Странные игры
Шрифт:
– Зачем туда полезли? Только все перемешаете, – упрекнула она детектива.
– Кажется, вы говорили, что эти поделки нам не помогут?
– Ну, одеяло. Снаружи ведь его не разглядишь.
– Это американский флаг.
– О, – заморгала Робин. – Мои родители никогда флаги во дворе не вывешивали.
– Видите, Кэти пришила кромку к полотнищу? Специально, чтобы можно было вставить древко. Передайте-ка мне вон ту штуковину.
Она нашла тонкий металлический штырь и подала Натаниэлю. Тот потянулся к ней, и их руки встретились. Робин не стала отстраняться. Они сидели над кучей всякой дребедени, едва не касаясь друг друга лбами. Робин чувствовала исходящий от детектива слабый запах, напомнивший ей
Между пальцами у нее по-прежнему торчал металлический стержень. Робин уставилась на железку, тщетно пытаясь вспомнить, зачем ее взяла. Ах да…
– Вот, – шепнула она, протянув стерженек Натаниэлю.
Он пристально посмотрел ей в глаза, затем взял тряпочку, которую Робин сперва приняла за одеяльце. Нацепил ее на штырь и, поставив рядом с другими важными уликами, шепнул:
– Самый настоящий флаг.
– А ведь и правда…
Интересно, у него тоже перехватило дыхание? Она вдруг поняла, что больше не может смотреть Натаниэлю в глаза, и отвела взгляд. Изучила собранные ими предметы: тыквы, дорожный знак, баскетбольное кольцо, гидрант, флаг, желтые занавески. Хватит ли полиции подобных свидетельств?
Они вяло попытались обнаружить еще что-нибудь достойное внимания, однако их взгляды тянуло друг к другу, словно магнитом. Робин пришлось приложить огромное усилие, чтобы вновь отвести глаза. Торопиться не следует; надо все обдумать… Черт, на самом деле она желала совсем иного.
Больше они ничего не нашли. Для порядка порылись в коробке еще полчаса и согласились: хватит. Улики Натаниэль забрал с собой, а перед уходом еще раз поцеловал Робин.
Она вскоре уснула прямо в гостиной, до сих пор ощущая на губах вкус его поцелуя.
Глава 40
В детстве Натаниэль без запинки мог назвать пятерку своих любимых фильмов. Рейтинг возглавляло «Смертельное оружие», за ним следовали «Смертельное оружие-2», «Смертельное оружие-3», «Смертельное оружие-4» и первый эпизод «Звездных войн». После «Звездных войн» у него возникло желание заполучить собственный меч джедая, а после «Смертельного оружия» он вознамерился стать копом – профессия показалась невероятно захватывающей. Представление о работе полицейского у Натаниэля было вполне четким: приходишь на службу, садишься в патрульную машину, пускаешься в погоню и отстреливаешь плохих парней (причем бензобак их авто обязательно взрывается). Перепрыгнуть на ходу из одной машины в другую – неотъемлемый элемент службы. Прикончить отморозка с дипломатическим иммунитетом – без проблем. В распорядок дня включались шутливые перепалки с напарником и обезвреживание бомбы с часовым механизмом, дисплей которой показывает десять минут до взрыва.
Теперь Натаниэль радовался, что хотя бы часть полицейских сериалов – к примеру, «Прослушка» и «Босх» – давали более реалистичную картину. Радужные мечты следует искоренять с самого детства – тогда не будет в полиции такого количества озлобленных, разочарованных в службе копов.
Вот взять сегодняшний день: вместо того чтобы выскочить в последнюю секунду из набитого взрывчаткой склада, Натаниэль колесил по Джасперу, высматривая желтые занавески, тыквы, баскетбольные щиты и флаги. Так себе занятие! Спасало воспоминание об улыбке и мягких губах Робин, а также о пьянящем чувстве, которое он испытал, держа ее в объятиях.
Подходящих женщин ему не попадалось уже года
два – с тех пор, как его бросила Имани. Натаниэль тогда долго страдал. У него было несколько коротких связей, которые ничем серьезным не закончились. Случился также один ностальгический, достойный сожаления вечер с Имани – оба тогда хорошо выпили и лишь еще больше ощутили свое одиночество. Вот, собственно, и всё. Пожалуй, и сейчас рассчитывать на что-то особенное не стоило, но все же Робин оставила глубокий след в его сердце.– Чего скалишься? – проворчал из-за руля Бёрк.
– Рад, что мы снова работаем в паре, – улыбнулся Натаниэль.
– Ну-ну… – Бёрк покачал головой.
Его снова перекинули на дело Бассет, раз уж выяснилось, что оно связано с самым важным расследованием.
– Справа баскетбольный щит.
– Ага. – Натаниэль записал номер дома. – Сбавь обороты, давай проверим окна.
Напарник притормозил, и они потащились с черепашьей скоростью.
– Занавесок нет, здесь жалюзи, – заметил Бёрк. – Хорошо бы глянуть еще с заднего двора…
– Окна с обратной стороны увидим, когда повернем на Четвертую.
Натаниэль завозился, складывая карту города – огромное неудобное полотнище. В местном полицейском управлении удалось раздобыть аж двенадцать штук. Ну и ладно – зато крупномасштабная, каждый дом помечен.
– Дельта пять-два, вас вызывает Дельта семь-четыре-один, – захрипела рация.
Натаниэль нажал на кнопку микрофона.
– Слушаем вас, прием.
– Дельта пять-два, мы нашли еще одну грядку с пластмассовыми тыквами.
– Принято, Дельта семь-четыре-один.
– Сообщаю специально, чтобы ты не удивлялся, когда мы тебя обставим.
Он улыбнулся и снова нажал кнопку:
– Это мы еще посмотрим, кто кого. У нас на счету уже куча флагов.
– Ты флаги с тыквами не сравнивай, Дельта пять-два.
– Черт, они нас и вправду так сделают, – хмыкнул Бёрк.
Натаниэлю удалось заручиться помощью двух копов из столичной полиции Индианы, и те сейчас тоже катались по Джасперу. Для интереса они даже заключили пари. За флаги решили засчитывать три очка, за баскетбольные кольца – пять, за желтые занавески – восемь. Искусственные же тыквы, как выяснилось, в июне были большой редкостью, а потому весили целых двенадцать. К концу дня проигравшая команда должна была угостить победителей ужином.
– Притормози-ка, – приказал Натаниэль.
– Если хотим выиграть пари – работать надо быстрее, – возмутился Бёрк.
– Будешь гнать – пропустим желтые занавески.
Напарник сбавил ход.
– Ты им отдал самые хлебные улицы. На западной стороне, похоже, настоящее тыквенное царство.
Натаниэль вновь открыл карту и задумался: как бы половчее ее свернуть, чтобы перед глазами оказался окружающий их район?
– Не ворчи, им достались бросовые кварталы. Наверняка нужное место окажется на пути у нас.
Поиск они вели отнюдь не наугад. Кэти Стоун обнаружили в без пятнадцати четыре ночи на углу Восточной Пятнадцатой и Черри-стрит. Судя по окровавленным ногам, девочка шла довольно долго. В то же время, выйди она на улицу до часа, – ее заметили бы очень быстро. В районе полуночи в городе еще довольно плотное движение, плюс бродят компании подростков и возвращаются домой задержавшиеся на работе. Стало быть, напрашивалось предположение: Кэти вырвалась на свободу во втором часу. Босая истощенная девятилетняя девочка наверняка передвигалась со скоростью не больше двух миль в час, а скорее всего, даже медленнее, ведь шел дождь. Получалось, что проделала она около шести миль, после чего наткнулась на случайного прохожего. Допустим, не шесть, а даже три или четыре. Если нарисовать предположительные маршруты следования Кэти, то зона ее пребывания в плену определялась довольно четко. Именно этот район и выбрал для себя Натаниэль.