Странствие
Шрифт:
Кассад встряхнулся. Он воин! Не его дело объяснять волшебство и копаться в запрещенных свитках. Он научен честно побеждать мечом, а не пользоваться втайне темной магией. Что он может знать?
— О магии толкуют в народе и в старых легендах, от которых у нас даже книг не осталось!
— Да, — вновь подтвердил Тимон. — Чтецы не любят древность, не любят сведения о временах до Неизвестного Бога. — Дядя поводил взглядом с Кассада на Тейта. — Признаюсь честно, мне их привычки не особо нравятся! Казня давнюю память, мы обрекаем себя повторять старые ошибки! — воскликнул Тимон, а затем
— Течение? О нем больше всего толкуют в Колыбели. Существовало ли оно вообще? — усомнился дотошный Тейт.
— Не знаю. Слушайте дальше, в той книге давалось описание столицы Сияющей Империи. Различных ее храмов и чудес, а также знаменитых крепостных стен. Высоченные, сложенные из крепчайшего гранита, они двойным кольцом защищали город. Не прошло и часа, как Течение разрушило их и прорвалось внутрь. Лаунарадо спросил меня: «Чем еще можно проломить два ряда таких стен, если не магией?»
— Ничем, — признал очевидное Кассад. — Но какая здесь связь с убийством отца?
— Кхиру рассказывал мне, как некоторые колдуны могли управлять животными. И он говорил: чем зверь больше, тем легче захватить над ним власть. Я полагаю, что кто-то направлял аспида меж камней зала намного лучше, чем ты — Кассад направляешь Юркого по нашим дорогам.
У Кассада тут же зародилось подозрение.
— Маурирта! Они боялись моего отца, и они хотели бы его смерти.
— Скорее всего, — не стал спорить Тимон. — Жаль доказательств нет, и мы их уже никогда не отыщем. Хотя… Если бы я был здоров, то навестил бы Кхиру, послушал бы его объяснения.
— А вдруг Кхиру и есть убийца Эссада? — спросил Тейт.
— Он утверждал, что не имеет таких способностей, а занимается видениями. — Тимон вдруг пришел в волнение. — Я убедился в его правдивости! Много лет назад Кхиру предсказал мне болезнь!
— А излечение?! — воскликнул Кассад. — Колдун сказал, что ты вылечишься?
— Нет. Сказал только, что я смирюсь со своей немощью.
Тимон — лучший воин Правой войны! И такая незавидная судьба! Какая беда может быть хуже болезни? Хотя Тимон уже с ней смирился.
— И кроме того он сказал, он напророчил… — Тимон как будто не осмеливался выговорить что-то страшное.
— Дядя? — в нетерпении спросил Кассад.
— Он сказал, что увидит королевство Хисанн на своем веку!
Королевство Хисанн. Провозглашение его казалось решенным делом, а теперь отец мертв. Кем же оно будет создано, если провидец прав? Им самим — Кассадом? А если Кхиру ошибается…
Будь что будет! Он должен выполнить волю отца, укрывать его слова сродни предательству.
— Отец перед смертью кое-что прошептал, — сказал Кассад мрачным тоном. — Он шептал слабо, но я различил его слова. «Начни войну!» — вот что он велел мне.
Тимон взглянул на Тейта, потом наклонился к столу и посмотрел прямо в глаза Кассаду.
— Ты его наследие! Его настоящий сын! Смотря на тебя, я вижу Эссада в молодости! В моей спальне спрятаны
два его первых указа. — Тимон горько усмехнулся. — Первые, они же последние… Один, весь замазанный кровью, — о создании королевства Хисанн, второй — о лишении Зартанга наследства. Указы короля, так и не ставшего королем. Знай, Кассад, всему королевству это неважно! Только прикажи, и мы с Тейтом поддержим любой твой поступок!А он хотел, чтобы они решили сами или хотя бы подтолкнули его. Хотел бы сбросить с сердца тяжкую ношу…
Раздался стук в дверь — в гостиную прошел Нерк, его Кассад послал на верхнюю площадку Главной башни наблюдать за Слезой, как только пришел к дяде и узнал о посольстве. В руке оруженосца — приближающая труба, а на лице смесь нетерпеливости и смятения.
— Милорды, на реке показался корабль со стягом Маурирта!
Кассад выдохнул полной грудью. Дядя и Тейт боятся идти по пути отца. Они понимают — новая война будет намного кровавей и ожесточеннее прежней. Неужто ввергнуть народ в ее тяготы должен он?
Лучше обождать… Зартанг — лорд и он захочет выслушать послов. Кассад поднялся.
— Ладно, не будем спешить, вначале узнаем с чем приплыли колыбельные псы!
Кассад не собирался идти на пристань, чтобы встречать посольство. Пусть брат-лорд пресмыкается! Пора выяснить его отношение к давним врагам.
— Я навещу Зартанга. Расскажу о прибытии Маурирта и настою на том, чтобы переговоры состоялись сегодня же! Их требования мы выполнять не будем! Хорошо бы им сразу уплыть восвояси, а не ночевать под кровом моего отца.
Тейт тоже встал и пожал ему руку. Нерк оставил трубу на комоде и выскочил из покоев.
— Отлично, Кассад! — похвалил дядя. — Будь добр, призови моих носильщиков, я тотчас отправлюсь в главный чертог. Передай лорду, я жду всех там!
Кассад зашел в комнату для слуг, сказал им о желании дяди. Потом заскочил к себе — на уровень ниже, чтобы переодеться в парадное. Лерика вышивала, сидя у окна, еще более узкого, чем у дяди. Он менял одежду без челяди — торопился, и жена почувствовала неладное.
— Что произошло? — спросила она, отложив шитье.
— Маурирта. Их корабль скоро причалит.
— Ты… Ты не злись.
— Со мной все в порядке, — успокоил он жену, хотя ему было отнюдь не спокойно, и выйдя из покоев, зашагал в Главную башню.
Далеко Кассад не ушел. Навстречу спускался Зартанг, и они встретились прямо на лестнице.
— Хотел позвать тебя, брат. Корабль из Колыбели. Видимо еще одно посольство, — сказал Зартанг, прислонившись спиной к стене.
— Знаю. Гонец из Века прибыл этим утром.
— Вот как? Ты мог бы меня предупредить.
— Решил не беспокоить своего лорда, — не удержался от сарказма Кассад, но Зартанг не обратил на колкость никакого внимания.
— Я хотел бы…
— Мы с Тимоном решили, что переговоры лучше провести немедленно, и послам лучше убраться до ночи, — с нажимом произнес Кассад, оборвав брата. — Дядя уже ждет в чертоге, и я направляюсь прямо туда.
Полумрак залег на лестнице, ни дать не взять — медведь в берлоге, но Кассад увидел, как блеснули синевой глаза брата.