Темное сердце
Шрифт:
— Лиля! Я тебя предупреждал — не входить в мужскую раздевалку до начала тренировки?
— Да ладно вам, Петр Игнатьевич, я же по делу! — Опершись ладошками о низкую скамейку, девчонка выгнулась как кошка, отставив кверху крепенькую попку. — А кто это у вас там прячется? Какой симпатичный кудластик! Выходи скорей знакомиться! Не бойся, я не кусаюсь.
Вампирша демонстративно щелкнула на глазах удлинившимися клычками и весело рассмеялась. Ощущая, как стремительно начинают пылать мои уши, я поспешно сделал шаг в сторону. Макаров замер у входа, и мне пришлось «спрятаться» за ним, потому как узкая дверь в раздевалку просто не оставляла другого выбора. Спрятался! Интересно,
— Умерь флюиды, красотка.
В разговор вмешался долговязый парень с широченными, как у пловца, плечами. При общей сухости тела он был не только самым высоким, но и самым худощавым, отчего внешне походил на поставленную стоймя швабру. Повернувшись в мою сторону, «швабра» с улыбкой произнес:
— А ты не дрейфь. Оборотни своих в обиду не дают!
Точно пловец. В нашей работе соображаешь или быстро, или недолго, так что я успел оценить и характерно прокачанную спину долговязого, и мощные руки, и, что важнее, три черненых ободка на пальцах. Не такие массивные, как мои, кольца бросались в глаза уже знакомым багрово-хищным мерцанием. Для сравнения, гибкая девочка Лиля имела только два таких украшения, что служило своеобразным показателем местной табели о рангах. По крайней мере, спорить с пловцом она поостереглась, вместо этого озорно сверкнув глазами в его сторону.
— Ты, кстати, чьих будешь? — продолжил долговязый и протяжно втянул воздух ноздрями. — Запах странный…
Договорить пловец не успел. Устав от пустой болтовни, в разговор вмешался тренер, и что естественно, деликатностью он не отличался:
— О-отставить! Время! Потом перенюхаетесь. — Подтолкнув меня в глубь раздевалки, Макаров продолжил: — Слушаем сюда! Пока Сергей отлеживается в медблоке, работать будете группами два на четыре. Близнецы против остальных. Ягай, ты будешь за главного в сборной.
Услышав свое имя, «швабра» вытянулся и шутливо отдал честь. В исполнении полуголого оборотня воинское приветствие смотрелось комично, но Макаров даже глазом не повел. Такое чувство, что он специально не обращал внимания на царящий в раздевалке налет инфантильности.
— Новичок за нас? — снова влезла Лиля. Похоже, мое молчание задело ее за живое.
— Саша нарабатывает ОФП и пока работает самостоятельно. Я запрещаю на него охотиться, но если попадет под горячую руку — можете не сдерживаться. Выдержит, никуда не денется.
После этих слов на меня переключилось всеобщее внимание, и оставалось только пожать плечами, мол, вот такой я исключительный. Судя по многообещающим взглядам и просветлевшим лицам, юные садисты искренне радовались предстоящему развлечению. Можно не сомневаться, что нескольких «случайных» встреч мне не избежать.
— Отбиваться хоть можно? — Кажется, мне удалось попасть в общую тональность беседы. Улыбнулись все, включая тренера.
— Можно. — Макаров ответил привычно односложно. — Но не увлекайся, у тебя другая задача.
— Петр Игнатьевич, а награда будет?
— Победившей команде суточная увольнительная.
— Ну-у-у! — протянула девчонка. — Так нечестно, Петригнатич! Это вы нас с Ренатом в город пускать не хотите, потому и поделили неправильно. Все равно против близнецов мы не выстоим. Можно я за них буду, а?
— Нельзя. Ягай здорово вырос, да и ты, красотка, обучилась новым фокусам. Но в чем-то ты права. Плаха, согласны на фору?
По мере того как Макаров объявлял правила, народ в раздевалке сдвигался и делился на группы. С одной стороны встала разношерстная команда
Ягая, с другой — оценивая шансы, хмуро переглядывались братья-близнецы.Плаха и Пряха, или Максим и Андрей Плахины. Средний рост, среднее телосложение и одинаковое, всегда угрюмое выражение лица стирали последние различия братьев, отчего их нередко путали даже собственные родители. Уже позже я узнал, что эти двое приходились дальними родственниками одному моему знакомому корейцу. Собственно, влияние Косты было заметно даже невооруженным глазом. Если старший перенял его страсть к холодному оружию, и ядовито-зеленое пламя эфемерных клинков с первого дня мелькало на тренировках Макарова, то текучие движения младшего явно показывали, что с ним хорошо поработал мастер восточных единоборств. Его вяжущая манера работы с верхними энергослоями служила симбиозом учений дяди и тренера. Потому и кличка такая — Пряха. Очень уж коварные ловушки плел подлец.
Неудивительно, что Лиля взбунтовалась, не желая сражаться с двумя вундеркиндами. Судя по кислым лицам их противников, даже возможная фора отнюдь не уравнивала шансы. Бой с близнецами обещал быть изнурительным, хотя в тот момент я глядел на них с изрядным скепсисом. В ответ на просьбу уравнять шансы тот, что стоял правее, лаконично уточнил:
— Сколько боев?
— Пять-шесть раундов по двадцать минут.
Переглянувшись, они почти синхронно кивнули, и правый произнес:
— Согласны. Очко уступим.
— Тогда шесть боев до победного.
Вот уже двадцать минут я бегал кругами, пытаясь составить в голове примерную карту подземного лабиринта. Картинка постепенно вырисовывалась.
Вытянутое в длину подземелье условно делилось на две части — старую и новую. Старая представляла собой несколько перестроенных бомбоубежищ, последовательно соединенных короткими туннелями. Переходов было много, и выглядели они по-разному. Широкие провалы в стенах с неровно обломанными краями или узкие — заваленные бочками и обломками бетонных глыб непролазные щели, в которых, посвистывая и завывая, гулял ветер. В них не то что лезть, заглядывать было боязно, так ненадежно все выглядело.
Вторая половина смотрелась посвежей и представляла собой рукотворную пещеру с торчащими из потолка сталактитами. Глядя на сколотые в некоторых местах основания и каменную крошку, тут и там устилавшую дно пещеры, хотелось проскочить эту часть побыстрее. Поймать головой сотню-другую килограмм камня — то еще удовольствие.
Были, правда, и другие пути. Какой-то шутник протянул под потолком натяжные мостики, но меня мутило от одного их вида. Глядя, как они раскачивались под порывами ветра, я зарекся даже думать о втором этаже.
Спускаться в подвал меня тоже не тянуло. Заходя на третий круг, я заплутал и случайно завернул на уровень местной канализации. Под пещерой располагался средних размеров каменный бассейн с относительно чистой водой, и этот кусок я миновал почти без потерь. В «кишках» цивильной части оказалась совсем другая жидкость. Добежав до контрольной точки и выплеснув содержимое из берцев, я твердо решил, что второй раз полезу туда в самом крайнем случае.
С обувью мне повезло. Бросив Розалию Ивановну на растерзание священнику, я так спешил дозвониться своему непосредственному начальству, что совсем забыл про сумку с одеждой. Думаю, в это самое время она разъезжала по городу на пару с Игорем, если только святоша в отместку не пожертвовал ее неимущим. Так или иначе, но на тренировку я заявился фактически голым, и если бы не благородство парней — не миновать мне сеанса стриптиза. Феерическое намечалось зрелище. По крайней мере, если судить по вспыхнувшим Лилькиным глазам.