Сын генерала
Шрифт:
Натанцевавшись, Гартош увлек свою подругу к столу. Опустошив пару бокалов, они начали нехитрую беседу.
– Так ты говоришь, магией занимаешься?
– Да, колдую потихоньку.
– Какому виду магии ты себя посвятила?
– Лекарскому.
– Хорошее дело, сам не раз бывал в руках твоих коллег. Хотя меня самого мало увлекает ковыряться в чьих-то кишках, сращивать кости и успокаивать несчастных.
– А меня вот увлекает. И я не раз спасала бедолаг, уже готовых расстаться с духом и душой.
– Я не спорю, дело конечно полезное. Но мне кажется, что все лекари немного того. – Гартош покрутил пальцем у виска. – Постоянно
– В чем-то ты прав. Но ведь кому-то нужно этим заниматься.
– Я бы не стал.
– Ну конечно, махать мечом лучше.
– Само собой, – важно подтвердил Гартош. – Настоящее мужское занятие.
– А магия не мужское?
– Мужское, но не совсем.
Беспечный и самоуверенный тон Гартоша начал выводить Ажейлу из себя.
– Ты хочешь сказать, что твой брат и твой дед занимаются не совсем мужским занятием?
Гартош замялся.
– Нет, я не это имел ввиду.
– А что? Может быть то, что магия не совсем женское дело? Что нам лучше сидеть дома и выращивать цветочки?
– Я этого не говорил, ты сама это сказала.
– Значит, ты все-таки так думаешь! А что бы вы без нас делали?
– Обошлись бы как-нибудь! – свою очередь раздраженный тоном Ажейлы отрезал Гартош.
– Конечно, обошлись бы. Натворите, дух его знает что, а мы потом страдай за вас. Ладно малыш, обойдешься и ты как-нибудь без меня.
Ажейла бросила на Гартоша презрительный взгляд, резко встала и почти выбежала из зала. Оставшись один, Гартош сидел и тупо ковырялся в тарелке. Намек на его молодость если не разозлил, то раздосадовал это точно. Да не такая уж большая между ними разница в возрасте. Всего каких-нибудь пять лет.
Увидев бегство подруги, к нему поспешила Стейласса, притянув за собой прилично подвыпившего Витана.
– Что у вас здесь произошло? – обеспокоенно спросила она.
– Да так. Обсудили кое-чего и не сошлись во мнениях.
– Хорошо же вы обсудили, если она убежала вся в слезах.
– Она первая завелась.
– Её можно понять, ей в жизни досталось, на десятерых хватит.
– Так что же, мне её за это в задницу поцеловать?
– Мог бы и поцеловать.
– Правду я сказал, что все лекари чокнутые, особенно маги-лекари.
Гартош заработал еще один презрительный взгляд, и Стейласса убежала догонять подругу.
– А что тут у вас? – пьяно икнув поинтересовался Витан.
– Не бери в голову. Все бабы дуры. Давай лучше выпьем.
– Давай, – с готовностью согласился принц.
Они выпили. Затем еще и еще. И вскоре пьяные песни двух недорослей – один из которых был императорских кровей, начали привлекать к себе повышенное внимание со стороны окружающих.
– Хватит спаивать моего ухажера, – остановила Гартоша, протягивающего Витану очередной бокал, как-то незаметно вернувшаяся Стейласса. – Ему пора протрезветь, да и тебе тоже. А то ваши высокородные папаши уж больно хмуро на вас посматривают.
Молодая магиня сделала насколько пасов руками над головой Витана, затем повторила то же самое с Гартошем. Мигом протрезвевшие гуляки уставились друг на друга.
– Вот так-то лучше, – довольно произнесла Стейласса, увидев осмысленность в их глазах. – Пойдем танцевать, – потянула она принца, – хватит напиваться.
– А где Ажейла? – крикнул ей вдогонку Гартош.
– Там. – Стейласса махнула рукой. – Общается с Хозяйкой.
– С кем?!
Гартош
мигом смекнул с какой хозяйкой общается его разобиженная подруга и бросился из зала. Ажейлу он нашел в знакомом зале, с иногда танцующей композицией. Она действительно разговаривала с Хозяйкой эльфийского дворца. На удивление, кроме них в этом зале никого не было, и никто не мешал беседе магини и призрака. Появление Гартоша прервало обсуждение горькой женской доли. При его приближении Хозяйка начала таять, и Гартош заработал еще один презрительный, хотя нет, скорей укоряющий взгляд.Он подошел и приобнял Ажелу за плечи. Она не стала сбрасывать его руки.
– Ты прости меня. Что-то на меня нашло.
– Да я и сама виновата. Сорвалась.
Гартош поцеловал девушку в щеку, затем в шею. Ажейла развернулась и ответила жарким поцелуем. Вокруг вдруг разлилась чудная музыка, скульптурная композиция ожила, задвигалась, и зал преобразился.
– Ой, какая прелесть! – воскликнула магиня, и еще тесней прижавшись к Гартошу, воззрилась на царящее вокруг веселье.
С благодарностью подумав о Хозяйке, так вовремя помогшей их примирению, Гартош провел рукой по стройному телу девушки. И распаляясь все больше и больше, попытался залезть под ее обтягивающее платье.
– Не сейчас. – Мягко остановила его Ажейла. – Давай насладимся этой красотой, а потом вернемся к гостям. – Она взглянула в глаза своему кавалеру и увидев в его взгляде некоторое разочарование добавила. – Ты все получишь потом, ночью. Все что захочешь, а может и больше.
Казалось, вечность пребывали они в этой сказке, а затем возвратились в бальный зал. А ночью Гартош убедился, что слухи об очень вольных нравах среди магов не были преувеличением.
Утром Ажейла и Стейласса, сославшись на занятость, покинули замок Риглис. Ничего удивительного в этом не было, так поступали многие гости; одни прибывали, другие убывали. Не вызвал удивления уход и двух подружек магинь. Удивления то он не вызвал, а вот истерику со стороны Витана вызвал нешуточную. Влюбчивый принц рвался броситься на поиски своей возлюбленной, без которой он – после прошлой ночи, – жить не может. Если нужно, то он подключит к этому и Первый Императорский Легион, и Тайный легион, да и всю армию тоже. И хотя Гартошу самому было муторно на душе, он как мог успокаивал убитого горем друга.
– Да пойми ты. Стейласса тебе не ровня. Это девушка другого покроя, другой среды.
– Ты хочешь сказать, что она слишком низкого происхождения? Что такие как она не становятся принцессами? Так знай! Мне все равно какого она происхождения, и в нашей семье уже случалось, когда простые девушки входили в императорскую семью!
– Вообще-то я хотел сказать другое. Ты не совсем понимешь кто такие магини. Они больше всего ценят свою свободу. И я не уверен, что она захочет поменять свой образ жизни на жизнь принцессы, которая много в чем ограничена.
– Ты думаешь?..
– Да. Я уверен, что Стейласса так поступила именно потому, что ей больше дорога своя свобода. Ну может немного потому, что у вас разное происхождение. Но это лишь подтверждает, что она девочка умная и понимает, как ей будет трудно при дворе, где ей каждый может ткнуть в глаза родословной.
– Да я …
– Я понимаю, что ты любому рот заткнешь. Даже императору. Но главное здесь то, что я тебе сказал раньше. Она не захочет быть запертой в клетке, пусть даже в золотой.