Темная Душа
Шрифт:
Все расселись, принялись общаться, знакомиться. Вечер стал приятным. Сидя рядом с Джерри, Кэт положила подбородок на его плечо. Прервав беседу с крепышом-ирландцем о премудростях кельтского боя на палках, он поцеловал ее в кончик носа.
– Я говорила, - прошептала ей на ухо Адель, - он не раз тебя удивит.
Глава 10.
По мощеной дорожке Кэт шла к большому особняку, стоявшему в глубине сада. Превосходный образчик эклектичного зодчества второй половины XIX века, он с лихвой обладал особым обаянием, которое создавали величественные
Вокруг особняка раскинулся сад, сейчас облетевший. Деревья в нем росли хаотично, перемежаясь с ухоженными кустами акаций, жасмина у забора, и роз у самой дорожки. Кэт хорошо знала и особняк, и сад - ей не раз доводилось посещать галерею Мэлоуна по работе и в качестве туриста. Каждый раз ступая за чугунную ограду, внутренне она сжималась в комок, начинала прислушиваться к себе, теряла ощущение реальности.
В саду под поникшими кронами безмолвно стояли, замерев в разных позах, миниатюрные скульптуры, отлитые из чугуна. Они изображали танцующих нимф, играющих на свирелях фавнов, уродливых бесенят и воющих волков, шагающих геральдических львов, танцующих монахов и маленьких, не больше кошки, единорогов с развевающимися хвостами. Только задний двор особняка, где рос сад, выглядел, словно ожившее полотно кисти Иеронима Босха. Парадный вход с его внушительной колоннадой выходил на оживленную улицу, и ничто в его важном облике не выдавало наличие этого средневекового вертепа в тылу.
Поправляя тонкую шаль на волосах, Кэт поднялась по каменным ступенькам к двери, над которой красовался барельеф, изображавший ангелов, потопала каблуками сапог, стряхивая с них снег, и постучала.
Дверь открылась, Кэт вошла в помещение. Она очутилась внутри особняка, в огромном холле. Перед ней стояла пожилая женщина одного с нее роста.
– Доброе утро!
– дружелюбно сказала она, - Вы мисс Шэддикс? Мы вас ждали.
– Доброе утро, да мисс Шэддикс, - кивнула Кэт, снимая перчатку и доставая из сумки рабочие бумаги.
– Вот, пожалуйста!
Женщина приняла бумаги.
– Я Жозефин Мэлоун, - представилась она, - секретарь директора музея Артура Мэлоуна, и его жена по совместительству. Мой муж вас ожидает. Я провожу вас в его кабинет. Отдайте пока одежду Эдди, он ее разместит. После я покажу, где находится гардеробная для сотрудников и комната отдыха.
Кэт сняла пальто и шаль, отдала их охраннику, подошедшему к дамам со стороны полукруглой дубовой стойки. Она осталась в высоких сапогах из замши и шерстяном платье шоколадного цвета, которое хоть и обтягивало ее соблазнительную фигуру, но смотрелось целомудренно и элегантно. Жозефин оглядела ее с нескрываемым одобрением.
– Вы станете украшением нашей галереи, дорогая, не потеряетесь среди ценностей...
– У галереи уже есть украшение, - улыбнулась Кэт, делая глазами комплимент мадам Мэлоун.
Та при возрасте за пятьдесят обладала царственной осанкой и легкостью манер. Ее слегка подбеленные сединой волосы были уложены ракушкой, в ушах покачивались длинные каплевидные серьги. Одета она была в блузку из кремового шелка и строгую юбку, смотрела на мир сапфировыми глазами, а лицо ее не потеряло свежести, несмотря на паутинку морщин в уголках глаз и у рта.
– Как поговорите с мистером Мелоуном, дайте мне знать, я покажу вам галерею и расскажу, как здесь выживать, - вернула улыбку Жозефин. И Кэт по сверкающему паркету последовала за ней через анфиладу пышных комнат.
Пару
минут спустя, сидя перед директором галереи, Кэт с интересом смотрела на Артура Мелоуна, импозантного мужчину, и отвечала на его вопросы.– Вы решили переехать в Нью-Йорк и только потому ушли от Маргариты Уайнпот?
– спросил он из-за нескромно большого стола со столешницей, инкрустированной слоновой костью.
– Именно. Вы знакомы с Маргаритой?
– Эта леди - слишком видная фигура в кругах искусства, чтобы мне ее не знать. Хотя порекомендовал вас источник, далекий от Марго, но она лично позвонила мне на днях и долго вас хвалила.
– Марго вам звонила?
– Да. Говорит, ты переманил у меня лучшего специалиста по прерафаэлитам, Артур. Это правда?
– Я не могу отвечать за слова Марго, мистер Мэлоун. Я искусствовед, а на счет лучший...
– Давайте начнем с того, что я немного слукавил, - улыбнулся Мэлоун, - я слышал о вас в связи с исследовательской работой, которую вы проводили. Вы установили авторство полотен британского художника, некоего Бойса, так? Это немалое достижение, а вы, как я посмотрю, скромны и скрываете свои заслуги. Что за каталог вы там составляете?
– Вы слышали и про каталог?
– Странные вопросы вы задаете, Кэт, - улыбка Мэлоуна стала шире и дружелюбнее, - я профессионал. Я обязан быть в курсе таких вещей.
– Мой каталог, - Кэт сложила узкие ладони на подоле платья, - посвящен основателям Прерафаэлитского Братства, их ранним полотнам. Работы Бойса в него тоже войдут, хотя на этом этапе возникает некоторая загвоздка. Его картины не увидишь в галереях и музеях, найти их довольно трудно....
– Точно, - перебил Артур Мэлоун, - Они рассредоточены по частным коллекциям. Но здесь я смогу быть полезен вам, Кэт. Если вам понадобится доступ к ним, только скажите, и я решу все вопросы. Мне будет приятно оказать услугу вам, как профессионалу, и как красивой женщине, в которой кто-нибудь из обожаемых вами прерафаэлитов, Россетти или Уотерхаус, непременно бы увидел натурщицу для своих картин.
Кэт слегка покраснела.
– Как мило вы краснеете, - добродушно рассмеялся директор, - Не буду вас смущать Добро пожаловать в галерею, мисс Шэддикс. Вы здесь будете на своем месте. Вас ждут те же обязанности, что и у Маргариты - оценка полотен, экспертная работа, возможно продажа. С искусством реставрации вы не знакомы?
– Реставрационное дело я изучала поверхностно.
– Я попрошу Жозефин представить вас одному старичку - гениальный реставратор. Если понравитесь ему, он передаст вам некоторые секреты своего ремесла. Никогда не вредно научиться чему-нибудь новому. Еще одна вещь...
Артур сделал паузу, Кэт подобралась в своем кресле.
– Наше с вами сотрудничество я хотел бы начать с небольшого задания. Недавно особняк подвергся реконструкции. Была отремонтирована его задняя часть, где образовалась новая, так называемая овальная комната. Обставьте ее. Растительные мотивы на стенах, роскошный текстиль, витражи - вы понимаете, да? В нашей коллекции есть экземпляры мебели 17-18 веков, зеркала, ковры и гобелены. Походите по комнатам, выберите все, что вам нужно. Создайте интерьер в духе прерафаэлитов. Постарайтесь, дорогая.
– А картины?
– поинтересовалась Кэт.
– Они у вас, как я понимаю, есть.
– Есть, - гордо подтвердил господин директор, - работа Чарльза Хэлле "Леди в синем", пейзаж Томаса Сэддона. И еще одна картина англичанина Генри Бресли, который, к слову, прерафаэлитом не был, однако писал в манере этой художественной школы. Умер он в восьмидесятых, его вдова недавно продала их шато во Франции вместе с некоторыми из работ художника. Мой агент купил "Ночную охоту". Она находится на реставрации сейчас, а как будет готова, используйте ее в своем прерафаэлитском интерьере. Вижу, глаза у вас загорелись!