Страх
Шрифт:
— Альберт, что случилось? — спросила она.
— Эти люди хотят побеседовать с Чаком и Диной, — сказал мистер Мартинсон.
— В два ночи? — изумилась миссис Мартинсон.
— Они говорят, дело важное, — возразил отец Дины.
— Пойдемте на кухню, — сказала она. — Я сварю кофе.
Отец Дины подошел к двери, ведущей в подвальный этаж, и позвал Чака.
— Тут с тобой хотят поговорить! — добавил он. Через пару минут послышались шаги Чака. Он вошел в кухню в потертых джинсах и зеленой футболке, протирая заспанные глаза. При виде полицейских на лице
Мама Дины варила кофе.
— Присаживайтесь, — сказала она полицейским.
— Благодарю, мэм, — сказал Монро. — Мы постоим. — И они с Фрейзером остались топтаться в дверях кухни.
Мама Дины села за большой кухонный стол рядом с Диной. Родители казались взволнованными, у следователей же был совершенно невозмутимый вид.
«Что происходит?» — гадала Дина. Наверняка это связано с происшествием на Фиар-стрит. Может быть, решено было допросить ее и Чака как свидетелей. Но каким образом полиция разыскала их?
Следователь Фрейзер записывал, а его напарник задавал Чаку и Дине вопросы: имена, возраст, номер школы. Потом лицо его приняло строгое выражение.
— Где вы были сегодня вечером между 21.30 и 23.00? — спросил он.
Дина было открыла рот, собираясь ответить, но ее опередил Чак.
— Мы были здесь, — заявил он. — Ели гамбургеры, болтали, смотрели телевизор.
Дина бросила на Чака удивленный взгляд, но тот отводил глаза. И вдруг она поняла, почему он лжет. Если папа узнает, чем они тут занимались, у Чака будут большие неприятности. А уж она-то знала, что он и без того находился в трудном положении!
Следователь повернулся к ней.
— Это правда, мисс? — спросил он. — Вы были здесь?
Дина с трудом глотнула.
— Да, — чуть слышно прошептала она.
— Что? — переспросил следователь Монро. — Говорите громче.
— Да, — повторила Дина.
— Вы были одни? — спросил Фрейзер.
— Да, — сказал Чак.
— Нет, — одновременно с ним ответила Дина.
— Так что же? — сказал следователь. — Да или нет?
— Да, — пролепетала Дина. — Мы были одни.
Полицейские помолчали. Потом переглянулись. Наконец следователь Фрейзер, кашлянув, спросил:
— Знакомы ли вы с мистером или миссис Фарберсон, проживающими по адресу 884, Фиар-стрит?
— Нет, — сказал Чак.
Дина в отчаянии смотрела на него. От волнения у нее свело живот. Они окончательно заврались. К чему клонит следователь? Что у него на уме?
— Кто-нибудь из вас говорил с мистером или миссис Фарберсон по телефону? — продолжал следователь Монро.
— Нет, — твердо ответил Чак.
— И не бывали в их доме на Фиар-стрит?
— Нет! — взорвался Чак. — Мы же уже сказали, что не знаем никаких Фарберсонов! Сколько раз вам повторять?
Дина посмотрела на Чака. Вид у него был сердитый, но что-то в нем насторожило ее. И тут она поняла: ему страшно. Он боялся — так же, как и она сама.
Мистер Мартинсон поднялся.
— Господа, вы слышали, что они сказали, — недовольно проговорил он. — Мои дети не лгут. Объясните нам,
в чем дело!Полицейские снова переглянулись.
— У нас есть свидетель, показания которого противоречат вашим словам, — сказал Монро. — Вы уверены, что не хотите рассказать, как все было на самом деле?
— Мы сказали правду, — не сдавался Чак. Он смотрел прямо перед собой.
Дина заметила, что у него на щеке подергивался нерв. Ее отец стоял у раковины, сжав кулаки, а мама нервно комкала пальцами край скатерти.
«Какой такой свидетель? — недоумевала Дина. — Может, Джейд? Нет, ей тоже ни к чему неприятности. Может, соседи что-то видели. Но мы не заметили никого из соседей. Мы не сделали ничего плохого, — напомнила она себе. — Как бы то ни было, мы ни в чем не виноваты».
Следователь Фрейзер вздохнул.
— Имя свидетеля — мистер Стэнли Фарберсон, — сказал он. — По его словам, вы двое и еще одна девушка вломились к нему в дом с целью грабежа.
Потом, когда неожиданно вернулась домой его жена, вы убили ее.
Дина не верила своим ушам.
— Что?
— Ерунда какая! — сказал Чак. — Во-первых, нас там даже близко не было. Во-вторых, зачем нам кого-то грабить или убивать?
— Он заявляет, что видел вас, — продолжал Фрейзер. — Он сообщил нам номер машины — он совпадает с вашим.
— И что же мы, по-вашему, укра… — начала было Дина.
— Дина, молчи! — оборвал ее Чак.
— Минутку, мистер Фрейзер! — сказал отец Дины. Даже в старой помятой пижаме у него был грозный вид. — Моих детей, что, обвиняют в воровстве?
— Обвиняют? — переспросил Фрейзер. — Пока нет. Но у нас…
— Подождите! — прервал его мистер Мартинсон. Он посмотрел на Дину. — Дина, — сказал он, — ты совершала то, в чем тебя обвиняют?
— Конечно, нет, папа. На самом деле мы только…
Отец, не дослушав ее, повернулся к Чаку.
— Чак, а ты совершал что-либо подобное?
— Нет, — угрюмо ответил Чак. — Мне ничего об этом не известно.
Дина бросила на Чака тревожный взгляд. Отец шагнул к следователю Фрейзеру.
— Не знаю, что произошло сегодня вечером, — сказал он, — но я знаю своих детей. Они не способны на такое и не стали бы лгать мне. Я понимаю — это ваша работа, но беседа продолжится только в присутствии адвоката.
Следователь Фрейзер кивнул, словно эти слова нисколько не удивили его.
— Им придется поехать со мной, — сказал он.
— Зачем? — вспылил мистер Мартинсон. Только потому, что какой-то сумасшедший утверждает, что видел их? У вас нет доказательств…
— У нас есть все основания задержать их для дальнейшего допроса, — спокойно ответил Фрейзер. — Мы осмотрели вашу машину. На бампере и шинах мы обнаружили следы зеленой песчаной глины, которой нет нигде, кроме Фиар-стрит, где проживают Фарберсоны. Она еще влажная. Ваша машина побывала там совсем недавно. — Следователь умолк, с сочувствующим видом глядя на Дину и Чака. — Не нужно осложнять свое положение, — сказал он. — Выбирайте: либо вы добровольно едете с нами в участок, либо мы вернемся — с ордером на арест!