Чтение онлайн

— Все у него будет в порядке, — сказал Кларк Кент. — Я знаю, Лина, я сам был последним лопухом.

В баре кегельбана несколько таких же специалистов помаленьку выпивали.

— Я забивал шары до самого конца, — сказал один из них, помахивая палкой.

— Нет, ты послушай… — его товарищ поднял палец. — Я тебе покажу, как надо делать…

Никто из них со дня рождения не катал ничего, кроме бутылок с пивом. Рядом с этими выдающимися спортсменами сидел Брэд Уилсон, тоже наслаждавшийся выпивкой, но при виде Лины Ланг его страсть медленно разгоралась и наконец он вышел из бара и направился к ней, на

звук падающих шаров.

— Привет, душечка.

Он указал на ее сына Рики.

— Малыш подрастает, верно?

Уилсон взглянул на Кларка Кента:

— Ты все еще здесь?

— Вроде бы, — сказал мягко Кент.

Уилсон оглянулся на группу ребят, насмехавшихся над Рики Лангом, когда он пытался толкнуть шар. Уилсон придвинулся к Лине.

— Мальчику нужна только пара указаний опытного игрока, — он перевел взгляд на Кента:

— Спорю, тебе неизвестно, что я выигрывал приз всего округа по кеглям два года подряд?

— Нет, я не знал этого, Брэд.

— Настоящий атлет должен играть во все спортивные игры.

С этими словами он повернулся и пошел к Рики Лангу.

— О, нет, — сказала Лина Кларку Кенту, — ему будет еще хуже.

Хрупкий мальчик сражался с шаром. Руки его дрожали, колени подгибались, низ живота напрягался, предвещая грыжу. Он мужественно занял свою позицию и бросил шар. Тот подскочил и вяло вкатился в желоб.

— Это результат, — сказал один из членов команды Рики, подбадривая его.

Глаза Рики вспыхнули, в его душе была проложена еще одна тропинка к неврастении, а Брэд Уилсон поспешил вперед, чтобы сделать ее железобетонной.

В своем инструктивном стиле, столь любимом обществом, он сказал:

— Эй, друг, ты не так держишь. Давай, я покажу тебе…

Рики воевал с другим шаром, а его товарищи по команде продолжали хихикать. Брэд попытался вырвать шар из рук Рики, задев и сильно поцарапав его палец.

— Позволь старому дяде Брэду показать тебе, как это делается…

— Вот что, Брэд, — раздался за ним спокойный голос, — я думаю, что ему лучше делать это самому.

Брэд обернулся с изумлением на лице:

— Парню, который всегда был в хвосте команды, лучше бы заткнуться, Кент!

В баре кегельбана двое пьяных обменивались репликами на своих высоких стульях:

— Глянь, похоже, эти двое сейчас начнут боксировать.

— Я участвовал в матчах по боксу по всему этому округу, — сказал другой, которого каждый, на кого он повышал голос — на ринге или вне его — бил до потери сознания.

На кегельбане Кларк Кент заговорил потише, стараясь избавить Рики от новых неприятностей.

— Я думаю, что не следует давать Рики уроки игры в кегли при других ребятах.

— Нужен мужчина, чтобы научить его, — спорил Уилсон, намекая, что Кларк Кент не мужчина, а что-то вроде увядшего цветка.

Кент не обращал внимания на его слова.

— Рики сам прекрасно справится.

Он повернулся к мальчику:

— Покажи свой лучший удар, Рики.

Рики отбежал от мужчин и снова направился к линии. Кларк Кент повернулся обратно к Лине, успокаивающе ей улыбнулся и нагнулся над сосудом со смазкой. Когда Рики бросил свой второй шар, мел поднялся в воздух. Шар слабо катился к кеглям. Кларк Кент, с носом в мелу, чихнул. Это был необыкновенный чих. Мощный

порыв ветра вылетел из его божественных ноздрей, домчался до шара и с невиданной силой вкатил его прямо на линию кегель. Сверхскоростной шар сбил все кегли и расшвырял их, как китайские чашки. Они упали, и когда шар врезался в желоб, приставленный к шарам малый вынужден был отскочить, спасая свою жизнь.

— Вот это да! — в один голос вскричала команда Рики, отступив назад из страха перед хрупким товарищем, которого они так терзали.

— Будь здоров! — сказала Лина.

— Спасибо, — сказал Кларк Кент, вынимая свой носовой платок.

Гас Горман работал за компьютером, когда по голубому полю дисплея побежали белые точки и тире.

— Что-то касса сегодня опаздывает, — сказал себе Гас, прислушиваясь, нет ли отдаленного звука колес.

Его товарищ, программист с рыжими зрачками, посмотрел на Гаса.

— Ты мне что-то сказал? — спросил он дружески.

— Слушал, не едет ли касса, — сказал Гас, приложив руку к уху. — Не слышно, чтоб ехали.

— Конечно, не едет, — сказал коллега, — сегодня ведь не день выплаты.

— Не день выплаты? — Гас быстро включил компьютер, чтобы проверить день, и выяснил, что какая-то часть его программы не работает.

Прекрасное чувство свободного полета, которому он так радовался, вдруг исчезло. Он попался. Через секунду дверь «садка» отворилась и в нее заглянул начальник отдела.

— Гас, босс хочет вас видеть.

— Какой босс?

— БОСС!

Гас с трудом сглотнул. В его голове всплыли глубоко запрятанные, но слишком знакомые мрачные предчувствия: его снова выгонят.

— Бо… бо… босс? — нервно повторял он, откатываясь назад на своем стуле. Ему показалось, что в здании полно полицейских, расследующих обман и грабеж.

— Бо… бо… босс?

Он плохо обращался со своей йо-йо, щелкал ею по-дурацки, сделал тысячу неосторожных поступков, а главное, он хорошо помнил о своем пребывании в тюрьме, куда не хотел бы еще раз вернуться. Он мгновенно почувствовал себя глупее, чем шимпанзе, его йо-йо прыгала в разные стороны, как и его мысли.

— Обожемойбожемой тольконетюрьмаопять…обожемой…

Он перевернулся на своем стуле и откатился от рядов машин, чьи красные и черные квадраты показались ему вдруг гигантской шахматной доской.

— Обожемойбожемой…

Он покатился дальше, не понимая, чему удивляются его коллеги-программисты — ведь никто никогда не катился так далеко на своем стуле на подшипниках. Гас хотел проехать за дверь, через холл, в лифт и к своему автомобилю.

— На стуле я выиграл бы немного времени, а они не на колесах.

Поэтому Гас направил свой путь к массивной шахматной доске компьютеров. Он кружил возле нее, пока до него наконец не дошло, что он действует немного странно.

У двери, где, нахмурясь, стоял начальник отдела, Гас встал со своего стула и пошел дальше без него, расправив складку на своих брюках из крокодиловой кожи.

— Босс хочет видеть меня? Сам мистер Росс Уэбстер?

— Вы бы лучше шли, — сказал начальник отдела.