Танго теней
Шрифт:
– Так что же там за секреты такие, если столько народу за этим пакетом охотится?
– Проговорил Катран задумчиво.
– Не знаю я, каплей! Не-зна-ю!
– Ответил Дед нервно.
– Гришин мне ответил просто - это Гостайна…
Александр посмотрел через окно на солнце, уже готовое уйти за горизонт и решительно поднялся:
– Мы должны что-то делать…
– Все вместе?
– Прищурился Ананьев.
– Теперь, Анатолий Иванович, только так!
– Ответил Александр решительно.
– И простите меня, что вспылил - я не знал всей этой истории… Но теперь… Теперь мы просто обязаны
– Знать бы еще кому… - Проговорил Катран.
– Как это?
– Не понял Александр.
– Да просто все, лейтенант!
– Катран понемногу начинал заводиться.
– Дед же уже рассказал… Сам подумай… Кто такой этот Кабанов? Бывший бандит!.. Кто такой генерал Гришин, и какое это дерьмо рода человеческого - это я тебе и сам могу рассказать! Ничего святого за своей гнилой душой не имеет, гнида - родную мать продаст!.. И есть еще, как оказывается, и третья сила, и опять бандиты!..
Катран нервно прошелся по номеру, вытащил из холодильника пластиковую бутылку воды, и с хрустом отвернул пробку:
– Что хотите мне говорите, но это похоже, не иначе как, на какую-то обычную бандитскую разборку! И никакой «гостайной» здесь и не пахнет!..
– Он вздохнул, сделал несколько больших глотков, и передал бутылку Александру.
– А пахнет здесь большими деньгами, лейтенант! Оч-чень большими!..
– Да это-то я понял сразу, Володя!
– Александр нервно стукнул кулаком по столешнице журнального столика, так, что с него едва не упала бутылка с минералкой.
– Я же совсем о другом говорил! Что бы там ни было, в этом пакете, но его надо найти, и отдать!
– А теперь я тебя спрошу еще раз, Жак!
– Рявкнул Катран.
– Кому?!! Кому его отдавать?!!
– Конечно этому полковнику… - Ответил Туарег спокойно и без обиняков, совершенно уверенный в своей правоте.
– Только так мы спасем и Амаль, и внучку Анатолия Иваныча… Да и сам спастись попробуем…
– А почему именно ему?
– Спросил Дед заинтересованно.
И Туарег продолжил мысль: -…Только не один на один отдавать, а так, чтобы об этом узнали все остальные «конкуренты»…
– Ты хочешь…
– Вы, Анатолий Иванович, в таком случае, перед вашим этим генералом будете абсолютно чисты - ведь свою часть работы вы сделали!.. И, возможно, что генерал даже выполнит все свои, данные вам, обещания!.. А вот если сразу после передачи пакета, уже когда мы от него избавимся и вернем обратно Амаль, схлестнуться все три стаи этих шакалов… - Отставной лейтенант улыбнулся хищно, и в его глазах зажегся огонь охотничьего азарта.
– То… Тогда виновным автоматически станете не вы, Иваныч, а этот ваш полковник, который здесь, в Египте, ошивается…
Дед посмотрел на Катрана, и улыбнулся:
– А ведь это мысль, каплей?
– И хорошая мысль, Дед!
– Улыбнулся в ответ Катран.
– Вот тебе и бедуины… Аборигены пустыни… А в стратегии понимают почище иного маршала!
– Так ведь Сашка и не бедуин вовсе - наш же, русский! Да не просто русский, а офицер!
– Только вот вопрос, лейтенант!..
– Проговорил Дед задумчиво.
– Где мы за этих пару часов этот пакет возьмем?
И тут на лице Александра появилось подобие улыбки:
–
Но ведь… Вы же сами говорили, Иваныч… Никто толком не знает, даже того, как выглядит этот пакет!.. Даже этот полковник!– Гришин говорил только то, что он размером, примерно, с четвертину кирпича… И в несколько слоев обмотан «скотчем»…
– А вес?
– Около килограмма… Может немного поменьше… Похоже, что и генерал не знает точно, как он выглядит, а только догадывается…
Александр метнул взгляд на Катрана, и тот его понял… С полу-взгляда!..
– Так это, Дед… Соорудим! Как не фиг делать!..
Вот тут-то загорелись глаза и у Ананьева:
– А ведь это мысль, хлопчики мои!
– Проговорил он.
– Хорошая, дельная мысль!
– А я что говорил!
– Улыбнулся, наконец, Катран.
– Сашка наш - он тот еще стратег! Любому фору даст!
Ананьев нервно заходил по номеру, словно обдумывал что-то, и через минуту сказал:
– Хорошая мысль, ребятки, только… Надо нам, если уж блефовать, то блефовать до конца!..
– Это как?
– Спросил Александр.
– А вот ты подумай, лейтенант, что будет, если эти сволочи при обмене решат эту «куклу» вскрыть, да и посмотреть, что там внутри?
– Хреново будет… - Проговорил Катран.
– Вот-вот!.. Поэтому надо сделать так, чтобы они этот «наш» пакет вскрыть не успели…
– А так можно?
– Александр уже понял, что у Ананьева есть и своя идея.
– Как их заставить не проверять пакет на месте?
– Можно, хлопчики мои! Можно! И это полностью согласуется с тем, что ты предложил, лейтенант - стравить «конкурентов»!..
– Ананьев вздохнул тяжело, и встал.
– Но для этого мне обо все этом дерьме нужно рассказать полковнику Тесленко, и заручиться поддержкой его самого, и его люде при передаче пакета… Хотя, думаю, что он уже и сам все знает…
Катран и Александр переглянулись:
– Думаете «фээсбэшники» прослушивали наш номер?
– Даже не сомневаюсь! И всю ситуацию с Амаль они тоже отследили!.. Дай бог, чтобы только сами ее и не организовали…
– Но тогда… - Катран порывисто вскочил с кровати.
– Этот полковник уже знает обо всем, что мы здесь говорили…
В ответ Ананьев только улыбнулся:
– Не знает, ребятки… Пока не знает!.. Это называется - фон, посторонние шумы…
Он вошел в ванную комнату, дверь которой была все это время открыта, и выключил, наконец, душ, который включил, непонятно для чего. Затем подошел к радиоприемнику, горланившего все это время какую-то местную музыку, и щелкнул выключателем. Та же участь ждала и телевизор, который работал все это время, передавая футбольный матч, и хоть и не так громко, но тоже создавал свой шумовой фон…
В номере повисла кладбищенская тишина…
Катран и Александр, уже сообразив, что происходит, и сообразив, наконец-то, для чего все это было включено, сидели на кроватях, и молча наблюдали за тем, что делал Ананьев.
А тот…
Он просто вышел на середину номера, приложил указательный палец к своим губам, призывая к молчанию, затем подмигнул, и сделал какие-то непонятные жесты руками, видимо призывающие наших друзей подыграть ему немного, и проговорил достаточно громко по-французски: