Темный принц
Шрифт:
Перед этим ребенком мне немного стыдно, если честно. Я совершенно не ожидал такого результата. Он пытался пробудить свою "темную" кровь, но, впустив в себя мою силу, был просто раздавлен ею. Хотя, это не похоже на то, как я поглощал духов в реке мертвых. Я не получал от них воспоминаний, а от Рикуо мне досталась его память. Это больше похоже не на поглощение, а на слияние...
– Рикуо-сама!
– Громко воскликнул знакомый девичий голосок, одновременно с характерным шуршанием бумажных дверей.
– С добрым утром.
– Невольно улыбнулся я.
Эта реакция меня немного удивила. От одного только голоса этой девушки у меня внутри будто все потеплело, ощущение жизни стало более четким. Я вдруг понял, что в посмертии, будучи духом, просто не способен был испытывать подобные эмоции. Приязнь и привязанность.
– Рикуо-сама...
– Тепло улыбнулась мне девушка.
На вид ей было около тринадцати лет. Но, учитывая
– Ты пришла меня разбудить?
– Спросил я у нее.
– Да.
– Девочка подняла руку, прикрыв нижнюю часть лица широким рукавом.
– Ваша матушка велела разбудить вас и сообщить, что завтрак скоро будет готов.
И, несмотря на вежливое обращение ко мне, согласно традициям, в тоне девочки сквозит не только уважение, но и нечто большее. Сейчас, вспоминая всю свою новую жизнь, я как никогда ясно вспомнил и эту девушку, что присматривает за мной чуть ли не с рождения. У нее не очень радостная история, хотя, по виду и не скажешь, что у девчонки есть какие-то проблемы. Ее мать, в прошлом покинула клан и вернулась в родные места, где-то на Хоккайдо. Но, не так давно она вернулась и привела с собой дочку, что бы пристроить ее в клан. Вот только, далеко не всем понравилось, что самовольная изгнанница, спустя столько лет, так просто вводит в главный дом свою дочь. Особенно учитывая, что она женщина, а сказать, что йокай-якудза предвзяты в плане слабого пола, это все равно, что ничего не сказать. Не то, что бы об этом прямо так говорили, но это чувствуется в отношении. Среди кланов давно проросло и цветет мнение, что женщина слабее и глупее мужчины, что она не может быть полноценным воином или руководителем. Есть некоторые исключения, но они только подтверждают правило. Все женщины кланов йокай, что обладают какой-то властью, так или иначе связаны с влиятельными в этом клане мужчинами. Хотя, это, конечно, господствующая идеология, но не абсолютная. В некоторых кланах отношения к женщинам может отличаться, где-то женщина вполне спокойно может стать лидером, но, в большинстве случаев все сводится к пренебрежению, в частности, в клане Нура. Достаточно вспомнить, что мой дед свою жену просто похитил. Хотя, там та еще история была, вроде как, но, знакомство было своеобразным. Ну а первая жена моего отца классическая японская красавица эпохи Эдо. Изящная и молчаливая девушка, следующая за своим мужем на шаг позади. Так что, к маленькой морозной деве многие до сих пор относятся с некоторым предубеждением. Девочка живет здесь в роле слуги для мелких бытовых поручений, ну, прибраться там, постирать одежду и так далее. Ну и со мной она нянчится, постоянно где-то рядом. Скорее всего, собственно, на это и идет весь расчет Сецуры, мамы Цурары, что когда я подрасту и стану влиятельной фигурой в клане, то и девочка возвысится рядом со мной. И, частично это уже оправдано.
Тут есть один интересный нюанс. В клане Нура имя является привилегией. Лишь самые сильные и надежные йокай носят собственные имена, словно знамя. Это показатель высокого статуса. Этой привилегией пользуются, в основном, элитные бойцы хоровода моего отца, его названые братья. Клятвенники деда в большинстве случаев отвергают личные имена. Из хоровода Нурарихена только Сецура получила имя от деда, но не как воин, а как его любовница. Хотя, имя это, скорее, не показатель силы, а расположения. Вот только Цурара, имя свое, как бы, не заслужила, да вот получилось так, что Рикуо, все же, дал ей имя его, возвысив девочку над прочими младшими членами клана. И, теперь более высокие по статусу йокай смотрят на нее как на назойливую выскочку, а те, кто ниже по статусу, собственно, считают точно так же, но еще и с завистью. И, да, она ведь еще и девочка! Что касается самой Юкки-Онны, то, можно сказать, вырастив меня, она сильно привязалась ко мне. А после получения имени эта привязанность начала приобретать какие-то фанатичные оттенки.
Удивительно. Я помню аниме "Внук Нурарихена" и, честно говоря, этот персонаж мне очень нравился. Но, я точно не знал такие подробности ее биографии до того, как, собственно, стал Рикуо. И, почему-то, тогда, в той далекой жизни, я даже не сравнивал клан Нура с якудза. А теперь знаю, что
мы, они и есть.– Кстати, твоя мама сейчас здесь?
– Поинтересовался я.
Девочка отрицательно помотала головой.
– Нет, она покинула нас несколько дней назад. Вряд ли она появиться в ближайшее время.
И, не похоже, что бы ее это как-то волновало. Я никогда не интересовался отношениями этих двоих, но, мне всегда казалось, что они хорошо ладят. Собственно, Сецура многому научила свою дочь, благодаря чему Цурара, даже, несмотря на отсутствие боевого опыта, будет посильнее многих рядовых бойцов клана. Хотя, до элиты, к которой она формально тоже относится, ей еще далеко.
А вообще, жалко, что Сецуры нет, я хотел посмотреть на нее. В моей памяти она представляется смутным силуэтом, я-Рикуо давно ее не видел. А по памяти прошлой жизни она кажется взрослой версией Цурары, более зрелой и женственной.
– Ясно.
– Кивнул я.
– Скажешь маме, что я скоро буду.
– Хорошо.
– Отступила девушка, аккуратно прикрывая дверь.
Сам же я решил по-быстрому собраться.
Это слияние душ пришлось на раннее утро. Рикуо только встал с постели, и даже одеться в повседневные шмотки не успел. Открыв шкаф, я прошелся взглядом по своему гардеробу. И, не сдержав хмык, отодвинул кимоно в сторону. Пусть некоторые и будут смотреть на меня косо за это, но, я, все же, решил одеться по-западному. Простые штаны, футболка и чистые носки. Мое тело нормально воспринимает оба типа одежды, но, теперь западная одежда мне просто морально комфортнее. Вдобавок, у кимоно есть некоторые недостатки. Традиционная одежда, в которой должен ходить наследник главного дома, не очень удобная, если честно. Она не для активного движения. И, я честно не понимаю, как в аниме герой так резво сражался в своем халате.
После сборов я покинул свою комнату и направился к уборной, что бы умыться с утра. По пути мне пару раз под ноги попадались мелкие йокай. Эти коротышки, словно коты, в ногах путаются, я чуть нос себе не сломал о дверной косяк, когда запнулся об одного из них.
– Прошу прощения!
– Громко воскликнул мелкий черт, о которого я и запнулся.
– Ничего, все нормально. Я не злюсь.
– Успокаивающе махнул я рукой.
И когда йокай облегченно вздохнул, я отправил его пинком в полет через весь коридор.
– И нечего под ногами у меня бегать.
– Проворчал я, продолжая свой путь.
Далее я занялся стандартными гигиеническими процедурами и, тщательно помыв руки, направился в обеденный зал. Но, на полпути меня перехватила Цурара и повела в другую комнату. Я только по лбу себя стукнул, вспоминая, что обеденный зал это сродни столовой, где обедают практически все йокай главного дома, включая слуг и воинов. Некоторые йокай могут обедать и в одиночестве, и в узком кругу друзей, в отдельных комнатах. Собственно, так и наша семья поступает, я имею в виду себя, отца и маму. Дед предпочитает принимать пищу в обеденном зале со всеми. Я и направился туда потому, что частенько с ним обедаю, в компании полусотни разнообразных монстров. Но, сейчас-то меня на завтрак звала мама, а значит, кушать буду в кругу семьи.
– О, Цу-чан, привела Рикуо.
– Радостно заявила мама, когда я зашел в комнату.
– Да, простите за задержку, оне-сан.
– Немного смущенно поклонилась Цурара.
Нет, моя мама не сестра ей, по крайней мере, не по крови. Тут особые традиционные заморочки якудза. Рядовые члены клана к жене лидера должны обращаться как к старшей сестре. Это обычных девушек, не связанных с членами клана могут обозвать подстилкой, а вот жена, дочь или мать члена клана это уже совсем другое отношение. Женщина все так же воспринимается большинством клановцев как существо второго плана, но в данном случае неуважение неприемлемо. Как бы объяснить понятнее - проявить неуважение к моей матери, это, так сказать, плевок в сторону уже моего отца. А за грубость, возможно, придется и пальчик грубияну отрезать. Ну, как обычно это делается согласно традициям.
Что касается Цурары, то, тут особая ситуация, хотя бы потому, что ее статус зависит от меня, а мой статус так же довольно расплывчат. Я сын главы клана и уже состою в нем на правах старшего сына, что приравнивается к элите клана. Но, к слову, это не значит, что я обязательно стану следующим главой клана. На этот титул могут претендовать все побратимы моего отца, носящие собственные имена. Тот же Куротабо или Аотабо, они, в некотором роде, живые легенды клана. Два темных монаха. Но, учитывая, что во мне течет кровь первых двух владык, то у меня уже есть весомое преимущество. Династическая преемственность постепенно становиться традицией нашего клана. Вдобавок, практически все, кто может претендовать на титул главы, глубоко уважают и моего отца, и деда. И, часть этого уважения переносится и на меня, как на наследника этих двух. Так что, поддержка сильнейших бойцов клана, в случае если отец решит передать мне титул, практически гарантирована.