Темный Лев
Шрифт:
– Так близко? – шепотом спрашивает, обдавая дыханием мои губы.
Непроизвольно издаю судорожный стон, когда его нос, касается моей щеки.
– Ты такая манящая, – говорит не для того, чтобы пустить мне пыль в глаза. Напротив. Недоумевает. – Сложно стоять рядом и не касаться тебя, – приближается к моим губам, а я, как под гипнозом замираю и совсем не дышу. Потому что, не в состоянии нарушить этот момент близости. Не хочу его нарушать. – Поцелую… - он не спрашивает, уверенно констатирует.
Мамочки!
Секунда и он накрывает мои дрожащие губы. По телу мгновенно разливается жар, который оккупирует
Дрожу, не в силах совладать с этим морем нахлынувших эмоций. Ощущений, запахов, вкусов.
Пьянит. Затуманивает. Пленит.
Так сладко!
Боже, что я творю? Думаю, ровно за секунду до того, как соприкасаюсь с его безумно желанной и запретной для мня душой.
Твою мать… Словно в скалу с разгона влетаю в его сознание на скоростном поезде… Очаровываю его мысли, инстинктивно притупляю их и начинаю порционно тянуть сладость его опьяняющей энергии.
Бог ты мой, какое наслаждение! Я сейчас не просто втягиваю в себя необходимую жизненную силу, но еще параллельно получаю такой приход бешенного кайфа. Что дрожать начинаю. Ни разу… Ни разу в жизни не ощущала подобного! Хочу большего… Хочу!
В мгновение жадного поглощения, мы точно меняемся ролями. Если до этого инициатива исходила от него, то теперь, главенствую я… Я углубляю поцелуй не в силах устоять перед его податливостью.
Теперь моя настойчивость пропитана сокрушительным пороком и разрушающей силой. У меня от безграничного счастья и ни с чем несравнимого наслаждения кружится голова.
В такие моменты, мне подобные, полностью теряют контроль над собой. Эйфория чувств захлестывает настолько, что невозможно удержать в голове и мысль о сострадании к тому, кого мы губим. Однако, я понимаю, что пока еще контролирую процесс. Мало того… я осознаю, что еще не убила его.
– Боже! – в шоке вдыхаю, разрывая наш убийственно жадный поцелуй. На панике начинаю вырываться, потому что, если он не отпустит, следующий поцелуй может быть его последним.
– Тише! – Лев тут же прижимается лбом к моему, сжимая тело крепче. – Просто дыши, Рината… - шепчет он, а меня ведет от его нежного и заботливого голоса. Голова норовит откинуться назад, мышцы, потому что ватные, но, чтобы не дать мне сдвинуться Темный запускает руку в волосы у меня на затылке и слегка тянет, заставляя саму подставить дрожащие губы.
Почему он еще на ногах? Почему не падает от обессиливания? Я же достаточно энергии вытянула… Чувствую, как она во мне плещется, насыщая мой иссохший организм силами.
Лев чувственно проводит языком по моим губам, точно заново пробуя, дегустируя нечто особенное и изысканное.
Ох… Возражать нет никаких сил, да и желания тоже.
– Ты такая вкусная и невинная… - его слова утопают в нашем дыхании. Он снова накрывает мои губы, и я вопреки голосу рассудка, сжимаю ворот его пиджака пальцами и тяну на себя.
Знал бы Темный насколько он ошибается.
Черт, какой он невероятный! От него ведь невозможно оторваться. И боже… Я прям ощущаю всю сладость только сейчас. Если минуту назад, я кайфовала от его души, то сейчас, насытившись ею, чувствую всю
прелесть самого настоящего всепоглощающего поцелуя.Он рычит. Шквал эмоций пьянит, я хватаюсь за его плечи, жадно вдыхаю божественный аромат и чувствую, как колени подгибаются от непривычной мне слабости. Темный тоже ощущает мою податливость и крепче вцепляется в талию, почти до боли, которая и трезвит.
– Боже, остановись, прошу…
Договорить не успеваю. Меня нежно, но настойчиво перетягивают на твердое тело, и чтобы удержать равновесие, приходится оседлать крепкие мужские бедра.
Чувствую, как его руки нагло сминают мои бедра, вжимают в упругость внушительной эрекцией.
– Не могу, – выдыхает в мои губы и без всякого разрешения задирает подол облегающего платья, поглаживая кожу под ним. – Не могу, Рината, рвет всего изнутри… - признается за секунду до того, как мои трусики с легкостью трескаются с помощью его пальцев.
– Ох… нет, нет, нет… - головой мотаю, сжимаясь от страха. Если я в поцелуе еще и сумела устоять, то дальше… точно нет. Там просто полнейшее отключение... – Лев, нет! – отталкиваюсь в нахлынувшей панике.
– Черт, Рината, мне нужно… - умоляюще раздает, прижимая меня к себе. – Мне нужно кое-что понять…
Его ощутимо трясет. И меня внезапно это начинает пугать… Вдруг я все же повредила его психику?
Пока я об этом думаю, мы оба синхронно боремся с частым дыханием. Я так вообще в придачу еще и со смущением сражаюсь. Трусы в клочья. Мою шею осыпают будоражащее мурашки, ведь его губы там, хаотично водят по бешено пульсирующей венке.
– Ты главное не бойся, Рината… и богом молю, не дергайся… - просит с такой неприкрытой нуждой, что меня вновь разбирает дрожь возбуждения.
– Поняла, Рината?
– убеждение в его тоне точно удовольствием пробивает, и я словно загипнотизированная киваю, на все соглашаясь.
Не разрывая зрительного контакта, Лев переносит меня в зону отдыха, где пространство украшает два серых дивана. На один из которых моя спина мягко приземляется.
– Посмотри на меня! – требует Темный, нависая сверху.
– Что ты хочешь сделать? – взволнованно интересуюсь, продолжая поддержать трепетную борьбу взглядов и ощущений. Крышу то, по тихой сносит.
– Скажи, что ты чувствуешь, рядом со мной? – требует вполне серьёзным тоном, хотя, в глазах такой страх отражается, что меня всю передёргивает разом, под его упругим телом. А потом, происходит то, от чего сознание вдребезги разбивается. Неожиданно быстро, память ко мне возвращается … Врезаясь с силой удара грузовика в стену на скорости двести. Мой сон, и точная копия услышанного вопроса, который в последствии привел к моему необратимому разоблачению.
Замираю, осознано напрягая мышцы. Взгляд концентрирую, готовясь к самому худшему.
– Ты чувствуешь что-то особенное, чего раньше никогда не ощущала? – летит следующее, причем нетерпеливо, - Запах мой волнует тебя? Вкус? – торопливо произносит в глаза заглядывая, пытаясь найти подтверждение и там.
Не те вопросы я ожидала, от чего потихоньку возобновляю замершее дыхание. Однако ненадолго. Как только заново прокручиваю услышанные слова, тревожиться по новой начинаю.
Боже, что происходит? Неужели я все-таки повредила его? К чему эти настойчивые пугающие вопросы?