мы такие люди?

— А разве

я ошибся?

— Ты прав. Мы за императора.

— Тогда приглашаю вас вступить в особый отряд под моим командованием.

Снова друзья переглянулись, и ответ меня удивил:

— Нет.

— Почему?

— Нам не хочется оставаться в столице. Чутье подсказывает, что лучше держаться подальше от Грасс-Анхо. Так что придворная служба не для нас.

— А если я предложу вам отправиться в Ассир?

— Вот это уже интересно. В чем суть поездки?

— Шпионская миссия.

— Надо подумать.

— Думайте, а пока расскажите, почему затаились в провинции.

Осколье толкнул Рокая в бок:

— Расскажи.

Рокай почесал нос и начал:

— Если коротко и по существу, то я познакомился с одной сочной девицей, которая проживала на улице Терцар. У нее была подруга, и договорились, что встретимся двумя парами. Мы с Дином собрались, прикупили сладостей и вина, взяли коляску и приехали в гости. А там родители девицы, скандалят и лупят дочку за распутный образ жизни. Входим и попадаем на семейные разборки. Отец девицы хватает кочергу и кидается на нас. Не убивать же его, старого дурня? И мы сиганули в окно. Перемахнули пару заборов, взобрались на крышу какой-то пристройки и, сами не заметили, как оказались в саду полковника Барни Минца…

— Это начальник столичной стражи и двоюродный брат канцлера? — уточнил я.

— Он самый. Только теперь он генерал.

— Интересно. Продолжай.

— Где очутились, сразу не сообразили. А потом смотрим, стража ходит и среди охранников знакомые лица из "имперцев". Что делать? Решили уйти по-тихому. Шмыгнули вдоль дома, а там окно на первом этаже открыто. Заглянули, и увидели, что не следовало…

Рокай приподнял указательный палец и потянул паузу, а я не выдержал:

— И что там?

Отставной гвардеец улыбнулся:

— Там канцлер с женой Минца. Они сидели возле камина, словно семейная пара, и целовались. А дети Минца бегали вокруг, играли и называли графа Руге папой. Понятно?

— Да-а-а… — протянул я.

— Тогда мы сообразили, что надо срочно уходить, и перемахнули через забор. Ушли дворами, почти чисто…

— Что, значит, почти?

— Дин за сучок зацепился, и кусок белого форменного креста с плаща остался на ветке. Такие только в трех наших ротах носят. И, думается нам, после этого канцлер перестал доверять офицерам свиты императора.

— Если и так, то это одна из причин.

— Возможно, — Рокай пожал плечами. — На тот момент нас больше волновало, как бы по нашему следу ищеек или магов не пустили. Однако обошлось, следы запутали хорошо, иначе бы нашли наши молодые тела где-нибудь в Ушмае с колотыми ранами в районе сердца. А через месяц подали рапорта на увольнение, тогда многие в отставку уходили, и затаились.

— Кто еще знает о том, что вы видели?

— Кроме тебя ни с кем не делились. Понимаем, что это может быть опасно.